Только ненадолго. Пришлось применить другую технику боя. Змей отлетел к крыльцу казармы, прямо к стулу, на котором сидел Шеф. Падая, он стукнулся головой о прикрытый снегом асфальт и «отрубился». Один из молодых солдат убежал за аптечкой. Остальные, шокированные происходящим, продолжали тупо смотреть на меня. Протрезвевший, то ли от мороза, то ли от моей наглости командир вскочил со стула и заорал:
— Ильич! — к своим воплям он добавлял образные словечки. — Ты в карцер захотел? Не смей этого делать!
— В карцер? Нет. — Спокойно ответил я, открывая внешние ворота. — Но и смотреть на убийство, ни в чём не повинного человека не буду.
— Невинного? Это он-то невиновен? — командир подбежал ко мне и схватил за куртку. — Они нас за лохов здесь держали! Мы им показали, кто хозяин на блокпосту.
— Это не оправдывает такую жестокость. Пусти, командир.
Он ещё сильнее сжал рукав моей куртки. В его глазах я увидел огоньки страха, который на секунду передался мне. Понимая, что нарушаю своё правило, я уже не мог отвергать того чувства справедливости, которое заставило меня встать на защиту человека.
Взяв Шефа за кисти, я одним движением освободил куртку и оттолкнул его в сторону.
— Ильич, ты…?! — у командира пропал дар речи от моего самоуправства. — Я же… Тебя…
— Майор, что ты мне сделаешь? Запрёшь до конца контракта в тёмной комнате? Или язык отрежешь? — рассуждая с командиром, подобрал рюкзак сталкера. — У нас с тобой не сложится дальнейшая служба.
— Ты, сволочь, нажил себе проблем! Тебе придётся… Покинуть нас…
Не обращая внимания на ругательства Шефа, я подошёл к мужику, еле стоявшему на ногах. Всё лицо его залитое кровью, кое-где уже запёкшейся, опухло и превратилось в маску. Отрешённый взгляд светлых глаз был сейчас далеко отсюда. Возможно, там, где его ждут с нетерпением и куда он так спешит.
— Уходи отсюда… — сказал я, ему тихо, протягивая рюкзак. Посмотрев последний раз в глаза, добавил: — И не возвращайся.
Сталкер забрал у меня свои вещи и, ничего не говоря, захромал к открытым воротам на свободу. Глубоко вздохнув, я немного успокоился, приготовившись ко всему. Ведь на этом блокпосту мне больше не служить.
— Ильич, ты это… Не подумавши, сделал. — Шеф, уже отобрал у Пастуха моё оружие. — Александр Ильичёв, вы арестованы.
— За что? За то, что не дал убить человека?
— Это не человек! Это враг! Он же сталкер. Мародёр! Ты прекрасно знаешь, что они тащат из Зоны…
— Поэтому ты их обирал и выпускал за периметр?
— Да я тебя, собака, лично! — он взял меня на мушку моей же винтовки. — Расстреляю!
Погибнуть в такую ночь от приписанного ко мне оружия, чем не символичная встреча Нового года? Нет! Я не собирался сегодня ночью прощаться с моей, хоть и ничтожной, но жизнью. Шанс, что майор промахнётся, всегда есть. Вот только когда он наступит?
Ситуацию изменил надышавшийся нашатыря Змей, который в три прыжка, оказался рядом со мной. Его удар, моя защита, и он вновь обмяк. В этот раз удержу Змея от падения. Так удача мне ещё не улыбалась. Повернув задиру к себе спиной, я обхватил военного за шею, чтоб прикрыться.
— Мне искренне жаль, мужики, что мы не смогли сработаться. — Громко произнёс я, продолжая удерживать горло военного в захвате. — Дайте уйти хотя бы тихо.
— Ильич, у тебя только один выход! — крикнул Шеф, выжидая, когда я допущу ошибку.
— Два! — я шагнул назад.
— Разве?
— Первый. Умереть здесь… — произнёс эти слова и сделал ещё два шага назад. — Либо свалить в Зону.
— Так она тебя и уничтожит.
— Как сказать… — заговаривая им зубы, я медленно, но верно приближался к воротам. — Как сказать… Ты сам понимаешь, что судьба капризна, а её сестра неумолима. Я уж постараюсь, как можно дольше не встречать красавицу с косой.
— А то оставайся. Зачем себя мучить и заставлять её ждать?
— Интересное предложение, я подумаю на досуге.
— Ильич, ты, куда это собрался? — командир заметил, что я был уже за воротами. — Сделаешь шаг… Стрелять будем.
— Не будете. Вам моё тело тогда придётся тащить к опушке. Там в эту ночь много чего может оказаться.
— Я скажу, что ты напился до чёртиков и погиб на минном поле. — Он, не отрываясь от прицела, шагнул в мою сторону.
— С пулевым ранением? Тут же проверяющих понаедет… — я слегка приподнял руки и Змей встал на цыпочки, но не стал сопротивляться. — Шевчук, через двадцать метров я его отпущу и спокойно уйду. Не бери ещё один грех на душу. Прошу.
Он ничего не сказал, лишь приблизился на пару шагов ко мне. Тащить на себе Змея, прикрываясь им на обледенелой дороге, оказалось нелегко. Так, постепенно отходя от ворот и выводя за собой военных, я прошёл половину пути к лесу. Прожектор перестал слепить глаза, и мне удалось осмотреться. Самое время отпустить солдата. Только его командир не отставал от нас, идя метрах в восьми, может десяти. За ним полукругом шли Груз, Пастух и трое молодых ребят. Сыч следил за нами с вышки, подсвечивая прожектором.
Неожиданно, на обледеневшую дорогу, между мной и солдатами, звякнув чекой, выкатилась граната. Словно подарок для меня на Новый год.
— Ложись! — прыгая на обочину, крикнул Шеф, и все последовали его примеру.
Все, кроме меня. Дел накопилось много за последние двадцать минут. Надо надавить живому щиту на шею сильнее так, чтобы он потерял сознание, и бросить его падать на дорогу.
Сейчас меня ждёт спринт к лесу. В голове сознание досчитало до девяти и просигналило — пора. Инстинктивно пригибаясь, я оступился и, потеряв равновесие, полетел на припорошенный снегом асфальт. За моей спиной прогремел взрыв. Еле сдерживая боль, постарался подняться на ноги. Снег, кружа позёмкой по дороге, заметал лёд. Как назло ботинок заскользил. В этот раз удар о дорогу пришёлся на руки и колено. Нужно встать и бежать. Я поднялся и успел сделать несколько шагов, прежде чем лодыжку обожгло. Вновь падая, услышал раскатистое эхо выстрела из снайперской винтовки. Сыч жизнь мне оставить хочет. В глазах Шефа будет героем. Молодец парнишка, далеко пойдёт, если сам жив останется.
Сначала ползком, потом на четвереньках, но подальше от блокпоста. Второй выстрел пронзил бок, и я понял, что вскоре потеряю сознание. Срочно нужно уползти с линии обстрела, пока меня от снайпера прикрывала поднявшаяся метель. До опушки метра четыре. Кажется, здесь заканчивалась минная полоса. Цепляясь расцарапанными в кровь пальцами за тонкую корочку льда, я добрался до обочины. Переваливаясь на левый бок, разглядел сквозь стену вальсирующих снежинок огни бывшего места службы по контракту.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
