Читаем без скачивания Брюнетка в клетку - Галина Куликова

Но только он поставил стакан на стол, как вдруг… произошло нечто невероятное.

– Мам, – сказал Артем, резко вскинув голову. Лариса в который раз поразилась, насколько он бледный и серьезный. – Вы ведь с Вольдемаром собираетесь на Мальдивы?

Капитолина напряглась и поджала губы.

– Да, детка, – с умиленным выражением на лице ответила Анжелика и двумя руками поправила прическу.

– Возьмите меня с собой! Пожалуйста. Я не хочу тут жить… один. С Капитолиной. И Ваня не хочет. Мам, пожалуйста! Мы вам совсем не помешаем, честное слово. Мы будем сидеть в номере отеля тихо-тихо. А детям до четырнадцати лет предоставляются колоссальные скидки – я в Интернете выяснил.

У всего семейства Миколиных в буквальном смысле слова отвисли челюсти. Это был бунт. И последствия его, как догадалась Лариса, должны быть страшными. Маленький Ваня сполз как можно ниже и сверкал глазенками поверх тарелки. Скорее всего дети вместе готовились к открытому выступлению против гувернантки.

– Но… Мой милый! – воскликнула Анжелика взволнованным голосом. – Это совершенно невозможно! Вольдемар – деловой человек. Он занимается бизнесом. Мы вовсе не собираемся сидеть в каком-то там отеле. Ему предстоят встречи, сделки, трудная работа. А я стану его сопровождать и помогать ему во всем.

– Я тоже… могу ему помогать, – обреченным тоном возразил Артем.

– Тебе нужно учиться! Ты еще слишком мал, чтобы вести кочевую жизнь. Ты должен быть благодарен, что у тебя есть возможность жить в таких прекрасных условиях! С такой прекрасной няней!

– Я благодарен, – пробормотал Артем уже совсем скисшим голосом и бросил косой взгляд на эту самую няню.

У Ларисы внутри все дрожало от возбуждения и жалости. Фаина еще подлила масла в огонь, ущипнув насмерть перепуганного Ваню за щеку.

– Тебе тоже не нравится твоя гувернантка, маленький поросенок? – гневно спросила она.

Сама Капитолина сильно побледнела, словно ей сообщили о том, что на Землю падает гигантский метеорит и до катастрофы остались считаные минуты. Пока Артем общался с матерью, она открывала и закрывала рот, как человек, пытающийся разговаривать под водой. Из ее горла несколько раз вырвался не то всхлип, не то вздох, но на Ларису ее страдания не произвели никакого впечатления.

– Итак, это все? – ледяным тоном уточнила Фаина. – А теперь, капризные создания, идите каждый в свою комнату. И сидите там, пока я не разрешу вам выйти.

– Я хочу есть, – жалким голосом сказал Ваня, и на глаза у него навернулись слезы.

– В этом доме кормят только тех, кто умеет быть благодарным, – отрезала она. – Я рада, что у вас пустые желудки. Вам полезно остаться один раз без ужина. Полежите и подумайте о своем поведении. Марш.

Дети встали и тронулись к выходу. Ваня семенил, втянув голову в плечи, Артем, наоборот, плечи распрямил. Кусок льда, служивший в доме гувернанткой, встал и отворил для них дверь. А потом затворил ее снова.

– Как же это – детей да без еды, – проворчала Зоя, появляясь в столовой с блюдом запеченного мяса, сложенного красивой горкой. – За что ж такое наказание?

– Зоя! – прикрикнула на нее хозяйка. – Не твое дело.

– Не мое, не мое, – неохотно согласилась та и поставила блюдо в центр стола.

Жидков первый потянулся за своей порцией.

– Неужели кусок полезет тебе в горло? – шепотом спросила Лариса, взглянув на него с ужасом. – После того как из-за стола выгнали детей?!

– Ну… Я же не детей собираюсь есть, – живо возразил он. – И вообще – зачем страдать всем вместе, верно? Практика показывает, что тетку все равно не переупрямить. Она скорее умрет, чем уступит.

Все сидевшие за столом как ни в чем не бывало продолжали орудовать ножами и вилками. У одной Ларисы был такой вид, точно ее ударили под дых.

– Посмотрите, как темно на улице, – удивился Мишаня, оглядываясь на окна. – Тучки набежали, наверное, будет дождь.

– И на душе как-то нехорошо, – пожаловалась Анжелика, отправляя в рот маслинку.

– С чего бы это? – мрачно пробормотала Лариса, но на нее никто, естественно, не обратил внимания.

– А помнишь, Вольдемар, когда мы гостили у Славниковых и началась гроза, Ириша предложила вызывать духов? Слушайте все, это было та-а-ак интересно! К нам пришел дух Герцена и сказал, что Васька Буранов скоро отправится в Сибирь. Мы хохотали!

– Это мы потом хохотали, – не согласился Вольдемар. – А в процессе, так сказать, никто даже не улыбнулся.

– А давайте, – предложила Анжелика, – сегодня тоже вызовем какого-нибудь духа? Честное слово, это очень познавательно.

– Духу, кажется, задают всякие вопросы? – проскрипела Фаина, положив сильные крабьи клешни на стол по обеим сторонам тарелки.

– Любые! – подтвердила Анжелика. – Духи знают все, что было, есть и будет.

– Я – за, – подняла руку Маргарита. – Наконец-то мы сможем выяснить, что было в той записке, которую Альберт унес с чердака.

– Чего уж мелочиться? – сказал Мишаня с набитым ртом. – Лучше сразу спрашивать, кто укокошил деда. Или это и в самом деле был несчастный случай?

– Вот это да! – ахнула Симона. – Я никогда не участвовала в таком потрясающем мероприятии. Что для этого нужно?

Анжелика страшно воодушевилась, поняв, что ее идею все готовы поддержать. Раз уж Фаина не возражает…

– Нужен круглый стол, – начала перечислять она. – Ну, стол-то у нас есть. Потом – лист бумаги с написанным по кругу алфавитом. Это изобразить нетрудно, Вольдемар нарисует. Что еще? Блюдце и, пожалуй, несколько свечей.

– Зоя, у тебя найдутся свечи? – крикнула Маргарита в сторону кухни.

– Ну конечно, – ответила Зоя, приложив руки к груди. – А можно мне тоже поговорить с духом?

– Все будут только рады. Чем больше участников, тем лучше результат.

– Если дух примется вертеть этот огромный стол, нам всем не поздоровится, – высказал предположение Шубин, который время с обеда до ужина провел в комнате, откуда до всякого, проходящего по коридору, доносилось переливчатое всхрапывание. Физиономия у него порозовела и посвежела, а глазки блестели как-то особенно гнусно.

Лариса тяжело вздохнула – не выкинет ли этот грибофоб какое-нибудь коленце? Звонка Леночки Ивашкиной она ждала с нетерпением, поэтому повсюду носила с собой телефон, прицепив его к поясу.

– Стол не будет вращаться, только блюдце, – успокоила Анжелика. Было заметно, какое удовольствие доставляет ей грядущее развлечение. – Дайте Вольдемару большой лист бумаги и фломастер.

– Сейчас сбегаю, – вызвался Мишаня. – Дурь, конечно, но все-таки захватывает.

Небо тем временем сделалось густо-серым и заклокотало, словно варево в котле. Первые крупные капли проскакали по глянцевым листьям смородины.

– Вы будете участвовать? – Симона повернулась к Уманскому с широкой улыбкой на лице. – Будете?

– Даже не знаю, что вам и сказать.

Лариса наблюдала за ним весь ужин. Изгнание детей из столовой не произвело на него ровно никакого впечатления, и ее это страшно раздосадовало. Какие все же мужчины равнодушные существа! Понятное дело – Миколины. У них, видно, семейство такое… непробиваемое. Общие гены, общее воспитание… А этот? Может быть, его в детстве пороли ремнем или запирали в темной комнате? Так что дети, оставленные без ужина, в его понимании – не такая уж и беда?

– Полно, не прикидывайтесь, – мрачным тоном сказала Капитолина, взглянув на Уманского в упор. – Вам ведь любопытно.

Он потер подбородок с такой силой, точно хотел стереть с него гипотетическую грязь. И наконец согласился:

– Ладно, я с вами.

– А чей дух мы вызовем? – Шубин заерзал на стуле и стал потирать ручки, точно ему пообещали груду золота.

– Сейчас решим, – откликнулась Анжелика. Она чувствовала себя распорядительницей бала, который собирались посетить коронованные особы. – У кого какие предложения? Чей будем вызывать дух?

– Ленина, – немедленно отозвался Вольдемар, демонстрируя стереотип мышления человека, захватившего расцвет и крушение СССР.

– Пушкина, – высказалась Симона. От возбуждения у нее заметно порозовели щеки.

– Пушкин наврет! – не согласилась Маргарита. – Он шутник был и острослов. Нет-нет, надо кого-нибудь такого… основательного.

– Мамина-Сибиряка, – предложил Шубин. – Или Немировича-Данченко.

– Я имею в виду основательного не по фамилии, а по существу, – осекла его Маргарита.

– А я бы вызвал кого-нибудь прикольного, – подал голос Жидков, все это время доедавший салат. – Вольфа Мессинга, например.

– Или Шерлока Холмса, – поддакнул Шубин.

– Какого Шерлока Холмса? – повернулась к нему Симона. – Его же не было.

Она хихикнула, не понимая, шутка это или нет. Оказалось, никакая не шутка.

– Он в Англии жил, – поделился с ней Шубин. – На улице Бейкер-стрит. Знать надо.

– Слушай меня, Леонид, – сказал Жидков, наставив на него вилку. – Шерлок Холмс – не человек.