время запасливый Мстив извлек из кармана моток тонкой, но прочной веревки и стал привязывать её к дереву. Другой конец он закрепил у соседнего ствола и, не задавая лишних вопросов, собрал мокрую одежду, еще раз отжал ее и стал развешивать. Через несколько минут из-за дерева появилась Комда. Она была в черном свитере и такого же цвета штанах. Но ноги ее оставались босыми. Она виноватым голосом произнесла:
— Мстив! Мои ботинки совершенно промокли…
Разведчик невозмутимо произнес:
— Как же так могло случиться? Прямо не знаю… Наверное, нужно было снять обувь, прежде чем прыгать в водопад!
Комда усмехнулась:
— Когда ты будешь тонуть, я так и сделаю.
Мужчины громко рассмеялись. Она, мягко улыбаясь, посмотрела сначала на Йяццу, а потом на Раста. И тут улыбка исчезла с ее лица.
— Раст, подожди, не надевай куртку. Ты ранен. Дай я посмотрю…
— Это пустяки.
— Не заставляй меня повторять дважды. Садись сюда, ближе к костру. Итак, что тут за пустяки…
Раст покорно уселся на бревно, лежащее около костра и игравшее роль лавочки. Комда устроилась напротив и начала его осматривать. Йяццу уже переоделся и принялся помогать Мстиву развешивать мокрую одежду. Изредка он бросал внимательные взгляды на Раста и Комду. Вагкх, конечно, кривил душой, когда говорил, что ранен легко. От его плеч до живота через всю грудь шли глубокие кровоточащие царапины. Это были следы от когтей мендлока. Зверь, словно острыми ножами, изрезал грудь мужчины. В душе бывшего правителя невольно возникло чувство уважения. Очевидно, что эти раны были получены Растом во время первой атаки мендлока. Но он смог не только победить огромного разъяренного зверя, но и бегом добраться до костра. Комда осторожно дотронулась до царапин и спросила:
— Больно?
— Не очень. Терпимо.
— Не нужно зря терпеть.
Она потерла одну ладонь о другую и прикрыла глаза. Лицо женщины стало сосредоточенным и серьезным. Длинные ресницы чуть подрагивали. Раст давно не видел Комду так близко. Все это время она избегала его. Сейчас же была совсем рядом. Он скользил по лицу женщины влюбленным взглядом, стараясь запомнить и сохранить в памяти её черты. И даже не заметил, как руки женщины засветились золотистым светом. Она открыла глаза и посмотрела на него в упор:
— Расслабься, Раст.
Её руки поднялись и медленно задвигались над его грудью. Золотистый свет, словно вода, стекал с них и капал на кровоточащие раны. Те исчезали прямо на глазах. Скоро они пропали совсем. Остались только бледно-розовые полосы.
— Следы от когтей исчезнут через несколько дней сами по себе. Больше нигде не болит?
— Болит.
— Где же?
Раст ткнул пальцем в грудь. В то место, где находится сердце.
— Здесь. Помоги мне, Комда!
Она встряхнула руками, и свечение исчезло. Совершенно серьезно женщина ответила:
— Тут я бессильна. Тебе может помочь другой доктор. Его зовут Время. Только он лечит такие раны.
Раст нахмурился и покачал головой из стороны в сторону. Ему не понравились слова женщины. Мужчина приоткрыл рот, собираясь возразить, но Комда быстро дотронулась до его губ кончиками пальцев и тихо прошептала:
— Молчи. Не говори ничего. Не нужно.
Они сидели очень близко. Взгляды мужчины и женщины не могли оторваться друг от друга. Ситуация была такой напряженной, что даже Мстив и Йяццу замерли на месте. Эта немая сцена была прервана появлением Озгуша. Он подошел к костру и с грохотом поставил ведро на землю. Оно глухо стукнуло, выплеснулась вода. Не обращая внимания на то, что все молчат, Озгуш громко и сердито спросил:
— Кто-нибудь видел Тресс? Где он опять пропадает?
Йяццу хотел ответить, но встретился взглядом с Комдой и решил промолчать.
* * *
Молчал Йяццу и сейчас. Холодные струи дождя били его по лицу и капали с волос. Ноги скользили на размокшей земле. Он тяжело вздохнул и опять посмотрел на Комду. Женщина повернула к нему лицо. В её глазах было сочувствие. Она тихо сказала:
— Дожди закончатся, как только мы достигнем Кисэна.
— Откуда ты знаешь? Они вообще не должны были идти. В это время года всегда сухо и солнечно.
— Просто знаю, и все. Потерпи, Йяццу. Вагкхам еще хуже. Они привыкли к другому климату.
— Прикажи им надеть плащи.
— Ты еще не понял, что они очень упрямы? Не собираюсь я им приказывать. Я предложила, а они отказались. Пусть теперь мокнут. Может, вода смоет с них упрямство. Если не полностью, то хотя бы частично…
Йяццу усмехнулся, и ему стало легче. Ноги уже не так скользили, и дождь перестал лить потоком, а мелко закапал, позволяя вдохнуть полной грудью воздух, а не воду.
Если ее потоки могли смыть не только упрямство вагкхов, но и мучающие Ло вопросы… А их становилось все больше и больше. Однажды ночью Йяццу проснулся и даже не понял, что разбудило его. Он немного полежал, пытаясь разобраться, чем же вызвано столь внезапное пробуждение. И вдруг понял. Дождя не было. То есть он был. Мужчина слышал, как капли бьют по веткам и шелестят в листве. Но ни одна капля не падала на него. Он медленно повернул голову и осмотрелся. В центре площадки, на которой все спали, горел яркий костер. Причем дым от него не шел. Так могли гореть только сухие дрова, а ничего сухого не было на многие километры вокруг. Темный силуэт человека в ярких бликах света медленно двигался от одного спящего к другому. Йяццу сначала напрягся, а потом вдруг понял, что это Комда, и успокоился. Женщина села на корточки около Озгуша и протянула над ним руки. Золотистое сияние, которое он видел тогда, когда она лечила Раста, потекло с ее пальцев. Она опустила руки ладонями вниз и несколько раз провела ими над телом мужчины. Затем встала и подошла к лежащему рядом Мстиву. С ним она проделала то же самое. Когда женщина присела около Раста, Йяццу сильнее повернул голову, и Комда заметила движение. Повернула к нему лицо и спокойно сказала:
— Спи.
Йяццу не успел ничего ответить. Его глаза закрылись, а голова упала на подложенный вместо подушки мешок. Утром он вспомнил то, что видел, но не смог понять: был ли это сон, или он действительно стал свидетелем странного поведения женщины.
В поисках ответов прошло две недели. Путешественники пришли туда, куда стремились. Кисэн находился совсем близко, за соседним холмом. Больше ждать было нельзя. И Йяццу решил поговорить с Комдой. Он посмотрел по сторонам. Мужчины сидели вокруг костра, а её нигде не было. Женщина ушла куда-то сразу после ужина и еще не вернулась. Тогда Йяццу
