пытался перевести дух, когда на него бросился первый мендлок.
* * *
Комда, Озгуш и Мстив сидели около костра. Они обошли все ущелье, удивляясь и восхищаясь каскадами падающей воды. А потом решили подняться выше. Вагкхи привыкли к жаркому и сухому климату. Женщина видела, что последние дни им приходится нелегко. Прохладный и влажный воздух угнетал их. Они чувствовали себя неважно. Смех и шутки почти не звучали в отряде. Мужчины раздражались по пустякам, но пока еще держали себя в руках и не позволяли плохому настроению поселиться у них в коллективе. Поэтому предложение Комды подняться повыше и разжечь огонь, было с радостью поддержано Озгушем и Мстивом. А когда она намекнула, что на обед у них будет «настоящая» еда, настроение мужчин сразу же улучшилось. Озгуш быстро разжег костер, и они с довольными лицами уселись вокруг.
Комда давно не чувствовала себя так хорошо и спокойно. Они говорили «ни о чем». В основном шутили или обменивались впечатлениями. Неожиданно женщина почувствовала странное беспокойство. Показалось, что кто-то позвал ее. Тихо и как-то «невнятно». Она внезапно, посреди разговора замолчала и напряглась. Мужчины заметили, что с ней что-то происходит, и тоже притихли. На ее лице сосредоточились все взгляды. Комда опустила ресницы и словно заснула. На поляне, где они разожгли костер, стало тихо. Только вдалеке слышался шум водопадов. Этот звук подчеркивал и делал еще более явной окружающую тишину. Ветки в костре потрескивали. Со стороны казалось, что все трое спят с открытыми глазами. Такое совместное молчание продлилось еще несколько минут. После чего женщина внезапно вздрогнула, открыла глаза и прошептала:
— Опасность. Йяццу грозит опасность. Не пойму, какая, но он сильно взволнован. Нам нужно торопиться.
Она быстро поднялась на ноги, посмотрела на офицеров и скомандовала:
— За мной!
Они бежали по шапке ущелья, не раздумывая и не обращая внимания на окружающий их багрово-золотистый лес. Комда казалась сосредоточенной и серьезной. Иногда женщина на несколько секунд останавливалась, словно мысленно проверяя правильность избранного ею направления, и опять спешила вперед. Шум водопадов с каждым шагом становился громче. Они опять приближались к ущелью. К тому месту, где водопады заканчивались, образуя широкую бурливую реку. Комда проговорила:
— Он должен быть где-то здесь. Я чувствую это. Быть может, нужно подойти ближе к краю скалы и посмотреть…
Все трое почти одновременно ступили на серо-голубые, лишенные растительности камни и одновременно издали удивленный возглас. Даже Мстив не смог удержаться от столь явного выражения эмоций. Внизу, там, где река делала разворот, был небольшой каменистый остров. По нему тремя бурыми тенями двигались странные звери. С длинной лохматой шерстью и маленькими, почти лысыми головами. Звери издавали странные хрипящие звуки и злобно скалились. Мстив опомнился первым и крикнул:
— Смотрите!
Все повернулись туда, куда он указывал, и только теперь заметили Йяццу, стоящего по пояс в воде. Сверху казалось, что он непонимающе смотрит по сторонам, словно кого-то разыскивает. В этот момент вода около него забурлила, и на поверхности показался Раст. Он задыхался. Потоки воды стекали с его лица, волос и одежды.
— Что они делают тут вдвоем? Купаются?
— Думаю, нет. Посмотрите! Четвертый зверь рядом с ними. Если я не ошибаюсь, он готовится к прыжку…
— Ты не ошибаешься, Мстив! Надо помочь, пока эти твари не разорвали их на части!
Едва Комда успела произнести эти слова, как зверь прыгнул на Раста.
— Спускайтесь вниз и отвлеките остальных тварей.
— А ты?
— У нас слишком мало времени. Я должна успеть…
Комда отошла чуть назад, к тому месту, где они стояли несколько мгновений назад, на секунду замерла, а потом разбежалась, на самом краю сильно оттолкнулась и прыгнула в воду. Её тело скользнуло вдоль водопада, пронизывая многочисленные радуги и окунаясь в сверкающие брызги. Это было настолько красивое и удивительное зрелище, что мужчины замерли на вершине, провожая ее полет глазами. Женщина почти без брызг вошла в воду, а они, опомнившись, принялись торопливо спускаться.
* * *
Когда Йяццу увидел, что мендлок прыгнул на Раста, то чуть не закричал от бессилия и злобы. Чем он мог помочь гостю, если был безоружен и стоял по пояс в воде? Не раздумывая, а, скорее, просто интуитивно он нырнул и достал со дна первый попавшийся камень, который показался ему достаточно большим. Сделал несколько шагов по вязкой воде и оказался рядом со зверем. Ни минуты не раздумывая, он ударил камнем по покрытой шерстью спине животного. Его удар ничего не изменил. Но Йяццу решил не сдаваться. Он раз за разом наносил удары камнем. Тот скользил в руках мужчины, грозя упасть в воду, чтобы исчезнуть в глубине.
Вдруг зверь вынырнул и посмотрел ему прямо в глаза. Йяццу на мгновение замер, а потом опять нанес удар. Прямо по маленькой и почти лишенной шерсти голове мендлока. Тот не ожидал такого от слабого двуногого существа и даже растерялся. Затем зверь открыл полную острых зубов пасть и хрипло зарычал. Но Ло уже нельзя было испугать. Он крепко сжал камень двумя руками и поднял его над головой. Любой человек, хоть раз в своей жизни столкнувшийся с голодным мендлоком, мог точно сказать, чем закончится такой поединок. Но в этот раз все пошло не так. Отработанный годами способ охоты сейчас не помогал мендлоку. Зверя раздражало и сбивало с толку все: и холодная вода, и глубина, которая мешала ему действовать более активно, и… странный человек, который вынырнул совсем рядом.
Мендлок думал, что убил его. Он чувствовал запах крови и видел на воде ее разводы. Но человек оказался жив. Он стоял рядом и сжимал в руке сверкающий нож. Зверь замешкался, не зная, на кого из двух людей напасть в первую очередь. На того, что держал камень, или на другого, вкусно пахнущего кровью и сжимающего в руке серебристый нож? Эти мгновения раздумий и погубили его. Люди одновременно бросились в атаку. Сначала он почувствовал сильный удар по голове, а потом в его тело воткнулся нож, принеся с сначала резкую боль, а потом невыносимое страдание. Потому что нож, ударивший в бок, скользнул и распорол живот. Новый удар по голове заставил мендлока погрузиться в воду. Пасть осталась открытой, и он еще успел ощутить вкус крови, прежде чем перестал что-либо чувствовать.
* * *
Йяццу бил и бил зверя камнем по голове. Вода вокруг была красной от крови, а он все не мог остановиться. Словно стал машиной. Машиной, созданной для убийства. Раст, стоящий с другой стороны от зверя, хрипло прокричал:
— Хватит! Остановись! Тварь
