себя дома. Давайте без чинов, — Корнилов заметил мое появление.
Несмотря на предложение общаться неформально, его голос звучал с вызовом и даже враждебно. Сказалось наше не самое лучшее знакомство, а еще… Именно сегодня Меншиков отдал приказ о затоплении части флота между Александровской и Константиновской батареями, чтобы не дать кораблям союзников зайти во внутреннюю бухту города. Корнилов был против, он хотел дать бой флоту, чтобы пусть не одержать верх, но заставить врага умыться кровью. После всех побед сдаваться без боя было так… сложно!
В итоге адмирал собрал морских офицеров, попытался убедить их поддержать его, чтобы потом выступить совместно. Увы, большинство не пошли против прямого приказа поставленного царем Меншикова. Корнилов продолжил спорить один и сдался, только когда Александр Сергеевич пригрозил ему отставкой. Бросить город в такой момент показалось адмиралу еще большим предательством, чем затопление кораблей.
Зная обо всем этом, я хотел предложить мятежному адмиралу одну идею.
— И я рад вам, Владимир Алексеевич, хотя обстоятельства нашей встречи опять не самые лучшие.
— На что вы намекаете? — нахмурился Корнилов.
— На приказ затопить флот, — я ответил прямо, и по тому, как сошлись брови адмирала, сразу стало понятно, насколько неприятно ему это решение. Неприятно, но внутренне он уже начал принимать его.
— Знаете, слухи не зря говорят о вашей поразительной осведомленности, Григорий Дмитриевич. Действия во время сражения, потом то впечатление, что вы произвели на Александра Сергеевича. Меншиков очень редко принимает решения о присвоении внеочередных чинов, а вот вы его получили. Как и назначение к нам.
— Война с другими великими державами была предрешена, — я пожал плечами. — Уж очень сильна стала наша Родина, и им оставалось либо принять эту силу, либо бороться. Они, как и мы бы сами на их месте, выбрали второе. Так что, как бы отрицательно я ни относился к выбранному нашими врагами пути, я не могу не уважать их силу. И поэтому давно собирал информацию о том, как могла бы пойти эта война, какую силу могут обратить против нас и как мы сами можем ответить.
— Кстати, мне рассказывали о подготовленных вами прямо на поле боя укреплениях и способе их использования. Очень интересно, — Тотлебен окинул меня благожелательным взглядом, но Корнилов не дал сменить тему разговора.
— Земляные работы, при всем уважении, обсудим потом, а сейчас… Григорий Дмитриевич, правильно ли я понимаю, что у вас есть прожекты и на случай столкновения с флотом союзников? У англичан и французов даже без учета новейших винтовых пароходофрегатов линии полное численное превосходство. Возможно ли в принципе победить такого врага? Был бы у меня только шанс, я бы ни за что его не упустил!
— До недавнего времени у меня не было ответа на этот вопрос, — я соврал, но, чтобы адмирал мог принять мою идею, его нужно было подготовить. — Но когда мы захватили обоз англичан и допросили журналиста «Таймс», то узнали интересные новости о нашем Дальнем Востоке. Вы знали, что первого сентября, за день до появления у берегов Евпатории союзники высадили десант и начали штурм Петропавловска-Камчатского?
— Чем все закончилось?
— Сколько их было?
— Как об этом можно было узнать так быстро?
Меня завалили вопросами, и ответы на некоторые из них были довольно скользкими.
— Начну с последнего. Ответ прост — телеграф! Сейчас его сети начинают опутывать мир, где-то используют световой, где-то тянут провода. Даже через Атлантику проложили кабель, так что у наших врагов теперь есть возможность быстро узнавать последние новости.
— Чем все закончилось?! — Корнилов хотел знать ответ на самый главный вопрос.
— Так как моя спешка уже ничего не изменит, как насчет попробовать угадать? — я смог заинтересовать собрание и продолжил. — Итак, в английской эскадре было два фрегата, на сорок и пятьдесят пушек, плюс парусно-паровой шлюп. На нем шесть пушек, и его планировали использовать больше в качестве буксира, чем средства боя. Французы прислали один фрегат на шестьдесят пушек, корвет на двадцать и бриг-авизо на двенадцать. Итого двести орудий и две тысячи семьсот человек команды, из которых пятьсот — специально взятые на борт десантники.
— Вы хорошо подготовились, — Истомин оценил детали, якобы выбитые мной из журналиста.
— Чтобы победить врага, нужно его знать, — я кивнул. — Теперь перейдем к нашим защитникам.
— У них не было и шанса, — покачал головой Нахимов. — Я знаю, какие гарнизоны ставят в таких городах. Пара тысяч жителей и пара сотен солдат. Даже если бы губернатор подготовил и укрепил батареи, этого было бы недостаточно.
— Губернатор Василий Степанович Завойко действительно подготовился к возможному появлению врага, — продолжил я. — Весь город участвовал в постройке укреплений, все тысяча семьсот человек, разбитые на две смены.
— Как у нас, — выдохнул Нахимов. — Только в Севастополе выходило с самого утра по шесть-семь тысяч, и потом под вечер смена.
И опять мурашки. Я-то, приехав в город, увидел уже готовые укрепления на южной стороне. Еще с таким превосходством думал, как их можно улучшить. А вот о том, что они появились не сами по себе, внутри ничего даже не шелохнулось.
— Все равно без шансов, — покачал головой Корнилов. Кажется, в этот момент он был там, в Петропавловске, на месте Завойко и думал, можно ли сделать хоть что-то, чтобы спасти город.
— Я еще не все рассказал, — вежливо сообщил я. — Начало войны застало пару наших кораблей у берегов Южной Америки. Фрегаты «Диана» и «Аврора».
— Парусные, тип «Спешный», — выдохнул кто-то из моряков, разом представив оба корабля. Все остальные разговоры затихли, и сейчас каждый из собравшихся слушал только меня.
— В это же время Николай Николаевич Муравьев начал собирать нашу Тихоокеанскую эскадру вокруг фрегата «Паллада» в заливе Де-Кастри, готовясь защищать устье Амура.
— Оно же китайское, — удивился какой-то мичман, видимо, чудом попавший на это собрание.
— А он его заодно и захватил, — я развел руками. — Так вот мы пытались собрать флот, а англичане больше боялись, что мы, наоборот, отпустим его в свободный поиск. Все же, как бы сильны они ни были, но с учетом Крыма и Петербурга у них осталось всего с десяток крупных кораблей на весь Тихий океан. А жирной добычи там более чем достаточно. Те же Гонконг или Сингапур, где нет нормальных укреплений, а современных пушек не наберется и пяти штук. Как союзный флот обстрелял Одессу, так и наши фрегаты, окажись они рядом, могли бы пожечь половину английских колоний, пока их сумели бы остановить. Если бы сумели… Так вот теперь вы понимаете, почему англичанам было так важно не оставить нам ни одного корабля. Но эскадре Дэвида Прайса это
