‹1835›
"В душном воздуха молчанье…"*
В душном воздуха молчанье,Как предчувствие грозы,Жарче роз благоуханье,Резче голос стрекозы…Чу! за белой, дымной тучейГлухо прокатился гром;Небо молнией летучейОпоясалось кругом…Некий жизни преизбытокВ знойном воздухе разлит!Как божественный напитокВ жилах млеет и горит!Дева, дева, что волнуетДымку персей молодых?Что мутится, что тоскуетВлажный блеск очей твоих?Что, бледнея, замираетПламя девственных ланит?Что так грудь твою спираетИ уста твои палит?..Сквозь ресницы шелковы́еПроступили две слезы…Иль то капли дождевыеЗачинающей грозы?..
‹1835›
"Как сладко дремлет сад темно-зеленый…"*
Как сладко дремлет сад темно-зеленый,Объятый негой ночи голубой!Сквозь яблони, цветами убеленной,Как сладко светит месяц золотой!Таинственно, как в первый день созданья,В бездонном небе звездный сонм горит,Музы́ки дальной слышны восклицанья,Соседний ключ слышнее говорит…
На мир дневной спустилася завеса,Изнемогло движенье, труд уснул…Над спящим градом, как в вершинах леса,Проснулся чудный еженощный гул…Откуда он, сей гул непостижимый?..Иль смертных дум, освобожденных сном,Мир бестелесный, слышный, но незримый,Теперь роится в хаосе ночном?..
‹1835›
"Как птичка, с раннею зарей…"*
Как птичка, с раннею зарейМир, пробудившись, встрепенулся…Ах, лишь одной главы моейСон благодатный не коснулся!Хоть свежесть утренняя веетВ моих всклокоченных власах,На мне, я чую, тяготеетВчерашний зной, вчерашний прах!..О, как пронзительны и дики,Как ненавистны для меняСей шум, движенье, говор, крикиМладого, пламенного дня!..О, как лучи его багровы,Как жгут они мои глаза!..О ночь, ночь, где твои покровы,Твой тихий сумрак и роса!..Обломки старых поколений,Вы, пережившие свой век!Как ваших жалоб, ваших пеней*Неправый праведен упрек!..Как грустно полусонной тенью,С изнеможением в кости,Навстречу солнцу и движеньюЗа новым племенем брести!..
‹1835›
"Вечер мглистый и ненастный…"*
Вечер мглистый и ненастный…Чу, не жаворонка ль глас?..Ты ли, утра гость прекрасный,В этот поздний, мертвый час?..Гибкий, резвый, звучно-ясный,В этот мертвый, поздний час…Как безумья смех ужасный,Он всю душу мне потряс!..
‹1835›
"Там, где горы, убегая…"*
Там, где горы, убегая,В светлой тянутся дали,Пресловутого ДунаяЛьются вечные струи.Там-то, бают, в стары годы,По лазуревым ночам,Фей вилися хороводыПод водой и по водам;Месяц слушал, волны пели…И, навесясь с гор крутых,Замки рыцарей гляделиС сладким ужасом на них.И лучами неземными,Заключен и одинок,Перемигивался с нимиС древней башни огонек.Звезды в небе им внимали,Проходя за строем строй,И беседу продолжалиТихомолком меж собой.В панцирь дедовский закован,Воин-сторож на стенеСлышал, тайно очарован,Дальний гул, как бы во сне.
И, лишь дремой забывался,Гул яснел и грохотал…Он с молитвой просыпалсяИ дозор свой продолжал.Всё прошло, всё взяли годы —Поддался и ты судьбе,О Дунай, и пароходыНыне рыщут по тебе…
‹1835›
"Тени сизые смесились…"*
Тени сизые смесились,Цвет поблекнул, звук уснул —Жизнь, движенье разрешилисьВ сумрак зыбкий, в дальный гул…Мотылька полет незримыйСлышен в воздухе ночном…Час тоски невыразимой!..Всё во мне, и я во всем!..Сумрак тихий, сумрак сонный,Лейся в глубь моей души,Тихий, темный, благовонный,Всё залей и утиши.Чувства мглой самозабвеньяПереполни через край!..Дай вкусить уничтоженья,С миром дремлющим смешай!
‹1835›
"Нет, моего к тебе пристрастья…"*
Нет, моего к тебе пристрастьяЯ скрыть не в силах, мать-Земля…Духо́в бесплотных сладострастья,Твой верный сын, не жажду я…Что́ пред тобой утеха рая,Пора любви, пора весны,Цветущее блаженство мая,Румяный свет, златые сны?..Весь день в бездействии глубокомВесенний, теплый воздух пить,На небе чистом и высокомПорою облака следить,Бродить без дела и без целиИ ненароком, на лету,Набресть на свежий дух синели*Или на светлую мечту?..
‹1835›
"Сижу задумчив и один…"*
Сижу задумчив и один,На потухающий камин Сквозь слез гляжу…С тоскою мыслю о быломИ слов, в унынии моем, Не нахожу.Былое — было ли когда?Что ныне — будет ли всегда?.. Оно пройдет —Пройдет оно, как всё прошло,И канет в темное жерло — За годом год.За годом год, за веком век…Что ж негодует человек, Сей злак земной!..Он быстро, быстро вянет — так,Но с новым летом — новый злак И лист иной.И снова будет всё, что есть,И снова розы будут цвесть, И терны тож…Но ты, мой бедный, бледный цвет,Тебе уж возрожденья нет, Не расцветешь…Ты сорван был моей рукой,С каким блаженством и тоской — То знает бог?Останься ж на груди моей,Пока любви не замер в ней Последний вздох…
‹1835›
"С поляны коршун поднялся…"*
С поляны коршун поднялся,Высоко к небу он взвился;Всё выше, дале вьется он —И вот ушел за небосклон!Природа-мать ему далаДва мощных, два живых крыла —А я здесь в поте и в пыли.Я, царь земли, прирос к земли!..
‹1835›
"Какое дикое ущелье!.."*
Какое дикое ущелье!Ко мне навстречу ключ бежит —Он в дол спешит на новоселье, —Я лезу вверх, где ель стоит.Вот взобрался́ я на вершину,Сижу здесь радостен и тих —Ты к людям, ключ, спешишь в долину, —Попробуй, каково у них!
‹1835›
"Всё бешеней буря, всё злее и злей…"*
«Всё бешеней буря, всё злее и злей,Ты крепче прижмися к груди моей».— «О милый, милый, небес не гневи,Ах, время ли думать о грешной любви!»— «Мне сладок сей бури порывистый глас,На ложе любви он баюкает нас».— «О, вспомни про море, про бедных пловцов,Господь милосердый, будь бедным покров!»— «Пусть там, на раздолье, гуляет волна,В сей мирный приют не ворвется она».— «О милый, умолкни, о милый, молчи,Ты знаешь, кто на́ море в этой ночи?»И голос стенящий дрожал на устах,И оба, недвижны, молчали впотьмах.Гроза приутихла, ветер затих,Лишь маятник слышен часов стенных, —
Но оба, недвижны, молчали впотьмах,Над ними лежал таинственный страх…Вдруг с треском ужасным рассыпался громИ дрогнул в основах потрясшийся дом.Вопль детский раздался, отчаян и дик,И кинулась мать на младенческий крик.Но в детский покой лишь вбежала она,Вдруг грянулась об пол, всех чувств лишена.Под молнийным блеском, раздвинувшим мглу,Тень мужа над люлькой сидела в углу.
Между 1831 и апрелем 1836
