захлопываю рот.
— Ладно, я пойду до папы схожу, а вы тут решите все. Взрослые уже, и уж точно не мне вмешиваться, — смеется мама и торопливо собирается.
Остаемся с Сергеем и Игорешкой втроем.
— Я уложу сына, — киваю на комнаты, потому что, даже несмотря на наши разговоры, сын умудряется вырубиться и теперь спокойно посапывает у меня на руках.
Слышу за спиной шаги. Сергей осматривает комнату, и на его лице появляется улыбка, а я понимаю, что, пока ждала реакции, перестала дышать.
— Милая комната. Сама оформляла?
— Мама, пока я была на учебе в другом городе. Я у папы жила.
Сергей кивает и возвращает на меня пристальный взгляд. Его зеленые глаза прищуриваются, и это вызывает во мне дрожь.
— Лад, переезжайте ко мне.
— Сереж, — нервно заправляю волосы за ухо, качаю головой, — думаю, не стоит так торопиться.
Не успеваю продолжить речь, меня сгребают в крепкие объятия и затыкают жадным поцелуем. От которого дышать перестаю. Запускаю руки в его волосы, и меня наполняет таким восторгом. Тоска постепенно растворяется в ласках Сергея. Крепче жмусь к нему, пытаюсь слиться с ним. И целую, целую так, будто миллион лет не целовала.
А он отвечает. Мнет меня, как мягкую плюшевую игрушку.
— Скучал, как безумный, Лад, — прокладывает дорожку поцелуев по шее и прикусывает мочку.
Отчего у меня по коже растекаются мурашки. Стискиваю пальцы в его волосах, а сама вдохнуть боюсь, чтобы момент не испортить.
— Я тоже, — облизываю губы, — скучала, Сереж.
Зарывается в мои волосы пальцами и прижимает к себе.
— Тогда чего ты упираешься? Я хочу, чтобы мы вместе были. Семьей стали, Лад… Я даже тачку семейную заказал.
Фыркаю.
— Зачем?
Он тоже хмыкает.
— Чтобы тебя убедить, что я готов к серьезным переменам в своей жизни. Я же, когда узнал, что ты вернулась, сразу для себя решил, что любыми способами верну тебя.
Эти слова вызывают восторг. Мне нравится слушать, что я для него важна. Не только из-за сына, не потому что он узнал, что стал отцом, а потому, что я ему нужна. Просто так, без всяких условий.
— Поэтому поменял машину? — не могу не подшутить над ним.
Но он только серьезно кивает.
— Короче, дай мне неделю.
— Зачем? — не могу не нахмуриться.
— Жилье для нас подготовить. Я же не был готов к тому, что у нас уже сын растет, — бросает теплый взгляд на кроватку сына, и от этого сердце сладко замирает в груди.
— Сереж, может, не будем торопиться все-таки?
Он смотрит на меня с осуждением. Таким, что мне хочется прикусить себе язык.
— Ну уж нет, ты лишила меня того времени, когда была беременна моим сыном, и предлагаешь ещё оттягивать время, чтобы с вами воссоединиться? Или мне на колени встать, Лад?
Мотаю головой.
— Сереж, нет.
Он отступает от меня, и мне становится одиноко. Словно между нами разверзается пропасть, в которую я могу улететь.
— Или у тебя ко мне нет чувств?
Вздрагиваю.
— Нет, — губы пересыхают, и приходится быстро по ним провести языком, чтобы продолжать разговор, — нет, Сереж, я…
Вскидывает бровь.
— Что ты?
Опускаю глаза, изучаю пол, хотя знаю в нем каждую царапинку.
— Я… я скучала по тебе. Мне с тобой хорошо было.
Резкий выдох, и я снова в его руках.
— Тогда просто не сопротивляйся и дай мне стать отцом семейства.
Прикрываю глаза и как в омут с головой… киваю.
Эпилог
Спустя два месяца
— Лад, ты готова? — внизу Сергей с Игорем на руках.
Он терпеливо ждет, пока у меня пройдет мандраж и я прекращу носиться по дому и собирать вещи.
— Почти, Сереж, я скоро.
Сережа качает головой и что-то шепчет Игорю на ушко. Сегодня мы решили скататься к моим родителям и сделать им сюрприз. Ну и заодно рассказать кое о чем. Не знаю, как уж они это воспримут. Надеюсь, мама не свалится от удара, а папа примет все с достоинством, на которое способен только он.
Эти два месяца пролетели как миг. Рядом с Сергеем. И я ни капли не пожалела, что тогда пошла на его уговоры и через неделю он перевез нас с Игорем к себе. Из него получается просто потрясный отец. Он наравне со мной встает к Игорю каждую ночь и помогает чем только может.
Постоянно интересуется, не нужно ли нам с сыном что-либо. Даже когда он пропадает на работе, звонит почти каждый час и узнает обстановку. А я купаюсь в его внимании. Окунаюсь с таким наслаждением, что страшно… вдруг придется мне вынырнуть. Или, вдруг, это все станет каким-то ненастоящим.
Но нет… одергиваю себя и вдалбливаю в голову, что все по-настоящему. И назад пути ни у меня, ни у Сергея нет. Он сам сделал так, что теперь я от него не отлипну.
— Лада, — повышает голос Сережа.
А я ускоряюсь. Хватаю памперсы Игорю, чтобы хватило до вечера. Сгребаю сумку и выбегаю на лестницу.
— Иду, иду, мальчики.
— Вот с женщинами постоянно так, сын. Стоит только отпустить контроль, так они готовы на сборы потратить целую вечность.
Сын гордо сидит на руках у отца. Он немного уже пытается держать головку, но все равно Сережа его поддерживает за спинку и прижимает к себе. А я на минутку даю себе послабление и любуюсь своими мужчинами, не скрывая счастливой улыбки.
— Любуешься? — сверкают зеленые глаза.
— Да, а что, ты против?
Он мотает головой и хищно скалится.
— Очень даже за. Надеюсь, твой отец меня не прикопает в огороде за то, что я все же похитил его единственную дочь и теперь ни за что не отпущу от себя.
Пожимаю плечами. Пусть ещё немного попереживает. А то расслабится, хотя я знаю, что папе Сережа очень нравится, и он постоянно у меня интересуется его делами.
Да, кстати, папа с мамой решили дать друг другу ещё один шанс, и это, пожалуй, для меня самая лучшая новость после той, что у нас с Сережей все складывается очень хорошо.
Доезжаем до дома родителей, и с каждым метром у меня начинают трястись коленки.
— Так, Лада, что ты дрожать-то начала?
— Не знаю, как-то переживательно все так. Вдруг они не поймут?
— Все поймут, я объясню все. Да и они у тебя понимают, что мы взрослые и самостоятельные люди, которые в состоянии отвечать за свои жизни и за свои поступки.
В его голосе столько уверенности, что у меня получается успокоить нервы и расслабиться.
— О, привет, дети, — мама выходит навстречу и забирает у
