Вечером, притаившись в озере, расположенном неподалёку от смотровой площадки, открывающей красивейший вид на залив, дракон узнал от туристов, когда отправляется паром на Исландию.
Рано утром ихтиозавры и дракон подстерегли корабль на выходе из залива и поплыли следом, стараясь не подплывать слишком близко, чтобы не привлекать внимания пассажиров к стремительно вспарывающим воду чёрным плавникам.
На Фарерах паром стоял двое суток. Первый день путешественники провели с пользой, как следует подкормившись. Рыбы здесь оказалась и в самом деле прорва: треска, палтус, сельдь. И это несмотря на то, что вокруг всех восемнадцати островов паслись огромные стаи чёрных дельфинов – гринд. А на второй день, бесцельно болтаясь по заливу, дракон подслушал разговор гринд и ужаснулся. Куда там норвежским китобоям с их неводами и тралами. На Фарерских островах существовала традиция забоя дельфинов. Стадо гринд оцепляли лодками, загоняли к берегу и убивали гарпунами и китобойными ножами. Фарерцы говорят, что участие в убийствах дельфинов позволяет им почувствовать себя настоящими мужчинами. Он подглядел в мыслях рыбаков картинки предыдущей бойни, когда на прибрежном пляже сотнями лежали ряды мёртвых гринд. Прибрежные воды на сотни метров окрасились в кровавый цвет…
– Ну, мы устроим им такое зрелище, что вовек не забудут! – пообещали ихтиозавры, когда дракон рассказал друзьям об этой кровожадной традиции.
– Мало не покажется! Не оставим своих в беде! Дельфины всех планет, объединяйтесь! – возмущались рыбоящеры на три голоса.
– Спокойно, парни! – увещевал их Брон. – Только без фанатизма!
– А чего они… – обиженно гудели ихтиозавры. – Ладно бы с голода пухли, это мы бы ещё поняли. Но убивать, чтобы почувствовать себя мужчинами, это же дикость какая-то! А если мы захотим почувствовать себя мужчинами и начнём убивать людей направо и налево?
«Может, и на самом деле Великий Шунг перенёс нас на землю для спасения дельфинов, – призадумался дракон. – Ну что ж, не посрамим Биармию! Выполним миссию, глядишь, он и заберёт нас обратно!
На следующий день в заранее отведённом месте для участия в забое дельфинов собрались все желающие мужчины. Женщины по традиции стояли в сторонке, приготовившись восхищаться мужеством своих избранников.
Зажглись сигнальные костры, возвещающие о появлении стада гринд и начале охоты. Лодки окружили вход в бухту и отрезали дельфинов от открытого моря. Вскоре они с шумом погнали дельфинов к берегу. Среди плавников гринд мелькали и намного более крупные плавники ихтиозавров. Дракон непрерывно отслеживал мысли людей на лодках. Тем, кто усомнился, что двухметровые спинные плавники принадлежат гриндам, Брон объяснял, что людям чрезвычайно повезло. Добыть таких гигантских дельфинов – это же невиданная удача!
Не дожидаясь, пока гринды подойдут к берегу, дракон отдал ихтиозаврам команду «Фас»!
Ихтио, Дельф и Бел выскочили на поверхность воды во всей своей многометровой красе и принялись переворачивать лодки загонщиков, не подпуская оказавшихся в воде людей к берегу.
– Поплавайте, ребята, – посмеивались ихтиозавры, видя с каким ужасом «ребята» наблюдают за громадными плавниками, вспарывающими воду то здесь, то там. Островитяне не понаслышке знали об акулах-убийцах…
Кто-то поплыл к дальним оконечностям бухты, кто вцепился в лодку, покорно ожидая, когда акулы начнут откусывать от них кусочек за кусочком.
Тем временем гринды, как и договорились с драконом, спешно покидали бухту. Там остались мелькать спинными плавниками только ихтиозавры, старательно изображая стаю дельфинов, подплывающую к берегу.
Убедившись, что гринды ушли, Брон начал сеанс массового гипноза. Он принялся внушать мужчинам, размахивающих китобойными ножами и гарпунами, что они заходят в воду, гарпунят гринд, вытаскивают на песок, укладывают рядами…
Женщины подбадривали живодёров громкими воплями, заглушая тоненькие голоса, переполненные невыносимой, нестерпимой болью, расстающихся с жизнью гринд, чьи крики искусно имитировали ихтиозавры. Брон, делая их ещё жалобней, с удовольствием доводил до широкой публики.
Наконец, все воображаемые убитые дельфины ровными рядами были разложены по песку. Алые прибрежные волны жадно и ненасытно слизывали последние, ещё доступные им следы крови с песка, с камней, с тел гринд…
И тут случилось самое страшное. Внезапно дельфины превратились в мёртвых людей, лежащих на песке: окровавленных, изуродованных. Охотники с ужасом взирали на дело рук своих, постепенно понимая, что, оказывается, убивали-то они не гринд, а своих собратьев. Женщины зарыдали, заламывая руки, над «телами» близких, друзей, избранников, совсем недавно полных сил и неуёмного желания убивать, чтобы стать настоящими мужчинами…
Картина была такой правдоподобной, что даже ихтиозавры поверили.
– Ты что, убил всех охотников? – с ужасом прошептал Ихтио.
Дракон посмотрел на округлившиеся от ужаса глаза дельфинов:
– Нет, нет, что вы! Я просто заставил людей поверить в это!
Они потихоньку уплыли в море, оставив островитян наедине с их неподдельным горем. Плакали-то они по-настоящему!
Наутро паром отправился в путь. Следом за ним двинулись и дракон с ихтиозаврами. Брон подобрался поближе к кораблю, гонимый жгучим желанием узнать, что говорят пассажиры о вчерашнем происшествии на побережье.
– Вы только представьте себе, господа, этот спектакль! – восхищался один из них. – Мужчины правдоподобно изображали забой гринд, женщины натурально рыдали над убитыми дельфинами…
– Да не над дельфинами, а над своими мужьями и братьями, возлюбленными и друзьями, – перебивал другой очевидец. – Они ведь и в самом деле думали, что вместо дельфинов поубивали друг друга…
– Это было какое-то массовое сумасшествие, – возбуждённо вмешался третий.
– Аборигены поклялись, что больше никогда в жизни не возьмут в руки китобойные ножи и гарпуны, – сообщил последнюю новость один из пассажиров. – Правительство острова на экстренном внеочередном заседании поставило вопрос о полном прекращении массовых забоев дельфинов!
– Вот эта новость, так новость! – обрадовался Брон. – Этого-то я и хотел добиться!
На следующий день паром прибыл на западное побережье Исландии, в Сейдисфьордюр, что в самом конце Сейдисфьорда. В этом портовом городе проживает восемьсот человек, есть церковь, отель, винный магазин и полицейский пост. Туристы-люди пошли осматривать достопримечательности, а туристы-нелюди, дракон и ихтиозавры, отправились пополнить запасы питательных веществ. Но главная достопримечательность ожидала всё-таки не людей, а ихтиозавров и дракона. Ею оказался…белый кит Нок, который покачивался на волнах у входа во фьорд.
Завидев знакомую белужью морду, ихтиозавры разразились такими приветственными криками, что тюлени и котики, валяющиеся по обоим берегам фьорда, решили смыться от греха подальше и мгновенно спрятались под воду. Красноносые тупики, крайне любопытные от природы, наоборот, захотели взглянуть, что приключилось. Они всей колонией взвились в воздух и устроили такой грай, что хоть уши затыкай. Не увидев ничего интересного, киты как киты, они с протяжными криками, заменяющими им, наверно, зеванье, вернулись на свои насесты.
А подуставшие от нудного плавания Ихтио, Дельф и Бел выпрыгивали из воды, крутились волчками и совершали сногсшибательные кульбиты через головы, свои и приятелей.
Брон осторожно высунул рогатую голову из-под воды, чтобы посмотреть, как на него отреагирует кит.
– Чего ты там прячешься? – хихикнул Нок. – Не волнуйся, не испугаюсь! Мне уже сообщили друзья из Норвегии, что вместе с рыбоящерами должен приплыть и дракон.
– Давайте-ка отойдём подальше от чужих глаз, – предложил он. – А то, чего доброго, все восемьсот человек жителей Сейдисфьордюра, не считая туристов, сбегутся посмотреть на невиданных зверей.
И он взял курс на ближайший безлюдный фьорд, каких здесь было видимо-невидимо.
Наконец, он посчитал местность достаточно пустынной, чтобы показать ей настоящего дракона.
Брон выпорхнул из-под воды и присел на выступ скалы. Ихтиозавры пришвартовались рядышком, наполовину высунувшись из воды и положив свои бедовые головы на прибрежные камни.
– Я наслышан про вашу беду! – воскликнул Нок. – Не грустите, может, я и помогу найти подводный лабиринт биармов. Вот послушайте одну историю, которую я подслушал у людей.
– Летом тысяча девятьсот тринадцатого года во время учебного похода в Баренцевом море, на глазах всей эскадры из пяти кораблей, английский дредноут «Елизавета III» вдруг закрутился на месте и исчез в гигантском водовороте, – продолжил он. – Такие водовороты люди называют «Воронками дьявола». А вдруг это и есть вход в тот самый лабиринт, который нам нужен.
– Точных координат-то, наверно, нет? – поинтересовался Брон.
