Читаем без скачивания Царский сплетник - Олег Шелонин

В гридницу ввалился наполовину общипанный кот, стряхнул лапой на пол одну особо усердную пиранью, которая яростно жевала его ухо, и обгрызенным топором пригвоздил ее к половицам.

— А теперь твоя очередь пришла, кормилец.

Однако осуществить угрозу ему помешали еще две рыбки, от сотрясения слетевшие с его шерсти вниз. Они спикировали прямо на топор и начали деловито грызть топорище.

Кот поспешил, от греха подальше, убрать лапы, выпустил из них когти и двинулся на царского сплетника. Виталику стало не по себе, и он нырнул за спину Янки.

— Предлагаю ничью! — крикнул он.

— Какую ничью? — прошипел Васька.

— Хорошую ничью. Ты мне преподнес удобренные человечиной яблочки, а я тебе веселеньких рыбок.

— Это о чем речь? — нахмурилась Вдовица. — Не поняла.

— Все вопросы к нему, — ткнул царский сплетник пальцем в Ваську через ее плечо.

— Ладно, — не по-кошачьи шмыгнул носом кот, — Пока один-один. Но учти, партия еще не закончена.

— Это какие игры вы за моей спиной затеяли? — возмутилась девица.

Васька по-собачьи встряхнулся, запустив в полет еще несколько зубастых рыб, и выпрыгнул в окно, оставив вопрос без ответа. Виталий в одиночку отдуваться не хотелось, а потому он поспешил перевести разговор в более безопасное русло.

— Слушай, Янка, — переместившись на безопасное расстояние от девицы, спросил он, — а почему ты обычную коноплю называешь чертовым табаком?

— Из конопли у нас веревки вьют! — сердито ответила Вдовица, — А зельем этим обычно черти балуются.

— Черти?

— Черти. Этот табачок их магические силы увеличивает, если люди это зелье принимать начинают, то они постепенно в мелких бесов превращаются.

— Тут я с тобой согласен, — кивнул царский сплетник, — Эти обдолбанные ради дозы душу дьяволу продадут. А под Кайфом порой такое творят! Насмотрелся я на них в Рамодановске. Но насчет бесов ты все-таки загнула.

— Это еще почему?

— Ну бесы — это такие с рожками?

— Да.

— И с хвостиком?

— И с хвостиком.

— Ну насчет хвостиков не знаю, а вот рожки у них, если Неженатые, ни за что не вырастут.

— Трепло! Вместо того чтобы мне все честно рассказать…

— О драматических событиях этой ночи читайте в первом выпуске царского сплетника!

Виталик с хохотом вылетел из гридницы и застучал сапогами по лестнице вверх. Вслед ему полетел ухват, но юноша оказался шустрее.

— Заказывайте свежую прессу! — крикнул он, ныряя в свою спальню, — Фу-у… на сегодня, кажется, отмазался, — пробормотал он, захлопывая за собой дверь.

ГЛАВА 10

Поутру царского сплетника разбудили голоса за окном.

— Ловись рыбка большая и ма-а-аленькая… — донесся до него голос Жучка.

Плюх!

— Ах, ты кусаться? — злорадно зашипел Васька, — На тебе! На тебе! Думаешь, зубы большие отрастила и все можно? Получи!

Судя по звукам, рыбку уже поймали и теперь старательно шинковали.

— Ловись рыбка большая и ма-а-аленькая…

— И ты туда же? На! Получи!

Виталий сполз с кровати, сладко потянулся, прошлепал босыми ногами до подоконника и выглянул в окно.

Жучок с Васькой занимались рыбалкой. Жучок закидывал в бочку удочку, которой служила обычная палка с привязанной к ней веревкой. Наживкой служила косточка на ее конце. Рыбка клевала хорошо. Ее даже подсекать не надо было. Стоило косточке коснуться поверхности воды, как в нее тут же вцеплялись хищные зубы. Оборотень делал элегантный жест, и очередная рыбка плюхалась на деревянную плаху, около которой стоял Васька с большим колуном.

Глухо тюкнул о плаху топор, разрубив кость пополам.

— Мазила!

— Да ты попробуй попади, когда она так скачет!

Кот сделал еще один богатырский замах, но в запале перестарался, и колун занес его назад, заставив плюхнуться на спину.

— Слышь, Васька, кончай над рыбками издеваться, а то у меня косточки кончаются.

Действительно, пока Васька боролся с колуном, рыбка успела схрумкать обе половины кости.

— Весь стратегический запас на них извел, — пробормотал Жучок, глядя на последние три косточки у своих ног. Тем временем пойманная рыбка, закончив с наживкой, начала жевать «леску». — О! Да они и на веревку клюют. Нет, ты как хочешь, а я с этим делом завязываю. Если эти звери все бельевые веревки сожрут, Янка меня убьет.

— И много вы по утренней зорьке на такую наживку наловили? — поинтересовался Виталий.

Жучок с Васькой задрали головы.

— Много, — откликнулся кот, — на косточки из-под яблоньки хорошо клюет. Жучок, погоди удочки сматывать. Я еще свою кровожадность не удовлетворил. Вот эту рыбку я назову Виталий!

На этот раз удар топора был точен. Челюсти пираньи отлетели в одну сторону, все остальное в другую.

— Я вот что-то не поняла…

Виталик вывернул голову и увидел Янку, высунувшуюся из окошка своей спальни. Она была так прелестна в своей ночной рубашке, что юноша судорожно, со всхлипом, вздохнул.

— Так что там за косточки из-под яблоньки?

— Это они Михея твоего оттуда выкопали, — сдал кота Виталий.

— Ну ты и гад! — расстроился Васька.

— А вот не фига было моим именем тварь бессловесную называть, а потом колуном ее охаживать. Так что у нас опять ничья. Два-два!

— Что за бред? — потрясла головой Вдовица. — При чем здесь Михей?

— Васька сказал, что ты его в первую брачную ночь на зелье пустила! — решил окончательно добить вредного кота Царский сплетник.

— Ах на зе-э-элье… — проворковала Вдовица, — Ну-ка, Васенька, иди сюда. Я как раз вспомнила, что мне для кое-каких зелий не хватает определенных частей тела одного наглого кота.

— Не пойду! — затряс лобастой головой кот.

Девушка сделала резкий пасс рукой в сторону Васьки.

Этот жест заставил ее грудь всколыхнуться под ночной рубашкой так эротично, что царский сплетник чуть не выпал из своего окна. Кота же этот жест, наоборот, приподнял в воздух и втянул в спальню Вдовицы.

— На его месте должен быть я, — мечтательно простонал Виталий.

— Слюни подбери, — посоветовала девушка, захлопывая окно, но даже сквозь плотно прикрытые створки до царского сплетника с Жучком донесся дикий мяв Васьки.

— Хозяйка! Я все объясню!

— Я тебе сейчас сама все объясню!

— Хозяйка, не надо!

— Надо!

В спальне Янки Вдовицы что-то загремело, задребезжало, и оттуда раздались глухие удары.

— Хотя нет. Не хочу я оказаться на его месте, — поспешил откреститься царский сплетник. — Тут я, пожалуй, погорячился.

— Давно она его так не охаживала, — почесал задней лапой за ухом Жучок. — Это теперь надолго. Слышь, сплетник, а с рыбкой-то чего делать? Ее там еще много. У меня на всех косточек не хватит.

Виталий тоже почесал. Только не ухо, а затылок, и не лапой, а рукой.

— У вас соль есть?

— Есть.

— А бадья?

— Тоже есть.

— Тащи все к бочке, я сейчас.

Царский сплетник хотел было сдернуть со стула купленную накануне одежду, но тут взгляд его упал на потерянный ночью узелок, мирно лежащий в углу спальни. Выходит.

Жучок вчера не подвел, разыскал пропажу. Виталий распотрошил узел, быстро натянул на себя привычный наряд и, не желая раньше времени сталкиваться с Янкой, вышел во двор через окно. Что значит для бывшего спецназовца второй этаж?

Около бочки уже стояла пустая бадейка и мешок с солью.

— Спасибо за одежку, — поблагодарил юноша оборотня, — выручил. Теперь по следам меня не найдут?

— Не найдут, я их зачистил.

— Как?

— На узелок твой лапку приподнял… Оборотень радостно захихикал при виде вытянувшегося лица царского сплетника. Юноша принюхался к своей одежде и понял, что опять попался на элементарный развод.

— Да вы с Васькой два сапога пара.

— А ты думал! Так дальше-то что?

— Перекидай половину зверей туда, — ткнул пальцем в бадейку царский сплетник.

— Я что, дурак — туда лапы совать? — отпрянул оборотень от бочки, в которой бесновались зубастые рыбки.

— А ты на удочку.

— Еще чего! Костей и так мало.

— Ладно, попробуем иначе. — Виталик навалился на край бочки, — Помогай!

Оборотень присоединился к его усилиям. В бадейку хлынул поток воды вместе с резвящимися в ней пираньями.

— Хватит! — приказал юноша.

Они вернули бочку в исходное положение, заглянули внутрь. Теперь бочка была заполнена лишь на треть — и состояла в основном из клубка бешено бьющих хвостами рыбок. Воды было совсем чуть-чуть.

— А теперь так! — Виталий развязал мешок и высыпал его содержимое в бочку.

— Что ж ты делаешь, изверг? — фыркнул оборотень, — Они же сдохнут.

— Зато какая получится тарань! Ты пиво любишь?

— Нет.

— Это хорошо. Значит, мне закуси больше достанется.