— мацерация пальцев рук и стоп;
— разлитое кровоизлияние в подлежащие ткани левого коленного сустава (5).
Рот погибшего был раскрыт, язык — находился на месте (тут читатель может попытаться провести аналогию с тем, что эксперт увидел у Дубининой). Кожные покровы — зеленовато-серые с багровым оттенком. На теменно-затылочной области было отмечено трупное сползание волос, характерное для тел, пробывших долгое время в воде и подвергшихся заметному разложению, о чем было сказано выше. Трупные пятна эксперт зафиксировал на задней боковой поверхности туловища и конечностей. Количество мочи, обнаруженной в мочевом пузыре погибшего, оказалось наибольшим по сравнению с остальными членами группы — 700 мл.
Обобщенная схема телесных повреждений Александра Колеватова
Важно отметить, что в плевральных полостях погибшего эксперт обнаружил до 500 см3 кровянистой жидкости. Это примерно половина того, что было зафиксировано у имевшего гемоторакс Золотарева. Из Акта совершенно невозможно понять, чем вызвана такая наполненность плевральных полостей. Если это явление являлось прижизненным, то Александр Колеватов был обречен на смерть.
Гистологическое исследование биологических образцов, взятых из внутренних органов и межреберных мышц, не показало наличия кровоизлияний. При этом были констатированы сильные гнилостные изменения.
Эксперт определил смерть Колеватова как насильственную, последовавшую в результате воздействия низкой температуры, а основные телесные повреждения (как и мацерацию) посчитал посмертными. Формальные основания для второй части такого заключения вроде бы имелись. Только повреждение левого колена являлось, безусловно, прижизненным, но оно, скорее всего, не имело никакого отношения к обстоятельствам смерти Александра Колеватова и произошло до того, как стали разворачиваться трагические события на склоне горы. Во всяком случае, наличие марлевой повязки на левой лодыжке указывало на то, что поврежденное колено было забинтовано и повязка сползла в процессе последующих перемещений.
Безусловно, следует рассматривать как весьма серьезное повреждение головы за правым ухом Колеватова, т. е. доходящую до сосцевидного отростка височной кости рану размером 3,0 х 1,5 х 0,5 см. Если бы это повреждение было нанесено задолго до смерти, то оно непременно сформировало бы заметный отек. Возрожденный, однако, отека за ухом не описал, но это вовсе не означает посмертного происхождения данного повреждения, ведь погибший мог быть травмирован непосредственно перед смертью, буквально за несколько минут. Собственно, именно эта травма и могла вызвать потерю сознания с последующим быстрым замерзанием в снегу. При этом отек за ухом просто не успел бы появиться…
Нельзя не отметить того, что в этом акте очень выпукло, как ни в каком другом, отобразилась нестыковка описательной и заключительной частей. Другими словами, из того, что было отмечено судмедэкспертом Возрожденным, вовсе не следует тот вывод, который он сделал. Самая мягкая формулировка, которая приходит в этой связи на ум, — акт СМЭ неполон, утверждение о смерти от переохлаждения на основании описанных изменений состояния тела выглядит малообоснованным, точнее вообще необоснованным.
В самом деле, эксперт не описал обморожений конечностей (в том числе полового члена), характерных для замерзания трезвого человека, активно борющегося с морозом. Не зафиксировано такого важного свидетельства смерти от переохлаждения, как переполненность кровью внутренних органов, прежде всего мозговых оболочек (их кровенаполнение охарактеризовано как «удовлетворительное»). В желудке не обнаружено «пятен Вишневского» — также значимого признака далеко зашедшей гипотермии. Единственным указанием на смерть от переохлаждения была переполненность мочевого пузыря, но, как уже отмечалось, для промороженных трупов этот признак перестает быть безусловно точным. Кроме того, иннервация мочевого пузыря может наблюдаться и при сотрясении мозга.
Александр Колеватов оказался единственным из четверки, найденной в овраге, чью смерть эксперт Возрожденный списал «на холод» (дословно: «смерть его наступила в результате воздействия низкой температуры. Обнаруженные на теле Колева-това телесные повреждения, а также “банная” кожа являются посмертными изменениями трупа»).
4. Николай Владимирович Тибо-Бриньоль, как и Семен Золотарев, был одет куда лучше остальных членов группы. На его голове были брезентовый меховой шлем и шерстяная вязаная шапочка, «плотно завязанная», как отметил эксперт. Торс был защищен от мороза трикотажной майкой, разорванной справа и снизу, шерстяным свитером, надетым наизнанку, и меховой курткой на овчине. В правом кармане куртки оказались пара шерстяных перчаток, в левом — монеты в 2, 10 и 20 копеек, две свернутые бумажки и расческа. Нижняя часть тела также была утеплена вполне удовлетворительно — сатиновые трусы, хлопчатобумажные спортивные штаны и теплые суконные зимние брюки, пара белых, ручной вязки, шерстяных носков и валенки. В правом валенке обнаружился сбившийся коричневый шерстяной носок. В акте указано, что этот носок «находится соответственно стельке», из чего невозможно понять, то ли стелька в правом валенке тоже оказалась скомкана, то ли ее не было вообще и носок был уложен вместо нее, но оказался сдвинут при ходьбе. На левом запястье Тибо-Бриньоля эксперт обнаружил двое часов, остановившихся примерно в одно и то же время, — в 8:14 и 8:39.
Рост погибшего — 174 см, трупные пятна расположены на задне-боковой поверхности груди, шеи и конечностей. Отмечено сползание эпидермиса головы вместе с волосами (как и у остальных погибших, найденных в овраге). На щеках, подбородке и верхней губе щетина длиною до 1 см.
Судмедэксперт Возрожденный описал следующие телесные повреждения Николая Тибо-Бриньоля (см. соответствующую анатомическую схему):
— разлитое кровоизлияние в правую височную мышцу (1). Вдавленный перелом височно-теменной области размером 9,0 х 7,0 см (участок вдавления височной кости 3,0 х 2,5 х 2,0 см). «Указанный участок кости вдавлен в полость черепа и находится на твердой мозговой оболочке. Многооскольчатый перелом правой височной кости с расхождением и переходом трещины кости в переднюю черепную яму на надглазную область лобной кости. <…> Другая трещина — с расхождением краев от 0,1 см до 0,4 см, — на задней поверхности турецкого седла в области клиновидного отростка, углубляясь в толщу основной кости, затем переходит в среднюю черепную яму слева. <…> В целом длина трещины в области основания черепа равна 17 см. Кроме того, отмечается асимметрия за счет компрессионного перелома указанной области» (по смыслу фразы можно предположить, что речь идет об асимметрии черепной коробки, видимой, что называется, на глаз);
Обобщенная схема телесных повреждений Николая Тибо-Бриньоля
— на верхней губе слева «дефект мягких тканей неправильной овальной формы» размером 3,0 х 4,0 см (2);
— на правом плече «на передне-внутренней поверхности разлитый кровоподтек размером 10,0 х 12,0 см зеленоватосинего цвета на уровне средней и нижней трети. В области кровоподтека кровоизлияния в подлежащие мягкие ткани нет» (3). (Последнее замечание — относительно отсутствия кровоизлияния в подлежащие ткани — свидетельствует о травмировании непосредственно перед смертью Тибо-Бриньоля. Это очень интересное и даже странное травмирование, обратим на запись Возрожденного особое внимание! Чуть позже мы вернемся к анализу написанного).
В своем заключении судмедэксперт констатировал: «считаю, что смерть его наступила в результате закрытого многооскольчатого вдавленного перелома в область свода и основания черепа, с обильным кровоизлиянием под мозговые оболочки и в вещество головного мозга при наличии действия окружающей низкой температуры». Таким образом, Возрожденный не нашел оснований считать, что Тибо-Бриньоль умер от переохлаждения.
Схема повреждений черепа Николая Тибо-Бриньоля, соотнесенная с размерностью черепа человека среднего роста. Хотя истинная ориентация и конфигурация травмированной области нам неизвестны, схема дает общее представление о масштабе разрушений черепа, полученных Тибо-Бриньолем в результате травмирования. Они поистине ужасны и в условиях похода не оставляли пострадавшему шансов на спасение жизни. Условные обозначения: 1 — площадка височной кости, размером 2,5 х 3,0 см, вдавленная на глубину 2,0 см; А — трещина с расхождением краев, достигавшая надглазной области лобной кости; В — трещина в основании черепа с расхождением краев до 4 мм, углублявшаяся в толщу основной кости. Ее общая длина, измеренная Возрожденным после извлечения мозга, составила 17 см.
