Читаем без скачивания Преисподняя. Адская бездна - Джефф Лонг

Фон Шаде: Я видела капсулы.

О'Райан: Доказано, что это была имитация.

Фон Шаде: Мы нарушили хрупкое равновесие. До той поры у нас с ними было что-то вроде мирного договора. Чудовища по большей части оставались внизу. Мы — за исключением некоторых литературных героев, таких как Одиссей, Эней или Данте, — на поверхности. А потом оказалось, что племенам хейдлов просто некуда идти. Возможно, они пытаются вернуть прежнее равновесие: они там, мы тут.

О'Райан: Устроив кровавую баню по всей Америке?

Фон Шаде: Мы уничтожили их, в том числе детей. Лишили будущего целый народ. Вот как это выглядит.

О'Райан: Значит, око за око? Вы считаете, что Америке поделом?

Фон Шаде: Конечно нет.

О'Райан: Все равно: как аукнется, так и откликнется?

Фон Шаде: Мы должны предвидеть последствия своих действий.

О'Райан: И все-таки почему Америка? Почему не Китай, Франция или Арабские Эмираты?

Фон Шаде: Возможно, они считают, что Америка ответственна за геноцид, и это их месть. А вообще, как мне кажется, хейдлы хотят, чтобы их оставили в покое.

Экран делится на две части, и мы видим сидящего рядом с О'Райаном генерала Лансинга. Он в ярости. Лицо его подергивается. Генерал с трудом сдерживает себя.

О'Райан: Вы утверждаете, мадам фон Шаде, что хейдлы дали людям цивилизацию. По вашим словам, они познакомили человечество с пирамидами, сельским хозяйством и поэзией. Без них мы до сих пор были бы обезьянами, живущими среди болот.

Фон Шаде: От фактов никуда не денешься. Нас обучали. Мы унаследовали цивилизацию.

О'Райан: Цивилизацию? Речь идет о существах, которые питались нами. Использовали нас как рабов и домашний скот. Они похитили наших детей. А вы упорно продолжаете очеловечивать их.

Фон Шаде: Это они очеловечили нас. Такова моя точка зрения.

О'Райан: А теперь давайте посмотрим репортаж с одного из мест, где минувшей ночью произошли убийства. Попробуем посмотреть, насколько гуманны эти существа. Хочу предупредить родителей: то, что мы покажем, не предназначено для детских глаз…

На экране мелькают кадры с очередного места ночной бойни. На рекламном щите у дороги видна надпись: «Дом ужасов», «Спасение через ужас». На самом деле «дом» представлял собой старый цирк шапито, прилепившийся к склону холма. Задняя часть тента частично обрушилась, открыв вход в шахту с ржавой металлической дверью, раскачивавшейся на одной петле.

О'Райан: Мы получили эти кадры от одного из наших корреспондентов в Колорадо-Спрингс. Это было что-то вроде «дома с привидениями» для старшеклассников. К несчастью, аттракцион располагался рядом с заброшенным золотым рудником.

Камера уводит нас внутрь. Яркое солнце Колорадо, такое мягкое ранним утром, проникает сквозь забрызганные кровью брезентовые стены. На полу разбросаны обломки «страшилок»: Библия, выкрашенная в красный цвет пластмассовая кукла. В воздухе висит, покачиваясь, кузов автомобиля.

О'Райан: За два ужасных часа двадцать три подростка были похищены и уведены в шахту. Но сначала диверсионная группа убила всех взрослых, а также тех, кто оказывал сопротивление.

На экране появляются тела — с бирками, но еще не убранные в мешки. Мертвый мужчина, казалось, сам удивляется своему состоянию. Полностью обнаженный, он лежит навзничь; его тело изувечено. На бедрах одинаковые раны, длинные и глубокие, обнажающие красные мышцы. Камера показывает его лицо. Глаза вырваны, а вместо них камни. Именно они придают трупу удивленный вид.

О'Райан: Тела изувечены. Некоторые люди скальпированы и кастрированы. Пятеро обезглавлены. Мясо срезано.

Большинство убитых — мужчины. Бедра вспороты, вместо глаз галька. Несколько молодых и сильных — вероятно, спортсмены. Именно они обезглавлены и кастрированы. Грудная клетка разорвана, ребра поломаны. Камера скользит дальше. В задней части шапито мы видим женщину. Уже мертвую, ее посадили вертикально. Очень крупная женщина. Ее тучность почему-то выглядит еще более неприличной, чем нагота. Она сидит, изнемогая под грудой собственной плоти. Камера задерживается на гигантской груди. Каждая грудь украшена алой ленточкой, свернутой спиралью и заканчивающейся у соска.

Они не вспороли ей бедра, а просто раздвинули толстые ноги и положили на землю между ними яблоко в карамели, традиционное угощение на Хеллоуин. Справа и слева от женщины расставлены отрезанные головы, все пять. С галькой вместо глаз, они похожи на злых комнатных собачек. С обеих рук женщины свисают какие-то куски мяса.

О'Райан: Видите, как они издевались над этой женщиной — посадили ее, словно манекен или куклу.

Видеофильм заканчивается. На экране появляется О'Райан, сидящий за столом напротив генерала.

О'Райан: Итак, профессор, вы все еще сравниваете этих существ с людьми?

Фон Шаде: Это факт. Хейдлы — потомки Homo erectus. Мы две разные ветви одного родового дерева — или куста. Они гораздо более развиты, чем те, кого мы сегодня называем людьми. Ошибочно считать их обезьянами или демонами. На пике своего развития Homo erectus имел больший объем черепа, чем современный Homo sapiens. Скорее всего, именно erectus приручил огонь, а потом стал создавать империи, за десятки тысяч лет до наших.

О'Райан: Значит, я чего-то не понимаю. В представленных нам кадрах вы видели свидетельства человеческого поведения?

Генерал Лансинг: Дикие звери! Демоны!

Фон Шаде: Они потратили время и пошли на риск, чтобы проделать с телами все, что мы видели. Гораздо проще и безопаснее просто скрыться вместе с пленниками. Они задержались, чтобы отдать дань уважения мертвым.

О'Райан: Искромсать их. Вспороть. Вырвать сердца. Отрезать головы. И это называется данью уважения?

Фон Шаде: Взгляните на раны на бедрах. Это что-то вроде подписи. Знак клана или племени, к которому принадлежит воин. Другой клан оставляет надрез на бицепсе или животе. Они ставят метку на враге, чтобы остальные знали. Но раны служат еще для одной цели. Они раскрывают тело для возрождения.

О'Райан: Возрождения? Звучит немного странно. Может, вы объясните для тех, кто живет не в Сан-Франциско, профессор?

Фон Шаде: Через эти раны душа может выйти, чтобы продолжить свой путь и родиться вновь. Они в это верят. Кроме того, раны позволяют телу начать собственный путь. Обнажая спрятанную плоть, раны впускают в тело насекомых и животных, которые помогают вернуть этих людей в священную землю.