Судмедэксперт Борис Алексеевич Возрожденный обнаружил и описал следующее состояние тел погибших, а также их одежды:
1. Людмила Александровна Дубинина была облачена в серовато-коричневый поношенный свитер, под ним бежевый шерстяной свитер, под которым, в свою очередь, клетчатая ковбойка с застегнутыми рукавами. Упоминание о застегнутых рукавах тем более странно, что о состоянии карманов рубашки и пуговиц, застегивающих ее, эксперт не упомянул ни единым словом. Очень странная забывчивость, особенно если принять во внимание, что прежде Возрожденный не забывал фиксировать «застегнутость-расстегнутость» одежды и карманов. Более того, подобного рода фиксирование состояния одежды являлось прямым требованием нормативных документов, регламентировавших порядок осуществления судебно-медицинской экспертизы (о нормативной базе того времени и ее соблюдении судмедэкспертом Борисом Алексеевичем Возрожденным мы поговорим вскоре особо — эта тема таит столько чудных открытий, что ее не следует комкать кратким упоминанием). Наконец, под ковбойкой находился белый хлопчатобумажный бюстгальтер, застегнутый на 3 пуговицы (тут наш судмедэксперт не забыл подчеркнуть «застегнутость»).
Как была утеплена нижняя часть тела? В ответе на этот вопрос Возрожденный вновь становится педантичен и исчерпывающе полон. Он описывает рваные хлопчатобумажные брюки («местами сильно рваные и местами обожжены»), под ними — черное хлопчатобумажное трико («рваное в области промежности»), мужские сатиновые трусы. Кроме того, на ногах светло-коричневые хлопчатобумажные чулки, на левой ноге чулок спущен, на правой — удерживается резинкой. Соответственно чулкам, «серый пояс с резинками-подвязками» (Возрожденный и тут не забывает подчеркнуть, что пояс застегнут).
Русые волосы погибшей девушки были заплетены в косу длиной до 50 см, в косу вплетена синяя шелковая лента. Рост Людмилы Дубининой составлял 167 см, и нельзя не отметить, что для того времени это была крупная, крепкая, спортивная девушка. Погибшая была девственницей — об этом тоже надо сказать прямо и недвусмысленно, несмотря на всю деликатность вопроса.
Судмедэксперт описал трупные пятна, которые локализовались на задней и боковой поверхностях туловища и конечностей. Это означает, что в момент смерти и вплоть до промораживания, пока сохранялась возможность кровотока по сосудам, тело погибшей находилось в положении «на спине», возможно, «на спине и частично на боку», но совсем не в той позе, в какой оно было сфотографировано при раскопе оврага (на коленях, лицом и грудью на камне).
При внешнем осмотре тела Возрожденный обнаружил следующие повреждения (см. анатомическую схему):
— отсутствие мягких тканей в области надбровных дуг, переносицы, глазниц и левой височно-скуловой области. Кости лицевой части черепа частично обнажены (1);
— в области левой теменной кости дефект мягких тканей размером 4,0 х 4,0 см, дном которого является обнаженная теменная кость (7);
— глазные яблоки отсутствуют (1). В Акте не указана причина их исчезновения. По смыслу фразы можно заключить, что глазные яблоки не были раздавлены, потому что в этом случае осталась бы склера (оболочка глазного яблока), которую эксперт не мог бы не заметить. То есть имело место полное удаление обоих глаз;
— хрящи носа сплющены (но кости спинки носа целы) (2). Довольно странное повреждение, объяснение которому найти не так легко, как может показаться на первый взгляд. Дело в том, что человеческий нос представляет собой довольно хрупкую конструкцию и его спинка ломается даже при приложении незначительной нагрузки, причем ломается со сдвигом, перекосом, так, что восстановить форму носа не удается даже при своевременном и квалифицированном лечении. Больше всего повреждение, описанное у Людмилы Дубининой, соответствует удару по кончику носа сбоку;
— отсутствуют мягкие ткани верхней губы справа с обнажением верхней челюсти и зубов;
— язык в полости рта отсутствует. При внутреннем осмотре Возрожденный следующим образом уточнит этот момент: «Диафрагма рта и языка отсутствует. Верхний край подъязычной кости обнажен». И все! Удивительный лаконизм, из которого ровным счетом ничего нельзя понять. Нам еще предстоит вернуться к анализу стилистических особенностей этого и некоторых других актов судебно-медицинских экспертиз, подписанных Борисом Алексеевичем Возрожденным;
— в средней трети левого бедра — разлитой кровоподтек синюшно-лилового цвета размером 10,0 см х 5 см, с кровоизлиянием в толщу кожных покровов. Кровоподтек располагался на внешней поверхности ноги спереди (6);
— далеко зашедшая мацерация пальцев рук и стоп обеих ног. Кожа с концевых фаланг пальцев рук сползала вместе с ногтевыми пластинками;
— при ощупывании шеи — необычная подвижность рожков подъязычной кости и щитовидного хряща (это серьезное указание на удушение или удар по горлу в направлении снизу вверх, хотя тут следует отметить, что подъязычные кости девушек и молодых женщин считаются более подвижными, чем у мужчин).
При внутреннем исследовании судмедэксперт обнаружил множественные двусторонние переломы ребер. С правой стороны тела погибшей были сломаны 2—5-е ребра, линии их переломов соответствовали среднеключичной и среднеподмышечной линиям (т. е. наблюдались по середине правой стороны груди и от подмышки вниз по правой боковой поверхности торса) (3). Слева были сломаны 2—7-е ребра, линия этих переломов соответствовала среднеключичной линии (4). Эти повреждения вызвали значительные кровоизлияния в межреберные мышцы и район так называемой рукоятки грудины (верхняя часть середины груди), которые Возрожденный также зафиксировал. Кроме того, эксперт отметил в области правого желудочка сердца «неправильной овальной формы кровоизлияние размером 4,0 х 4,0 см с диффузным пропитыванием мышцы правого желудочка» (5). Данное повреждение, видимо, находилось в непосредственной связи с переломами ребер, хотя эксперт прямо об этом не написал и причину кровоизлияния в сердечную мышцу не указал. Диффузное пропитывание мышцы указывало на прижизненность воздействия, вызвавшего кровоизлияние. Данная травма сама по себе столь серьезна, что ее одной было бы достаточно для наступления фатальных последствий.
Обобщенная схема телесных повреждений Людмилы Дубининой
Кроме того, у погибшей был зафиксирован отек легких, подобный тому, что наблюдался у Юрия Дорошенко (дословно в тексте акта это описано буквально теми же самыми словами: «на разрезе ткань легких темно-красного цвета, при надавливании с поверхности разреза обильно стекает пенистая кровянистая жидкость»). В 1959 г. медицинская наука не могла объяснить патогенез острого отека легких и бороться с ним, строго говоря, тогда не умели — все лечение сводилось к примитивному и малоэффективному методу «шейной новокаиновой блокады». Считалось, что основную роль в развитии острого отека легких играет сбой центральной нервной системы. Подобные сбои могли быть обусловлены серьезными нарушениями работы сердца (гипертрофией и дилятацией сердца, одышечно-цианотическими приступами и т. п.); во всяком случае, медицина уже связывала нарушения работы сердца с острыми отеками легких. Поэтому в случае с Людмилой Дубининой, получившей серьезнейшую травму сердца, острый отек легких особых вопросов не вызывал, Возрожденный мог его логично и ясно объяснить. А вот с Юрием Дорошенко все было отнюдь не так ясно и, как мы помним, судмедэксперт обошел обнаруженный им при вскрытии острый отек легких полным молчанием.
Очень странным было отсутствие у Людмилы Дубининой языка, а вместе с ним и диафрагмы рта (это мышцы, образующие дно ротовой полости и участвующие в движениях нижней челюсти). Что случилось с языком погибшей, из составленного Возрожденным документа понять невозможно — это вовсе не упрек эксперту, а констатация факта. Если бы язык был вырезан, то должны были бы остаться (теоретически, по крайней мере) узнаваемые следы, однако таковые не описаны. Трудно предположить, какие естественные причины могли привести к исчезновению языка и диафрагмы рта. Известно, что водные обитатели, в особенности ракообразные, способны очень сильно повреждать трупы в весьма короткие сроки, но ни о каких рыбах или раках в ручье с талой водой не может быть и речи. Подозревать работу мышей тоже нельзя. В зимнее время мыши могут быть активны под снегом до 3 часов в сутки, но они не питаются промерзшей плотью (тем более вряд ли смогут съесть массу, многократно превышающую собственный вес, который исчисляется граммами). Трудно судить о кулинарных предпочтениях мышей и крыс, но хорошо известно, что они обычно объедают выступающие части головы — нос, уши. Если бы у Дубининой были отмечены такого рода повреждения, то исчезновение языка не выглядело бы столь подозрительным. Однако никто из группы Дятлова не имел следов повреждений кожных покровов мелкими животными (единственное исключение — труп Кривонищенко, кончик носа которого предположительно был исклеван птицами). На интернет-форумах озвучивалась версия о том, что промерзший язык погибшей мог отколоться при транспортировке и вывалиться из раскрытого рта, но иначе как наивным такое предположение назвать трудно. Промерзший человеческий труп имеет твердость дерева, но он не раскалывается как стекло и от него не отлетают кусочки при ударе. Во всяком случае, судебная медицина ничего не знает о том, что части промерзшего тела могут отваливаться при небрежной транспортировке.
