Драго ускорил шаг, выбросил из головы опасный вариант. Конечно, он не сможет бежать следом за мальчиком и не привлечь внимания всё ещё многочисленных прохожих. Однако пока этого не произошло, лучше оставить решение проблемы. Мальчик шёл быстро, но на бег не переходил.
Неожиданно для монаха ребёнок свернул направо — в этом месте к дороге подходила неширокая колея. Наверное, путь к одной из деревень. Драго улыбнулся одними губами. Это было выгодно скорее ему, нежели ребёнку. Он ещё больше ускорил шаг. Пропустив нескольких крестьян, Драго обнаружил, что впереди на сотню метров вообще никого нет. Конечно, ребёнок заметил то же самое. Он остановился на секунду, глядя на преследователя, и Драго показалось, что ребёнок больше не сдвинется, настолько опутал его страх. Однако мальчик развернулся и побежал.
Не вперёд, нет. Он свернул с дороги. Бросился к лесу. Драго оглянулся, убедился, что крестьяне, оставшиеся сзади, ничего не заметили, и кинулся за мальчиком. Догнать его было несложно. Драго, не особенно напрягаясь, сокращал расстояние. Мальчик оглядывался и подвывал. Монаху стало жалко ребёнка.
— Постой! — крикнул Драго. — Не бойся! Да постой же!
Ребёнок споткнулся и упал, растянувшись меж двух тонких осин. Драго перешёл на шаг, чтобы хоть как–то ослабить у него панику. В сознание некстати полезли вопросы, целый ворох вопросов, до поры до времени хранившийся пищевой заначкой на чёрный день. Пока Драго решал иную проблему, как найти, он счастливо уклонялся от того, что неминуемо должно заслонить собой свет и отступить, если только на это будут веские причины.
Он захватит этого мальчика, чтобы отдать Совету Ордена? Чтобы мудрые старцы каким–то образом сделали из его крови вакцину против грядущей эпидемии, грозившей уничтожить человечество? Ребёнка? Но ведь он, скорее всего, умрёт, и в его смерти не в последнюю очередь будет виновен Драго! Он, Драго, убьёт ребёнка! Как это сочеталось с философией талха?
Драго остановился, не приближаясь к ребёнку вплотную.
— Не бойся, — негромко сказал он. — Мне нужно только узнать у тебя кое–что. И всё, я тебя отпущу.
Драго произнёс это механически. Он думал сейчас о том, чья чаша должна перевесить — жизнь одного ребёнка или жизни сотен тысяч людей? Если бы он решал задачу, как сторонний наблюдатель, он поставил бы на жизни людей, однако в теперешней ситуации это было далеко не так просто. Большинство из этих людей он не знал, большинство из них являлись для него абстракцией. Мальчик же был реален. Драго видел его, чувствовал его страх, замечал дрожь измождённого долгим переходом, худенького тельца.
Мальчик подскочил и бросился прочь. Драго рассчитывал, что ребёнок сдался, к тому же он, казалось, успокоил его словами, продемонстрировал отсутствие нехороших намерений, тем неожиданней явилось упорство ребёнка.
Монах замер, сконфуженно улыбнулся, провожая ребёнка взглядом. Молнией мелькнула мысль, что он всё–таки приведёт мальчишку в Орден. Во–первых, в противном случае его собственная жизнь окажется перечёркнута. Во–вторых, у мальчика останется шанс выжить, во всяком случае, Старх и его окружение постараются в этом вопросе, но у человечества шансов наверняка не будет, если талхи не создадут вакцину. Это называлось, выбрать меньшее из двух зол.
Драго, за считанные секунды разметав неугомонные образы, побежал за мальчиком. На этот раз ребёнок мчался к дороге и, в конце концов, выскочил на неё. Теперь колея не была пустой. Ребёнок выскочил прямо на двух крестьян.
За ними на коне скакал ещё один мужчина. На боку у него висел меч.
3
Драго сбавил шаг, пытаясь расслабиться, чтобы как можно более непредвзято оценить обстановку.
Если бы не вооружённый всадник, по–видимому, служака коменданта Вальцирии, всё было бы совсем просто. Крестьяне явно не претендовали на роль заступников. Когда мальчик выскочил перед ними, двое хлюпких старичков вздрогнули, как по команде. Увидев же Драго, они вовсе попятились.
Мальчик, подвывая, прошмыгнул мимо, наверное, интуитивно осознал, что они не остановят преследователя. Ребёнок бежал навстречу всаднику. Драго перешёл на шаг, он уже понял, что всадник вмешается. Тем более Драго с виду был безоружен. Крестьяне посторонились, глаза боязливо ощупывали мужчину в дорожном плаще. В них появилось облегчение, стоило Драго пройти мимо.
Когда ребёнок сблизился с всадником, тот, глядя на Драго, крикнул:
— В чём дело?
Голос был напыщенным, надменным. Всадник обладал некоей властью, а он, Драго, был здесь никто. Драго показалось, всадник не столько обеспокоен судьбой незнакомого мальчишки, сколько желает наказать безоружного бродягу, раз уж есть за что. Мальчик обогнал его и остановился, то ли запыхался, то ли желал лично увидеть, как всё страшное исчезнет одновременно с быстрой расправой над преследователем.
Драго отстранился от ребёнка, в эти секунды он его не замечал. Шагая навстречу всаднику, Драго просчитывал, какое оружие из невидимого посторонним использовать. И какие после этого будут последствия. Он знал, что справится с противником, однако он не собирался его убивать, тем более двух крестьян. Значит, они расскажут о том, что произошло, и уж лучше в Драго, по их мнению, не будет ничего от талха.
Выходит, монашеский арбалет отпадает. К сожалению, это был самый верный способ, самый лёгкий и быстрый — взять всадника на прицел и приказать ехать своей дорогой. Тот ничего бы не сделал своим мечом и подчинился бы. Меч также отпадал — пришлось бы повозиться. К тому же велик риск, что Драго вынужденно причинит всаднику раны.
Их разделяло метров семь, когда Драго выхватил хлыст. Воистину гениальное приспособление, если хочешь оставить противника в живых, при этом подавив его и обезоружив. Если, конечно, умеешь с ним обращаться.
Всадник переменился в лице. То ли от неожиданности, что бродяга оказался вовсе не безоружен, то ли знал, сколь грозное оружие в умелых руках хлыст. Драго одним движением размотал хлыст и вызывающе улыбнулся. Как опытный воин–талх, Драго знал, поединок чаще выигрывают сначала психологически, и уж после в реальности. Всадник засуетился. Оказывается, за спиной у него был арбалет. Он пытался вложить меч в ножны, чтобы снять арбалет. С трудом, но ему это удалось, хотя он едва не выронил оружие.
— Не мешай мне, — произнёс Драго. — С мальчиком не случится ничего плохого.
Конечно, всадник не слышал его. Он уже стягивал арбалет, судорожными движениями пытаясь выудить стрелу из чехла. В нескольких десятках метрах крестьяне, наблюдавшие за происходящим, превратились в изваяния. Мальчик тоже застыл, расширенными глазами изучая мужчину с хлыстом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
