пути. Мы будто два голодных зверя, напавших друг на друга, чтобы выжить. Ее губы действительно являются чем-то сродни еды. Они питают меня, заряжают, возводят к небесам. Я сбавляю скорость, желая остановиться и полностью отдаться сладостным ощущениям, но Мара меня останавливает.
— Нет, — сквозь поцелуй, противится она. — Остановишься, все закончится. Упадем — все закончится. Тебе решать, — обольстительной речью обрывает меня эта бестия.
— Я даже обнять тебя не могу. Я хочу прикоснуться к тебе.
— Тшш, — облизывает мою губу Мара, а после прикладывает палец к губам. — Разве адреналин не возбуждает тебя еще больше?
— Кто ты и что сделала с Марой? — истерично засмеюсь, но затем, воспользовавшись ее заминкой, с силой притягиваю одной рукой ее затылок и сталкиваю нас в новое бурное противостояние, приводящее к слиянию, поглощению и эйфории.
— Я хотела бы забыть о своих рамках. И с тобой у меня впервые получилось это сделать, — говорит она в перерывах между неистовыми поцелуями.
— Тогда я помогу тебе никогда к ним не возвращаться, — отвечаю, прижимая к себе ближе, толкаясь в сладкое тело. Управление одной рукой, через раз взгляд на дорогу, в купе с туманом в голове, пеленой в глазах и языком Мары во рту, все-таки приводят к тому, что я теряю контроль над мотоциклом. В последний момент я разгоняюсь до победной и резко сворачиваю вправо, в сторону обрыва, у кромки которого мы и ехали. Обхватив обеими руками Мару, я отрываюсь от поцелуя и безотрывно смотрю в ее испуганные, но в то же время восторженные глаза. На огромной скорости мы срываемся с обрыва. Мотоцикл вылетает первый, а мы летим следом за ним, прямо на виднеющиеся снизу камни, держась друг за друга и получая самую мощную волну адреналина в своей жизни.
— Сейчас, — даю знак отключить чувствительность костюма перед нашим падением. «Настройки: отключить чувствительность костюма». Возникший из ниоткуда голос Авы оповещает о выполненном изменении настроек.
Перед падением, я еще раз смотрю в лицо Мары, прижимаюсь своими губами к ее и резко отлетаю. Голова неестественно выгибается: я вижу свою спину, а через секунду уже стою на поляне как ни в чем не бывало. Мара проявляется буквально через пару секунд.
— Черт возьми, — восторженно кричит девушка, подбегая ко мне и прыгая на шею. — Это самое крышесносное свидание, которое только могло быть в моей жизни!
— И самое эксклюзивное, — добавляю не без иронии.
— Это уж точно, еще одно такое я не переживу, — отрицательно машет головой Мара, и мы оба срываемся на безудержный смех.
Глава 18
Арсен
На часах три часа ночи, а я лежу, уставившись в потолок и не знаю, как уснуть. Воспоминания, эмоции, гормоны, сомнения, страхи, эйфория — вот та гамма чувств, которые я ощущаю после свидания с Марой. За эти несколько часов я был одновременно счастлив, рассержен, зол, возбужден, расстроен, мил, инфантилен, сексуален и взбудоражен, обезбашен, а также окончательно и бесповоротно влюблен. Я, мать твою, влюбился в виртуальную девушку. Ебануться просто. Я встречался с кучей моделей, имел миллиард фанаток, но влюбился в девушку, которую ни разу не видел. Голимый абсурд. Пытался выкинуть из головы — не получилось, пытался переключиться на работу — тот же исход. Она заполнила меня до краев и выливается в создаваемую мною музыку, разработку обезбашенных или обычных романтичных свиданий и просто в нежное и трепетное чувство. Чего не скажу о ней, ведь совершенно ее не понимаю: она отталкивает меня, говоря о свободе, а потом поворачивается и целует так, что нас выносит с обрыва. Это то, что я ощущал в том момент и физически, и ментально.
Подскочив, снова сажусь за аппаратуру и быстро миксую несколько аккордов, соединяя и накладывая слова. С фантазией проблем нет абсолютно. Наши свидания — эта та подпитка, которая нужна каждому музыканту, ибо после них у меня нет сил остановиться. Закончив, откидываюсь на кресло и, закрыв глаза, снова прокручиваю в голове наше свидание, останавливаясь на его окончании: я все-таки научил ее водить мотоцикл, мы даже успели погонять, Мара явно вошла во вкус, пару раз знатно вылетая с байка, хохоча после этого как маленький ребенок. Этот смех, ее непосредственность и открытость — катализаторы моих возникающих к ней чувств. Хотя, возможно, имеет место быть фактор неизвестности. Я идеализирую ее в своем сознании: делаю ее абсолютно честной, бескорыстной и самоотверженной, но кто знает, так ли это?
Завтра, точнее уже сегодня, я хочу отвести ее в более спокойное место, чтобы больше говорить, узнавать ее поближе.
Мара
Встав пораньше, отправляюсь на работу и заканчиваю ее ближе к пяти вечера. Окончательно остыв после крышесносного свидания, решаю позвать к себе Алиску и поболтать как в старые добрые времена. Сегодня наше свидание будет в девять вечера, поэтому останется куча времени на болтовню с подругой.
Мы встречаемся у моего дома, так как режим карантина до сих пор не дает людям спокойно видеться на улице.
— Привет, Лис, — машу подруге.
— Привет, — отвечает она скептично, — у тебя хорошее настроение. Надеюсь, ты позвала меня не для того, чтобы снова за что-то отчитывать.
— Прости, я знаю, что была слишком резка с тобой. Даже если ты это и заслужила, я не должна была так отрываться на тебе, — опускаю голову в виноватом жесте и терпеливо жду реакцию подруги.
— Ну хорошо, — вскидывает голову Алиса, — мир? — протягивает мизинец, словно мы маленькие девочки, но я подыгрываю, подхватывая его своим и обнимая ее за плечи.
— Я скучала, — произносит она.
— Я тоже. Хоть ты и зараза.
— Пошли, я хочу все знать об этом парне, который так тебя изменил…
— Изменил? — удивляюсь.
— Ты сияешь. И это сделал с тобой он, даже не упирайся, — настаивает подруга. — А если меня удовлетворит твой подробнейший рассказ, я расскажу тебе новость, от которой у тебя произойдет отвал башки, гарантирую.
— Я заинтригована. Пошли уже тогда, — беру подругу под руку и завожу ее к квартиру. Предварительно расставленные миски с чипсами, попкорном и колой уже ожидают нас на журнальном столике возле дивана и телевизора.
— А ты подготовилась, — визжит подруга, целуя меня в щеку, — обожаю тебя, когда ты не обижаешься.
— Садись, я переоденусь и присоединюсь к тебе.
Быстро стянув костюм, натягиваю лосины и топ, закручиваю волосы в пучок и возвращаюсь к Алисе.
— Ну так что? — сразу требует рассказа Лис.
— Нуу, — растягиваю, желая ее помучить. — Как тебе сказать?
— Ну, хватит уже, говори как есть.
— Мы поцеловались.
— Что-о-о? Так скоро? Не прошло и года? — с притворным удивлением
