– Отсидитесь там, как трус, пока облако не рассеется?
– По моим подсчетам, жители Лондона поглотят газ в ближайшие семьдесят два часа. И погибнут все до единого в следующие двенадцать. Включая вас, дорогой Доктор. Вы можете сопротивляться небольшой порции ненависти, но полная доза сломит даже ваш потрясающий иммунитет. Если же нет, вскоре в этом городе не будет дефицита людей, которые охотно разорвут вас на клочки.
Клара поняла, что еще больше разрушительных намерений этого человека ее ужасает спокойствие, с которым он озвучил свой план. По его замыслу, через пару часов Лондон должен был потонуть в реках крови, сгореть дотла в братоубийственной войне – а для него это была лишь демонстрация нового и весьма многообещающего товара. «Да он просто безумен», – подумала девушка.
Теперь – учитывая, что он только что сделал с Доктором, – она больше не могла и не хотела сдерживаться. Клара бросилась на Милтона, целясь ему в горло, но он с неожиданной силой перехватил ее запястья и отшвырнул назад. Девушка споткнулась – и удержалась на ногах только благодаря поддержке Доктора.
– Ай-яй-яй, – пожурил ее Милтон. – Не забывайте, что я в любой момент могу убить ваших подружек, – он вытащил из кармана пиджака маленький пульт. – Например, я могу заставить клетку сжиматься все теснее и теснее, пока…
Мужчина с притворным огорчением покачал головой.
– Не самый достойный конец.
– Мы вас остановим, – сказал Доктор. – Я этого не допущу. И вы это знаете.
– Знаю, – согласился Милтон. – Так что, как это ни прискорбно, вам придется умереть. Признаться, я надеялся с вами посотрудничать, но хлопот от вас больше. Теперь прошу меня извинить – оружие требует финальной отладки. Передаю вас в заботливые руки Эмпата.
Доктор шагнул ему наперерез, но перед ним тут же вырос Эмпат.
– Боюсь, вам придется вернуть поглощенную ярость, – заметил Милтон от двери. – И раз уж Эмпат здесь, пусть заберет и гнев этой юной леди. Судя по недавнему поведению, она полна самой отменной ненависти. Простите, но этот процесс убьет вас обоих. – Мужчина секунду помедлил. – Впрочем, как я всегда говорю Силуэт, не стоит извиняться, если не чувствуешь вины. В действительности мне ничуть не жаль. Прощайте – и еще раз спасибо за увлекательную беседу.
– Жаль, не могу ответить вам тем же, – процедил Доктор.
Но Милтон уже ушел, захлопнув за собой дверь.
– И что теперь? – спросила Клара.
– Вы умрете, – бесстрастно ответил Эмпат.
– Постой, – быстро сказал Доктор. – Газ убьет всех горожан до единого. У тебя же наверняка остались в Лондоне друзья, люди, которых ты любишь. Даже если ты не можешь отключить сферу – просто подумай о них!
Эмпат сделал шаг вперед, и его рот начал уродливо округляться.
– А если разбить сферу? – в отчаянии предложила Клара.
– Это просто высвободит облако, – покачал головой Доктор. Внезапно он шагнул навстречу Эмпату. – Хорошо. Хочешь убить нас? Давай! Но меня убей первым.
– Доктор, нет! – Клара бросилась наперерез, пытаясь заслонить его своим телом. Может, он успеет сбежать, пока Эмпат будет высасывать из нее все, что и составляет ее личность. В конце концов, только Доктор может остановить Милтона, и она просто обязана дать ему этот шанс.
Но Эмпат ее опередил. Клара в оцепенении наблюдала, как изо рта и ноздрей Доктора начинает сочиться темная дымка – миниатюрная версия мглы, клубящейся в стеклянной сфере. Затем она словно начала выходить через каждую пору его тела. Эмпат неправдоподобно широко округлил рот, приготовившись втянуть ее, будто воронкой.
– Ты хотел моей ярости, – выдохнул Доктор, – так получай!
И он, широко раскинув руки, тоже раскрыл рот. Серый туман сгустился до черного дыма, который на секунду завис в воздухе между Доктором и Эмпатом – а потом чернильной волной обрушился на последнего. Комнату огласил вопль боли и изумления. Клара не сразу поняла, что звук доносится из глубины черного кокона.
Когда он рассеялся, на полу осталась единственная бездвижная фигура в одеянии гробовщика. Цилиндр откатился в сторону, и траурная лента знаком вопроса улеглась на половицах паркета.
– Что случилось? – шепотом спросила Клара. – Он умер?
– Нет, хотя мы на некоторое время лишились его общества. Передозировка эмоций. Он забрал всю ярость, которую я поглотил из сферы – и еще немного моей собственной. Видимо, сердце не выдержало от счастья.
– И как теперь отключить эту штуку?
Доктор уже ощупывал сферу.
– Безопасно сделать это невозможно. А труба запаяна.
– Значит, все пропало?
Доктор побарабанил пальцами по подбородку.
– Не пропало, если мы вовремя доберемся до Милтона.
– А если нет?
– Тогда нам понадобится аварийный план.
Доктор задумчиво взглянул на распростертую фигуру Эмпата.
– Да, это может сработать… – пробормотал он. – Так, освободи Вастру и Дженни из клетки. Найдите Милтона. Возможно, вы сумеете его остановить. Возможно, нет.
– А ты?
– А я дождусь, пока наш друг-гробовщик не придет в себя. Поглотив столько ненависти, он будет зол, как черт. Причем на меня особенно.
– Может, тогда лучше убраться?
– Ни в коем случае, – Доктор внезапно ухмыльнулся.
Клара только сейчас поняла, как давно не видела его искренней улыбки. Возможно, дела действительно налаживаются? Или он просто окончательно и бесповоротно сошел с ума.
Словно желая поддержать Клару в ее подозрениях, Доктор добавил:
– Я собираюсь отвести его на Ярмарку диковин. Уверен, ему понравится.
– Ты… что?!
– Если вам с Вастрой и Дженни не удастся остановить Милтона, это единственное место, куда я смогу притянуть облако, пока оно не превратило всех лондонцев в ополоумевших головорезов.
– Точно. Гм, мне кажется, или здесь должны быть две страницы объяснений?
– Я бы с радостью, но времени нет.
Клара кивнула.
– Ладно. Главное, что у тебя есть план.
В ответ Доктор подмигнул. Клара сочла это обнадеживающим знаком и осторожно прокралась мимо Эмпата, который как раз начал подавать признаки жизни, силясь приподняться на полу. Выскользнув в коридор, она поспешила в комнату, где были заперты Вастра и Дженни.
Внезапно Клара услышала звук шагов за спиной и, обернувшись, увидела Доктора, который направлялся к парадному входу. Секунду спустя за ним последовала высокая, мрачная, еще более зловещая, чем обычно, фигура гробовщика. Девушка даже на расстоянии чувствовала источаемую им ненависть.
– Ох, Доктор, – пробормотала она. – Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
– Ох, Доктор, – пробормотал Доктор, спеша прочь из особняка Милтона. – Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
Хитрость состояла в том, чтобы не дать Эмпату потерять себя из виду, но при этом не подпустить его слишком близко. Доктор не был уверен, что переживет повторную эмоциональную зачистку. Если бы он не оглушил гробовщика чужим гневом, позаимствованным в сфере, его убила бы еще первая попытка. Также ему оставалось лишь надеяться, что Эмпат, преисполненный ненависти к Доктору, последует строго за ним, не отвлекаясь на убийства случайных прохожих.
Другим неизвестным фактором было время, которое потребуется Милтону, чтобы распылить облако. Доктор знал, что Клара, Вастра и Дженни сделают все, что в их силах, но не возлагал на них особых надежд. Милтон мог сколько угодно трепать языком, но под маской беспечности скрывался хладнокровный и мстительный убийца. К тому же Доктор всегда готовился к худшему исходу. Если тот не сбывался, это вызывало у него приятное удивление – хотя, к сожалению, нечасто.
Вернувшись на Зимнюю ярмарку, Доктор с удовлетворением обнаружил, что там негде яблоку упасть. День незаметно перешел в вечер, вдоль набережной зажглись фонари. Доктор помедлил на парапете, чтобы Эмпат наверняка не упустил его из виду, и снова нырнул в людскую толчею. Ему требовалось время на подготовку. В этом отношении бурлящая ярмарочная толпа служила отличным прикрытием.
