Читаем без скачивания Красавица Леночка: обаяние Зла - Джонни Псих

Наверное, именно эти неприятные чувства сыграли решающую роль в том, что Джонни решил написать книгу… по основам геометрии. Такую, чтобы самый тупой школьник (каким был сам Джонни в своё время), прочитав её, мог не только решить практически любую задачу на вступительном экзамене в институт, но главное, мог иметь представление об устройстве окружающего пространства. Своей важнейшей задачей при написании книги Джонни видел дать возможность читателю достичь действительного понимания материала. Однако путь к такому пониманию, который виделся Джонни, кардинально расходился, скажем, с представлениями его бывшей учительницы о том, чему и как надо было учить.

Его бывшая учительница старалась сделать свои объяснения максимально наглядными. Настолько, чтобы «любой нормальный человек» мог понять (за исключением разве что таких начисто лишённых пространственного воображения, как Джонни). Джонни выбрал совершенно иной подход. Он поставил во главу угла (если уместен такой геометрический каламбур) логику. Согласно его представлениям, в основе любой математической теории лежит набор утверждений, называемых аксиомами, описывающих свойства основных объектов этой теории. Все остальные утверждения теории (называемые леммами, теоремами, следствиями и т. д. в зависимости от их значимости и т. д.) выводятся из аксиом посредством логических рассуждений. При этом «по ходу дела» вводятся новые понятия и даются определения объектов, необходимых для дальнейших построений. Джонни знал ещё о существовании такой дисциплины как математическая логика, которая анализирует сами правила, в соответствии с которыми совершаются умозаключения. Однако считал, что обсуждать такие вещи в пособии по элементарной геометрии — уже неоправданный «хардкор», и что если он полезет в эти дебри, то никогда точно ничего не закончит.

В основу своего изложения Джонни положил (с небольшими эквивалентными модификациями) систему из двадцати аксиом, сформулированную в своё время Давидом Гильбертом (одним из крупнейших математиков первой половины XX века) в его книге «Основания геометрии». Эти аксиомы подразделялись на пять групп в соответствии с описываемыми ими отношениями между основными геометрическими объектами: аксиомы принадлежности/инцидентности; аксиомы порядка; аксиомы конгруэнтности (геометрического равенства); аксиомы непрерывности. Наконец, в дополнение к перечисленным четырём группам аксиом, лежащих в основе «абсолютной» геометрии, формулировалась аксиома параллельности — единственная аксиома, отличавшая Евклидову геометрию от геометрии Лобачевского. В геометрии Евклида постулировалось, что, имея прямую и не лежащую на ней точку, в определяемой ими плоскости через эту точку можно провести не более одной прямой, нее пересекающей данную. В геометрии же Лобачевского предполагалось существование, по меньшей мере, ещё одной такой прямой, откуда следовало, что таких прямых на самом деле было бесконечно много.

Наметив себе программу действий по созданию своего пособия, Джонни принялся за работу. Однако, как вскоре выяснил для себя Джонни, сформировать благие намерения — это одно. Реализовать их на практике — совсем другое. Проект продвигался еле-еле. За полтора года было написано всего около двадцати страниц. Время от времени Джонни срывался в игру или просто занимался всякой ерундой типа бесплодных попыток познакомиться с кем-нибудь в интернете.

Темп изменился кардинальным образом лишь за несколько дней до тридцатого дня рождения Джонни, во время поездки примерно на месяц в Керчь. К активизации деятельности Джонни стимулировал… страх. Впоследствии Джонни сам удивлялся, как он, обычно такой тяжёлый на подъём, решился на подобную поездку. С одной стороны, он прочитал в своей медицинской книжке для идиотов о пользе витамина D. Мол, этот витамин снижает вероятность заболевания раком чуть ли не на сорок процентов или что-то в этом роде. Только загорать надо аккуратно, дабы не получить в дополнение к витамину меланому или ещё какую-нибудь угрожающую жизни дрянь.

Не менее важным мотивом для Джонни в той поездке было то, что он ехал со знакомыми и не терял иллюзорной надежды на новые знакомства, которые позволят ему избавиться от одиночества. Однако по приезде его ждали неприятные сюрпризы.

Сначала Джонни узнал о вполне реальных шансах заболеть крымской геморрагической лихорадкой, которая, как он предполагал, непременно окажется смертельной для его слабого организма. Ещё более пугающим для Джонни стало то, что примерно через 10 дней после приезда он заметил у себя на коже дефект сосудистого характера, который счёл проявлением тяжёлого заболевания внутреннего органа, скорее всего, печени. Джонни в ужасе представлял себе, как в результате нарушения функции печени у него в крови снижается концентрация альбумина, брюшная полость заполняется жидкостью, и он умирает от перитонита или ещё что-нибудь в этом роде. Естественно, при таком раскладе наслаждаться «отдыхом» было проблематично.

Кроме того, Джонни не оставляла мысль о том, что ему всего через несколько дней должно исполниться тридцать лет. Он понимал, что по причине слабого здоровья даже при самом благополучном раскладе ему оставалось жить от силы лет десять. А что он успел за первые тридцать лет — значительный срок даже в масштабах полноценной по продолжительности жизни? Ничего! Но почему? Что мешало? Не хватило времени?! Но вон Сергей Есенин, например, покончил с собой в тридцать лет, а сколько стихов написал, которыми и поныне люди восхищаются!

Подстёгиваемый такими печальными мыслями, Джонни принялся активно писать свой геометрический труд прямо там, на юге. Понимая, как мало он успел сделать, несмотря на все усилия, он писал даже в новогоднюю ночь, словно веруя в глупую (впрочем, как и все прочие подобные верования) примету, что как встретишь Новый год, так его и проведёшь.

В следующем, 2003, году, Джонни по-прежнему пытался вести активную работу над текстом. Однако этому всё сильнее препятствовали различные сложности. В конце апреля для оформления какой-то формальной справки на работу ему пришлось сделать в поликлинике N666 флюорографию, которая показала, что у него проблемы ещё и с лёгкими. Джонни пребывал в таком отчаянии, что даже ходил по этому вопросу к районному терапевту Бургомистровой. Прекрасно понимая, что толку ему от неё не будет, хотя бы в силу её среднего фармацевтического, даже не медицинского образования. Однако ситуация была такова, что Джонни решительно не к кому было пойти из более знающих людей, чтобы рассказать об этой проблеме, а в интернете он также не мог найти на эту тему ничего вразумительного. Как и следовало ожидать, от Бургомистровой вместо разумных разъяснений Джонни получил лишь насмешку, сопровождаемую рекомендацией жениться, а если с этим сложности, то хотя бы съездить на курорт.

Теперь Джонни часто думал о том, что у него развивается или уже развился рак лёгких, который убьёт его примерно через полгода или чуть позже. Ему также снились кошмарные сны о том, как паренхима («живая», функциональная ткань) его органов (лёгких, печени и т. д.) заменяется соединительной тканью (фиброз), что приводит к быстрому и необратимому угасанию организма.

В том же году в канун очередного одинокого и печального дня рождения Джонни стал одолевать невыносимый, парализующий иррациональный страх смерти. Джонни не находил себе места и не мог продуктивно работать. Ему также было трудно уснуть из-за опасения, что он не проснётся. Постоянное недосыпание дополнительно ухудшало и без того неважное самочувствие, и это ещё сильнее раскручивало маховик саморазрушения. Убеждённый атеист Джонни был готов молиться каким угодно богам, лишь бы они даровали ему ещё хотя бы десять лет жизни (на самом деле, на тот момент примерно столько ему и оставалось жить, но он, конечно же, тогда не мог об этом знать).

Однажды, в минуты самого болезненного отчаяния, Джонни посетила странная мысль. Что даже если ему суждено прожить ещё десять лет, то, когда они истекут, он снова будет вот так же страдать, а может, даже ещё больше, чтобы ему было даровано ещё десять лет. Но какой тогда смысл потом хотеть ещё десять лет жизни, которые ты уже можешь не получить, если сейчас, пока у тебя ещё есть твоя жизнь, ты не можешь ею полноценно наслаждаться?! Да, она не идеальна, но если ты не можешь изменить какие-то вещи, и, тем не менее, любишь жизнь и хочешь жить, то почему бы не радоваться тому, что есть, здесь и теперь?

С этой мыслью Джонни стал смотреть по сторонам и замечать простые вещи, на которые прежде не обращал внимания. Он поднял голову вверх, и неожиданно увидел, как изумительным узором улыбалось летнее солнышко, выглядывавшее из-за тучки. Его свет искрился и переливался радугой на каплях дождя, что лежали на листочках. Джонни также стал обращать внимание, как светились радостью улыбающиеся лица детей, открывавших в своей игре для себя окружающий мир. И Джонни понял, что он также может постоянно открывать для себя этот полный чудес окружающий мир, удивляясь и радуясь своим открытиям, словно ребёнок. Рассказывать другим людям о том, как устроен мир, чтобы они также могли порадоваться. И тогда он мог бы быть счастлив оттого, что ему удалось принести радость в чью-то жизнь. От этих мыслей у Джонни неожиданно поднялось настроение. И он шёл домой довольный, думая не о смерти, а о красоте вокруг и о своих познавательных и созидательных планах.