из свидетеля или, судя по виду Арина, настоящего подозреваемого.
Снаружи раздался шорох — я посмотрел в окно и убедился, что патруль прошел мимо. То, что это был именно он, не оставалось никаких сомнений — двое рослых и широкоплечих парней уверенно шагали вперед, размахивая исключительно правыми руками в такт движению. Левые руки они держали на головках коротких и узких мечей.
Одетые строго в черное, пускай даже это была поблескивающая кожа с обилием клепок, выглядели они грозно. И напыщенно. Я подумал, что при необходимости такую охрану пара стрелков из Рассвета уложит на ура. Но только в дневном свете.
Патруль даже не взглянул в сторону дома пивовара Арина, и я успокоился. Ситуация для нас относительно безопасная.
— Все по порядку, не спеша, — тихо и спокойно предложил я. — Мы никуда не спешим и, если мы оба действительно хотим друг другу помочь, я думаю, надо выяснить все обстоятельства.
Сказав это, я посмотрел на Вардо. Тот едва заметно улыбнулся, показывая, что его обучение не прошло для меня даром, несмотря на качку на Нируде.
— По порядку — это теперь не про Нички, — вздохнул Арин. — Я только одно спрошу: вы ведь друзья? Я могу вам доверять? С тех пор, как сбежал староста, я себя здесь в безопасности не чувствую.
— Видим, что не чувствуешь, — я окончательно перехватил инициативу в разговорах. — Потому и хотим помочь. Мы видели беженцев. Они прибыли раньше, чем дворяне с их охраной?
— Первые переселенцы разбили палатки возле Ничков еще недели две-две с половиной тому назад. Задолго до всех этих верхних из Пакшена. И даже до того, как появился капитан Анарей. Скажите же, он правда делает форт?
— Правда, — коротко ответил я, не вдаваясь в подробности.
— Значит, это конец, — ахнул пивовар. — Мне — конец. Скоро надо ждать нападения...
— Успокойся, — оборвал его стенания Вардо. — Вот этого ни нам, ни тебе совсем не нужно. Или ты думаешь, что нытьем поможешь капитану? Или себе?
— А что мне делать? Два помощника всего. Денег мало, нанять некого, переехать сложно... Да еще и следят, боятся, что сбегут... за... Нируду... — лицо его вытянулось и он посмотрел на нас двоих теперь совершенно иным взглядом: — Так вы оба из-за реки, — протянул он. — Из того самого места, куда не пускают людей... Не может этого быть! Как вы здесь оказались? Кругом же... Нет, я думал, что вы обошли, что вы... Я запутался, совсем запутался, простите меня! — и он закрыл лицо ладоням. — Решительно не могу ничего делать после того, как меня покинула Тоуда.
— Я поставлю чай, — вскочил Вардо, быстро сориентировался по помещениям, нашел кухню и вскоре вернулся, сев на место. — Для успокоения пивовара лучше предложить все, что угодно, кроме пива.
— Их-их... — икнул или посмеялся Арин. Затем протер лицо руками и слезящимися глазами уставился на меня: — Так ты, Бавлер... из Рассвета. И Рассвет — твой, да?
— Как посмотреть, — я дернул плечами, поежившись от необычного вопроса. — Я основатель, если это так важно.
— А... — снова икнул пивовар. — Т-тогда понятно. Но мне правда нужна помощь.
— И нам тоже нужна помощь, — терпеливо повторил Вардо. — Для этого нам нужно знать, что происходит в Ничках, а потом мы поможем тебе. Давай так, у тебя оборудование тяжелое?
— Большие баки для варки, четыре штуки, плюс всяческое оборудование, трубки, нагревательная система. Пойдемте, я покажу вам!
Он грузно поднялся, но сразу же опустился обратно.
— Совсем расклеился, — грустно и уныло он подпер голову ладонью. — Не знаю, как жить дальше.
— Арин! — уже угрожающе начал Вардо. — Мы можем тебя спасти. Тебя и твое предприятие.
— Да? — в третий раз икнул пивовар, точно только что наглотался напитков собственного производства. — И что же вы сможете сделать?
— Мы не зря спрашивали про твое предприятие, — продолжил советник. — У нас есть способ тихо переправить тебя в безопасное место, если ты пожелаешь.
— Меня и пивоварню? Баки весят почти триста килограмм... едва ли мы сможем погрузить их на телеги и доставить, куда нужно.
— Не самая сложная задача, — заметил я. — Мы возим на телегах по две-три сотни кило грузов.
— Большие и тяжелые баки, хрупкое оборудование и стекло, много возить придется. Либо долго, потому что за всеми следят, либо как-то надо устранять охрану!
— А вот теперь нам уже нужна максимальная помощь от тебя, Арин, — произнес Вардо. — Что за настроения у людей, на что они готовы, чего хотят, чем могут нам помочь, кто здесь заседает?
— Да я ведь почти никуда не выхожу. Вот вышел — вас нашел. Добрый знак, особенно если помочь в действительности сможете, — продолжил Арин. — Ну, ладно. Вроде бы, — он протер глаза еще раз, — вроде бы я успокоился. Что же происходило в Ничках... Сейчас, момент. Первые поселенцы на нас свалились... неожиданно. Как гром среди ясного неба. Мы никого не ждали. Через нас почти никто не ходил. Слухи всякие бродили среди людей, особенно среди тех, кто посещает другие селения. Говорили про Рассвет, говорили, что есть место, где-то недалеко от Монастыря, что там хорошо. И вот недели так две с половиной назад едет телега, а за ней — еще одна, — Арин вдруг часто задышал и замолчал.
— Чай! — вспомнил Вардо и через минуту на столе возле пивовара была глиняная кружка с кипятком и травами.
— Премного, — прохрипел Арин, отпил, прошипел что-то сквозь зубы и снова принялся тереть глаза. — Горячо... Так вот, едут — и к нам, в Нички. Мол, мы беженцы, идем из Мелов, скоро деревню в кольцо возьмут, нам надо через Нируду.
— И кто же их тогда не пропустил, если они собирались через реку? — спросил я.
— Они взяли передышку — долгая дорога, решили остановиться на денек другой, потому что кто же знает, сколько там до Рассвета еще идти! — Арин вяло взмахнул рукой и опустил ее на колено. — Если еще два-три дня ехать, дети же с ума сойдут, да и взрослым столько в дороге нельзя находиться!
— Понимаем, — кивнул Вардо. — Так появились первые три телеги поселенцев.
— Если бы
