Своего посольства у Лердена в Бренне не было, но кто-то из местных аристократов уступил князю на время конференции свой особняк. В нем вся делегация и разместилась. Экипажами, в которых приехали, весь двор забили, еле проход к зданию оставили. Лошадей в конюшне в стойла по две ставить пришлось. Некоторых из свиты тоже по двое в комнату поселили. А слугам так и вовсе кровати в два яруса ставили. Впрочем, подселить кого-нибудь к кэрам даже не заикались, ходило предание, что когда-то фон Гербер кого-то за такое предложение во дворе сосульками к стене прибил, и пока те растаяли, бедный дворецкий чуть кровью не истек.
Приглядевшись магическим зрением, Николас обнаружил, что весь дом, помимо защитных и различных бытовых заклинаний, обеспечивающих в нем температурный режим и вентиляцию (богато живут!), оплетен старательно спрятанными заклинаниями прослушки. Вообще все комнаты! Тщательно же король Отто к конференции готовился! Правда, из особняка выходили только три нити передачи и тянулись до соседнего дома. Видимо, в нем маги-слухачи и сидели. Получалось, дежурили одновременно только три мага, хотя, возможно, больше и необязательно. Вряд ли одновременно во всех комнатах важные разговоры вестись будут, а бюджет все-таки не резиновый! Все равно король средств очень много потратил, не поскупился! Николас к нему даже уважение почувствовал, серьезный дядя!
В принципе пережечь нити связи у прослушки было для него несложно. А надо ли? Теплых чувств к князю Лердена Николас не питал, на службе у него не состоял. Так зачем? В своей комнате, понятно, развеял, пусть знают, где кэр живет! А в остальных — слушайте на здоровье, если вам так интересно. Надо бы и себе отводочек сделать, может пригодиться. Только не от комнат тянуть, а прямо от нитей связи к магам-слухачам. Пусть уж они сами по особняку в поисках интересных разговоров рыскают, а он послушает, что они нашли.
По приезде в Бренн князь Лердснский был удостоен краткой аудиенции у короля Отто. Или (по его собственной трактовке) нанес визит вежливости хозяевам. Ни сердечностью, ни продолжительностью встреча двух монархов не отличалась — так, формальные приветствия по протоколу, пожелание успехов работе конференции и все. Даже фуршета не было, что Николаса немного разочаровало. Все, что для него там было интересного, это возможность посмотреть вблизи на короля Отто, которого он раньше знал только по портретам в газетах. Король Вестфалии оказался внешне типичным солдафоном, причем даже не генералом, а так, из среднего командного состава. Лет сорока на вид, но для мага это не показатель. Крупный мужчина с бычьей шеей, ежиком коротко стриженных редких волос пепельного цвета и такой же щеткой усов, большими карими глазами навыкате и жестко сжатыми губами. Такого в наличии мыслей в голове заподозрить очень сложно, а уж тем более увидеть в нем хитрого и жесткого политика. С виду — сама простота и грубая сила. Князь Бурхард рядом с ним казался жалким задохликом.
Кэры на встрече присутствовали, протокол обязывал. В отличие от своих сюзеренов, рыцари общались раскрепощенно, а фон Янгель так и вовсе обниматься полез на правах хорошего знакомого. После недолгой официальной части все семь кэров дружной толпой отправились в какую-то знаменитую местную пивную.
Посидели хорошо. О политике не говорили, только о прекрасном и вечном, то есть о боях и бабах. Именно в таком порядке. Ну и достоинства разных сортов дэнского пива тоже обсудили. Кэр Гербер в хорошей компании рафинированного аристократа не изображал, а тоже бодро размахивал кружкой и регулярно требовал ее долива.
Элитность пивной определялась закусками к пиву, а также музыкальным сопровождением. Закуска была одна — вареные ноги крупных крабов. Но какими горами ее подавали! Для кружек места еле хватало! Музыку же обеспечивал единственный старичок-скрипач. Он ходил между столиками, наигрывая веселые мелодии и напевая дребезжащим голосом куплеты примерно следующего содержания:
Пришло судно в ХельбуС крокодиламИ.Все они взбесились,В Хельбу уплылИ!Один крокодил, БУМ!Думал, это Нил, БУМ!Ошибиться может каждый крокодил![4]
«Интересно, — расслабленно думал Николас, — голос у него дребезжащий от природы, или это скрипка под подбородком так вибрирует? А „зубастых“ и коронованных тут и впрямь много собирается… И не все довольными останутся. Кто же из них крокодил? Скоро узнаю. Кто ошибся, тот и крокодил!»
За неделю, предшествовавшую открытию съезда, Николас очень сильно продвинулся в бытовых и медицинских заклинаниях, жизнь заставила. Город буквально заполнили кэры, помимо входивших в делегации дэнляндских государств семнадцати рыцарей, добрый десяток приехал сопровождать наблюдателей от соседей. Все-таки вседэнляндский конгресс вызвал громадный международный интерес. Причем интерес активный, большинство делегаций не просто присутствовали, а деятельно вели переговоры и старались повлиять на решение собравшихся в Бренне монархов.
Непосредственно в переговорах кэры не участвовали. То есть официальной агитации среди собратьев не проводили, все равно бесполезно, каждый интересы своего монарха защищать обязан. Но разговоры разговаривали самые разные, причем исключительно под хорошую выпивку. Пиво Николас любил, но не по пятнадцать-двадцать кружек подряд, да еще вперемешку со шнапсом! В результате пришлось срочно осваивать и даже разрабатывать различные заклинания отрезвления и очистки организма. И в артефактах их реализовывать, а то попробуй правильно заклинание на себя наложи, когда голова раскалывается, руки трясутся, а в глазах черные или кровавые круги крутятся!
Заодно с помощью заклинаний и одежду прямо на себе чистить-гладить научился, и делать себя чистым, бритым и пахнущим чем-нибудь свежим и приятным, типа сосновым бором, свежескошенным сеном, морозным утром или чем-то цветочным. Список запахов можно было расширять, заклинание универсальным получилось, но пока знаний в алхимии не хватало для большего разнообразия. Эти сочетания он в готовом виде из учебника какого-то известного мага взял. Единственное, чего он не смог реализовать из своих задумок — это незаметно отходы ликвидировать. Вот уберешь ты с костюма всю пыль и грязь, а куда ее девать? На пол сыпать? А если выводишь из организма всякое лишнее (заодно можно и мочевой пузырь с кишечником почистить), это куда? Тоже на пол? Как-то неудобно. В сферу собрать и с собой носить, как хороший хозяин пакетик за своей собакой на прогулке? Не комильфо! В общем, пока все равно в сортир выходил или, в крайнем случае, в кустики…
Регулярные пьянки с заходившими в гости кэрами (и ведь не откажешься!) сильно мешали разобраться в политической ситуации, которой Николас, в отличие от большинства рыцарей-служак, интересовался. Разговоры князя или ректора подслушивать тоже урывками удавалось, когда выходил временно из-за стола освежиться или переодеться. Так что больше судил по косвенным признакам, из какой делегации кэры сегодня в гости пришли. Ведь пока они пьянствуют, их монархи переговоры проводят…
По всему получалось, что князь Бурхард стал лидером противников объединения Дэнляндии. Свой суверенитет он отстаивал с маниакальной страстью, не желая ни на йоту поступиться своей властью и привилегиями. А заодно и других активно агитировал. Скажем, ленивый король Брумлянда Зигмундт был первоначально готов передать власть совету монархов или императору за солидное ежегодное содержание. Все равно налоги плохо собираются, воруют все, а самому работать лень. Лучше он в своем замке спокойно пировать будет. Но князь Лерденский его убедил, что вместе с властью он сначала всеобщее уважение потеряет, а потом и высокое положение сохранить не сумеет.
В богатой Шварбии у короля Арнульфа и так все хорошо было, а несколько мелких княжеств и герцогств вокруг равнялись на богатых соседей. В общем, получалось, что восточные монархии Дэнляндии были против объединения, а западные, во главе с Остфалией, пытались им его навязать. В принципе расклад сил складывался в пользу короля Отто, у «Востока» было только семь кэров (в Шварбии и Брумлянде, как и в Лердене, имелось по два рыцаря, а еще один — в Майне), а у «Запада» — десять. Но если пять из них были в Остфалии, то остальные пять по одному распределялись в мелких государствах. Не факт, что в случае внутреннего дэнляндского конфликта их быстро собрать удастся, если удастся вообще. Неудивительно, что князь с ректором старались Николаса из особнячка их делегации никуда не выпускать, а приглашения от «западных» кэров вульгарно перехватывали. Возможно, и пьянки непрерывно шли именно поэтому.
Такая рьяность ректора в защите интересов князя сначала показалась Николасу странной. Правителем Бурхард был скверным, университету никак не помогал, да и характер имел неприятный. Но оказалось, что у фон Кредера был свой резон.
