Джоан легко было напугать, поэтому он осторожно прошептал ей в затылок:
— Просыпайся, детка. Тебя ждет пицца с твоим именем сверху.
— Ммм… — Джоан повела плечами, но головы не повернула.
— Давай, давай. Если продолжишь в том же духе, то проснешься в три часа ночи, и не будешь знать, куда себя деть. — Он начал легонько массировать ей плечи. — Ты почувствуешь себя лучше, когда немного поешь.
— О, — выдохнула Джоан.
Пальцы Пола тут же остановились.
— Тебе больно?
Она полусонно вздохнула.
— Нет.
— Ты глупая. Не следовало тебе шить всю ночь. — Пол усилил давление, улыбаясь ее стонам.
— О, — выдохнула она, на этот раз резче, и подалась навстречу прикосновениям его пальцев. — Да. Вот так.
Он посмотрел вниз, на ее тело, которое стало легонько извиваться на диване. Ее ноги вытянулись, а спина по-кошачьи изогнулась.
Меня это заводит, заметил Пол и неожиданно остановился. Все было так хорошо. Не смей портить этого сейчас! — приказал он себе.
— Хорошенького понемножку, — пробормотал Пол и развернул Джоан лицом к себе. — Джо, давай-ка просыпайся.
Несколько мгновений она, моргая, смотрела на него затуманенными глазами. Затем полные губы изогнулись в улыбке, и она вздохнула.
— Пол…
Прежде чем он успел двинуться, она протянула руки, обхватила его за шею и притянула к себе его голову. К тому моменту, когда Пол понял, что происходит, ему уже не хотелось ни двигаться, ни думать.
Поцелуй начинался нежно, почти робко, ее губы едва касались его. Он почувствовал, как она выдохнула его имя, и всю нижнюю половину тела Пола словно охватило пламя. Он попытался отпрянуть, но Джоан что-то сердито проворчала и крепче прижалась к его губам.
Остатки самообладания покинули его. Он впился в ее рот, прижав Джоан к подушкам. Она снова вздохнула, и он почувствовал, как по ее телу пробежала дрожь. Опираясь на руки, он наполовину накрывал ее тело своим. Пол чувствовал своей грудью ее соски под тонкой тканью рубашки. Застонав, он провел языком по ее атласным губам.
Он услышал, как она резко втянула в себя воздух, а затем изогнулась всем телом навстречу ему. Их языки сплелись. Перенеся вес на одну руку, другой Пол погладил ее шею, и Джоан затрепетала и вскрикнула, не отрывая от него своих губ. Когда он добрался до округлой крепкой груди, его поцелуй стал более настойчивым. Пол провел кончиками пальцев по напрягшемуся соску, и она подалась к нему с таким пылом, что у него перехватило дыхание.
Пол точно не знал, как оказался на ней, но в следующий момент просветления обнаружил, что их тела соприкасаются, и Джоан извивается под ним. Она не пыталась столкнуть его. Напротив, ее бедра стремились еще теснее прижаться к его отвердевшей плоти.
Это было выше его сил. Пол окончательно утратил контроль над собой. Удары его сердца барабанным боем отдавались в ушах.
Тук! Тук! Тук!
Одну минутку! Это не его сердце!
— Пол, старина… где ты там?
Он с трудом поднял голову. И он, и Джоан замерли и уставились вглубь коридора, откуда доносился стук.
— Открывай! Мы знаем, что ты дома. — Похоже на голос Кевина. — Не заставляй нас ломать дверь!
Эти слова заставили Пола скатиться с Джоан и поспешно вскочить на ноги. Оба все еще тяжело дышали.
— Не двигайся, — сказал он и спустился вниз.
Он рывком распахнул дверь.
— Что?!
На пороге стояли Кевин, Рик и Боб.
— Полегче, приятель. Мы только хотели сказать тебе, что закончили ремонтировать яхту и решили опробовать ее, — сказал Кевин, показывая в сторону пляжа. — Ты идешь? И ветерок подходящий.
— Вы вламываетесь ко мне в дом только для того, чтобы сообщить мне, что дует ветер?
— Конечно, — закатив глаза, произнес Рик. — Да что с тобой такое?
Кевин несколько мгновений внимательно смотрел на Пола, а затем усмехнулся.
— Фу ты, я чувствую, мы не вовремя… если судить по твоим джинсам.
— Проваливайте! — прорычал Пол.
— Правда, нам очень жаль, — быстро отступая, сказал Рик. — Честное слово. Продолжай заниматься своим делом.
Кевин засмеялся. Но Боб посмотрел вниз, на подъездную дорожку, а затем снова перевел прищуренный взгляд на Пола.
— Ты уверен, что все в порядке, старина? — тихо спросил он.
— Будет, если вы, клоуны, уберетесь отсюда.
«Клобучники» ушли, и Пол, заперев дверь, снова поднялся наверх.
Джоан поспешно собирала разбросанную повсюду одежду, рассовывала ее по пакетам и складывала в стопку альбомы для набросков.
— Знаешь, — быстро произнесла она, не глядя на него, — я, пожалуй, воздержусь от пиццы.
— Джоан, по поводу того, что случилось…
— Это я во всем виновата, — быстро сказала она, пытаясь удержать в руках пакеты и альбомы. — Правда. Наверное, я была слишком усталой, или сонной, или еще что-нибудь.
— Обычный флоридский инцидент, в котором никто не виноват, ангел, — произнес он, беря ее за подбородок и заставляя посмотреть ему в глаза. — Никто не виноват.
Но Джоан по-прежнему избегала его взгляда.
— Мне нужно вернуться домой и доработать некоторые образцы, чтобы они больше походили на одежду. И еще я должна… сделать кое-что… ну, знаешь, по дому.
Минуту назад она горела с ним в одном пожаре, а теперь ей не терпится заняться домашней работой?
— Джоан, с тобой все в порядке?
Она наконец посмотрела ему в лицо, ее ореховые глаза казались ошеломленными.
— Я вовсе не думала… что случится то, что случилось. Поверь мне. — Она судорожно втянула в себя воздух. — Я знаю, это была невероятная глупость, но мы так давно дружим, что я надеюсь, ты сумеешь забыть о случившемся. Это ровным счетом ничего не значит.
«Это ровным счетом ничего не значит».
Ее щеки покрылись румянцем.
— У меня просто давно не было этих… физических контактов, — тоненьким голоском призналась она. — А теперь, со всей этой историей с пари, этими свиданиями, приходится сталкиваться со всякими неожиданностями.
Пол кивнул.
— Я готов даже пойти дальше. Мы просто притворимся, что ничего не случилось. Хорошо?
— Конечно. Хорошо.
Это ведь именно то, чего он хотел. Не так ли?
Джоан кривовато улыбнулась. Она встала на цыпочки, словно собираясь поцеловать его, но затем передумала и направилась к выходу. Пол, озадаченный, потащился следом.
— Пока, — просто сказала она, когда Пол открыл перед ней дверь.
— Я тебе позвоню.
Он смотрел, как Джоан садится в машину и уезжает. Затем, закрыв дверь, снова поднялся наверх и сел на диван.
Она ушла. Он целовал ее до умопомрачения, а она просто взяла… и ушла.
