выражения прочертили между бровей Фила глубокие борозды, но сегодня вид у него был не очень злобный. Напротив, в нем чувствовалась какая-то застарелая грусть.
– Да. Я ей говорил, что ты не должна это писать.
– А. Понятно. – Нет, все-таки злобный вид. Сара разглядывала треугольники на ковре, жалея, что вообще сюда пришла.
Фил потер шею сзади.
– Послушай, у тебя нет ни опыта, ни практики…
– Я, наверное, лучше пойду.
Сара снова поставила стакан на столик. Противная, невкусная вода. Совершенно в духе Фила – налить ей противной нью-йоркской воды из-под крана. Без льда. Она встала, собираясь уйти.
– Сядь, Грейсон, слышишь? Дай уж мне закончить.
Сара громко вздохнула и села обратно, но на самый краешек, при первой возможности готовая снова вскочить на ноги.
– Так вот, у тебя нет опыта, чтобы написать эту книгу… но у тебя есть талант.
Сара подалась вперед.
– Прошу прощения?
Она втянула сумку на колени и обхватила ее, точно надувной спасательный круг.
Фил отпил кофе, внимательно разглядывая Сару.
– Я никогда не утверждал, что тебе не следует писать или что у тебя нет таланта. Чего тебе не хватает – так это упорства. Знаешь поговорку: «Писать легко, просто вскрой себе вены»?
Сара всматривалась в его лицо, не понимая, к чему он клонит.
Он опустил чашку на стол и пристально посмотрел на Сару.
– Почему ты не закончила роман? Тот, что послала мне несколько лет назад.
Сара набрала в грудь побольше воздуха. В душе у нее болезненно заворочалось то, что она похоронила давным-давно. Ковер внезапно снова обрел необыкновенную притягательность. На Фила смотреть она не могла.
– Не знаю, – прошептала она ковру.
– Да все ты знаешь! – отрезал Фил. – Ну же. Почему ты не закончила книгу?
Сара разглядывала потертые кожаные ремешки портфеля.
– Все совсем не так. Я просто передумала. Решила стать учителем.
– Черта с два. Ну же, Грейсон. Почему ты не закончила книгу?
– Послушайте, оказалось, что писательство – просто не мое.
– В самом деле? – Фил еще сильнее подался вперед. – И почему же это просто не твое, а?
Сару окатило волной стыда, жаркого и липучего. Что она вообще забыла в этой захламленной квартире Фила Дворника? Уж не за тем она сюда пришла, чтобы подвергаться допросу!
Она снова поднялась на ноги.
– Наверное, это была плохая идея. Мне пора.
– Это совсем простой вопрос.
Сара покачала головой. «Я не могу, просто не могу». На негнущихся ногах она вышла за дверь. Ну, строго говоря, не сразу. Сперва не могла разобраться с замками. Неловко возилась сначала с верхним, потом с нижним – и наконец кое-как вырвалась наружу. Нажала кнопку лифта и застыла в полном одиночестве на площадке двадцать второго этажа, читая неграмотно написанное объявление о том, как правильно пользоваться «мусорным проводом».
Она оглянулась на дверь Фила, остро вспоминая его разнос и как страницы жгли ей руки, пока она пролистывала едкие комментарии и каждое уничижительное слово навеки врезалось ей в мозг.
Дверь лифта открылась. Внутри стоял пожилой джентльмен в твидовой кепке, совсем как у ее отца.
– Вы заходите, дорогая?
У Сары перехватило горло, стоило ей различить легкий британский акцент. Она смахнула тыльной стороной руки шальную слезу и ответила, что нет, не заходит.
Она постояла, глядя, как мигают огоньки индикатора спускающегося без нее лифта, и оглянулась на дверь Фила. Изменилась ли она с тех пор, когда критика Фила взорвалась у нее в руках? Долго она еще будет истекать кровью?
Сделав глубокий вдох, она вернулась к двери. Постучала. Фил открыл и приподнял брови… Выжидательно?
Сара посмотрела прямо в усталые глаза.
– Ладно, я сдалась. Сбежала.
– Ну да. Это я и так понял. – Он склонил голову набок. – Почему?
Она прислонилась к дверному косяку и прикрыла глаза.
– Потому что решила, у меня не получится. Решила, ни на что не гожусь.
– Хм-м-м. Ну, это уже кое-что.
Он сделал шаг назад и жестом пригласил ее внутрь.
Сара села на прежнее место. Стакана с водой на столе больше не стояло, вместо него появилась чашка чая на блюдечке. Сара неуверенно подняла ее и сделала глоток. «Эрл грей» с молоком и сахаром. Как любила мама. Она чувствовала, что Фил наблюдает за ней. Подняла голову и сама посмотрела на него. Он кивнул.
Сара отставила чай и сжала руки.
– Фил, я должна написать эту книгу – и мне нужна ваша помощь. Я не могу сделать это без вас.
Знал бы он, чего Саре стоило произнести эти слова!
Повисла тяжелая пауза. Фил откинул голову на спинку кресла, сложив руки на груди. Сара нервно разглаживала между пальцами ремешки сумки.
Фил наставил на нее морщинистый палец.
– Тебе потребуется стальная воля, девочка. И кураж.
– Что?
– Воля. Ну знаешь… упорство, решительность, выдержка. И кураж – отвага и вдохновение. Я тебе помогу – но только если ты готова стоять до конца.
– Стальная воля, – повторила Сара, глядя мимо лица Фила за окно. Когда-то у нее было что-то вроде того. Или всего лишь наивная самоуверенность? Была ли у нее когда-нибудь настоящая воля?
Фил снова наклонился вперед, положив обе руки на бедра.
– Если мы будем работать вместе, я скажу тебе, что твоя писанина – дерьмо. Поняла? Ты разозлишься, расстроишься, а потом тебе придется перешагнуть через себя и двигаться дальше. Быстро. Ты перепишешь все заново. А я скажу тебе, что это все еще дерьмо. Но в конце концов у тебя получится. Потому что именно так и создаются хорошие тексты: по одному никудышнему черновику за раз, до одурения. И, может быть, тогда ты поймешь, что написала приличную книжицу. – Фил снова наставил на нее палец, глаза его сверкали яростно и неукротимо. – Только так ты сможешь закончить когда-нибудь эту вещь.
– Кураж, воля и много боли, – медленно произнесла она, вздернув подбородок.
Фил молчал, буравя ее взглядом, словно они соревновались, кто кого пересмотрит. Сара невольно опустила глаза, но заставила себя снова поднять их.
– Фил, я уже не та девочка, которая написала тот роман девять лет назад.
– Что ж… будем надеяться.
Сара закусила нижнюю губу.
– Мне нужно все, что ты уже успела написать. Все. Твой контракт с «Айрис» я и сам достану, но перешли мне переписку с Джейн Харнуа и всеми остальными.
Фил поднялся, явно давая понять, что встреча закончена.
Сара тоже встала. Закинула тяжелую сумку на плечо и чуть не рухнула обратно на диван.
– Так вы… согласны работать со мной?
– Кажется, мы обговорили условия. – Фил потянулся через кофейный столик и пожал ей руку. – Вяло жмешь, Грейсон. Поработай над этим. Встречаемся в «Айрис Букс»
