три, — промямлил Арин. — Если бы! Тем же днем их количество удвоилось. А дальше пошло, как снежный ком, только и успевай место выделять. Поля хорошо убрать успел, запасы зерна собрать для следующего года, а так бы затоптали все. Словом, вечером уже был целый табун лошадей.
— А местные как на это смотрели? — спросил Вардо.
— Как, как... с ужасом, как и я. Но только поначалу вроде бы все мирно было. Ну, бегает десяток лошадей, да пяток коров. Ребятишек около пятнадцати да столько же взрослых. Ничего такого вроде бы и нет, к тому же многие из них планировали отправиться дальше. Но следующим днем прибыло еще несколько телег.
Мы с Вардо переглянулись. На самом деле, все происходило так, как я подозревал. Было предположение, что из деревень и поселений выезжает гораздо больше людей, чем добирается до Рассвета. И это было совершенной правдой. Но дослушать Арина следовало.
— Количество людей удвоилось, как удвоилось живности и всех остальных. Начались споры, потому что запутались в том, где чья лошадь или корова. Начали договариваться о том, как следует поступить — словом, следующим днем никто никуда не уехал. А ночью, такое ощущение, еще людей прибыло. И, заметив, что здесь есть целый лагерь, большинство новых решили остановиться у нас.
— Представляю, какой наплыв людей был в таверне, — заметил Вардо.
— Не протолкнуться! Все хотели есть и пить, ладно еще животных можно было накормить в полях. Нет, кто-то уехал, точно люди уезжали — не могли они столько времени пробыть здесь и ничего не делать. Самые нормальные люди отбыли почти сразу, — сбивчиво продолжал пивовар. — Но потом случился форт капитана Анарея, а еще несколькими днями позже прибыли пакшенские дворяне.
— Стало лучше, когда они прибыли? — уточнил я.
— Нет, что вы! — Арин, забыв, что у него в кружке горячий чай, сделал большой глоток. Он зажмурился, но проглотил. — Если бы стало лучше, я бы так не переживал. Но все стало только хуже. Впрочем... лучше тоже было, но только один день. Прибыли дворяне, если говорить по порядку. Прибыло их много — человек двадцать, все на конях, ряженые, при оружии. С охраной. Пылищи подняли... И тут же в таверну. Выгнали оттуда всех неместных, запретили беженцам появляться в черте деревни. Просто всех, подчистую
— И уж тогда-то вы вздохнули свободно, — хмыкнул Вардо. — Но ненадолго.
— Считанные часы. Потому что потом стали оттуда гонять всех без разбору. Виданое ли дело, когда двадцать дворян сидят в таверне, а к ним, видите ли, всякая чернь подсаживается! — не скрывая возмущения в голосе, проговорил Арин. — Там же еще и их охрана начала шастать. Сперва они перерыли всю таверну, мало ли чего там ценного имеется. Потом начали патрулировать улицы.
— Так а староста когда исчез? — уточнил Вардо.
— Староста... да вроде бы чуть позже. Да, позже, — утвердительно произнес Арин. — А чуть позже и Тоуда исчезла. И начали патрули по улицам ходить.
— Очень интересно, — задумчиво выдал советник. — И очень странно. Старосту тогда, получается, сместили? Или он все-таки сбежал?
— Да не могу знать. Нет его в Ничках и все тут, — развел руками Арин. — Как и Тоуды. Хотя, с другой стороны, я ведь почти не выхожу на улицу. Может, они оба где-нибудь прячутся...
— Так, не делай из этого трагедии.
— Я? Трагедии? — взвыл Арин. — Нашему старосте семьдесят, а Тоуда — красивая молодая женщина. Не думаю, что она предпочла мне нашего старосту!
— Ладно, не переживаешь, — заключил Вардо. — Я так понимаю, что дальше людей становилось все больше, потому что лагерь мог растягиваться бесконечно, появилась вонь и грязь.
— Да-да-да, — закивал пивовар. — Все так и было. Только началось это на третий день. Похоже, что все, кто приехал, только и знают, что надо в ведро и... выкинуть рядом где-то.
— Так что же нам делать? — спросил я у Вардо. — Если здесь до сих пор сидят те, кто не выпускает людей..
— Ах да, — спохватился пивовар. — Выпускать отсюда людей тоже никто не собирается — По лагерю дважды в день проходит патруль и проверяет, все ли на месте.
— Собрать всех сразу не получится. Слишком заметно. Слишком большая колонна получится, — начал я.
— Не получится. Но мы с тобой, Бавлер не можем начать, пока не узнаем мнение еще одной стороны.
— Людей, которые сидят в этом лагере? — спросил я, дернув бровью.
— Нет, — покачал головой Вардо. — Не людей. А дворян. Чего хотят, почему не выпускают.
— Официальное посольство в местную таверну?
— Именно!
Глава 17. Поход в таверну
Добраться до таверны, в которой засели приезжие, было непросто. Она и находилась неблизко — почти через все Нички до нее нужно было добираться, так еще и патрули могли помешать.
Хотя, если задуматься, из двадцати человек охраны не все же ходили по улицам. Арин преувеличивал. Кто-то должен был остаться. Минимум один охранник при своем патроне. Значит, парных патрулей было пять.
Кто-то на основном направлении — на въезде в Нички с севера. Кто-то ходил по улицам. Еще один патруль должен был заниматься лагерем. Вот уже шестеро. То есть, риски попасться для нас были не такие высокие.
Но тот факт, что Вардо решил лично переговорить с высшим светом Пакшена, означал, что его очень хорошо должны знать в городе. Иначе никто не потратит время на неизвестного. На меня бы вряд ли потратили.
— Мы просто придем, поговорим и уйдем, — сказал Вардо, поднимаясь на ноги. — Не будем вдаваться в подробности. Ты — мой помощник. Все. Понял?
— М, да, — подумав, согласился я.
На том и порешали, что оставляем Арина в гордом одиночестве, а сами идем дальше, на разведку. Я бы ни за что не решился на такое, будь я один или с кем-то другим. Например, с тем же Конральдом. Сунуться в такое место!
— А если там есть кто-то, уже бывавший в Рассвете?
— Не думаю, что у тебя такая уж запоминающаяся внешность. Одежду, как у тебя, носит большинство местных. Так что не бойся. Идем.
Дождавшись, когда очередной патруль пройдет по улице, Вардо уверенно вышел наружу и пошел так, словно всегда жил
