он изучил все нужды своего нового господина и служил ему так совершенно, что остальные ученики просто поражались. Однажды в разговоре с Говиндой кто-то из них стал усердно расхваливать качество его служения. Но Говинда удивил всех, сказав в ответ: «Да, мои хорошие качества действительно достойны похвалы».
Пораженные гордыми словами вайшнава, они доложили об этом случае Йатирадже, который позвал Говинду и сказал: «Ты действительно проявляешь все лучшие качества преданного, но это не дает тебе права быть таким самодовольным и заносчивым».
Говинда ответил: «Я достиг этой человеческой формы жизни после многих тысяч рождений, но даже тогда я чуть было не заблудился и не сошел с пути истинного совершенства. Только ваша милость спасла меня от тьмы иллюзии, и поэтому какие бы хорошие качества другие во мне ни видели, я обязан ими только вам одному, потому что сам я по своей натуре человек падший и неразумный. Поэтому тот, кто хвалит меня, на самом деле восхваляет вас, и я вполне согласен с такими утверждениями».
В другой раз несколько учеников Йатираджи были поражены, когда подходя к ашраму увидали, что Говинда, не кончив даже своих утренних дел, сидит возле соседнего дома с проституткой. Йатираджа опять вызвал своего двоюродного брата, чтобы спросить его, почему он так странно себя ведет. «Почему вместо того, чтобы заниматься своими утренними делами, ты сидишь у дверей дома проститутки?» — спросил он.
«Эта женщина пела Рамайану таким сладким голосом, — послышался ответ, — и я был так захвачен играми Шри Рамачандры, что не мог прийти в себя. Поэтому аи'не выполнил своих утренних обязанностей». Услышав это, все были изумлены простотой и естественной преданностью Говинды.
САННЬЯСА ГОВИНДЫ
Несколько дней спустя к Раманудже пришла мать Говинды, Дйптиматй. «Дитя мое, — сказала она, — жена Говинды уже выросла, и ее возраст позволяет ей рожать детей. Пожалуйста, попроси его исполнить свой долг продолжения рода, потому что меня он не желает слушать. Когда я раньше заговаривала об этом, он говорил мне: «Вы сможете привести мою жену ко мне, когда я закончу служение Йатирадже и буду иметь немного свободного времени». Но и по сей день у него никогда не находится свободного времени, потому что он вечно поглощен своим служением».
Тогда Рамануджа позвал Говинду и указал ему, что он как домохозяин должен иметь детей, которых можно было бы воспитать как чистых преданных. «Очисти свой ум от низших модусов природы, — сказал он, — и тогда живи со своей женой и содержи семью». Говинда, как всегда, послушался приказа своего двоюродного брата и отправился исполнять его указания.
Однако спустя несколько дней тетя Рамануджи снова пришла к нему, жалуясь на то, что Говинда все еще не принял жизнь Грихастхи. Когда его позвали к Йатирадже, Говинда объяснил ему, в чем дело: «О господин, вы велели мне очистить свой ум от низших модусов природы и затем начать жить со своей женой и зачинать детей. Однако я вижу, что когда моя преданность Господу поистине чиста, я не могу даже подумать о семейной жизни и зачатии детей. Поэтому мне сейчас стало очень трудно выполнять ваши указания».
Выслушав смиренного Говинду, Рамануджачарйа некоторое время молчал. Затем он сказал: «Говинда, теперь, когда я понял состояние твоего ума, я считаю, что твой долг немедленно принять санньясу, потому что человек должен принять регулирующие принципы того статуса жизни, который больше всего ему подходит. Таково указание священных писаний. Поскольку ты полностью владеешь своими чувствами, ты вполне готов к тому, чтобы принять санньясу». Говинда искренне обрадовался словам своего двоюродного брата и поклонился ему в ноги.
С согласия Диптиматй Йатираджа не медля стал готовиться к церемонии посвящения. Перед священным огнем Говинде вручили данду и камандалу, и так он стал вайшнавом-санньяси. С сияющим лицом и слезами экстаза на глазах он своей чистотой завладел умами всех присутствовавших на церемонии.
Из огромной любви к своему двоюродному брату Йатираджа дал ему имя Мананатха, указывающее на того, кто владеет своими чувствами. Этим именем его собственные ученики называли его самого. Считая себя недостойным носить то же имя, что и его учитель, Говинда отказался принять его. Тогда Рамануджа перевел это имя на его тамильский эквивалент, «Эмперуманан», или сокращенно Эмбар. Позднее, когда Рамануджа основал ашрам в Джаганнатха Пури, он назвал его в честь своего двоюродного брата Эмбар Матх.
ПУТЕШЕСТВИЕ В КАШМИР
Занимаясь в Шри Рангаме со своими учениками, Рамануджачарйа часто вспоминал об обещании, которое дал перед телом Йамуначарйи: дать достоверные комментарии к Веданта-сутрам, которые аннулировали бы вводящие в заблуждение интерпретации майавади.
Однажды, вспоминая свой обет, он сказал собравшимся ученикам: «Я обещал Йамуначарйе, что напишу комментарии Шри-бхашйа, но до сих пор не сделал ничего, чтобы сдержать свое обещание. Прежде чем взяться за такую задачу, я обязательно должен изучить Бодхайану-вритти, написанную мудрецом Бодхайаной, но это такая редкая книга, что я не могу найти ни одного ее экземпляра ни в одной части страны. Однако я слыхал, что один экземпляр надежно хранится в Шарада-питхе в Кашмире. Поэтому я собираюсь пойти туда, взяв с собой только Курешу; нужно изучить учение Бодхайаны, а затем представить правильное объяснение Веданта-сутр.
Итак, несколько дней спустя Рамануджа и Куреша отправились на дальний север Индии. Проведя в пути три месяца, они пришли в Кашмир, к Шарада-питхе. Здесь Йатираджа долго дискутировал с местными пандитами, которые были поражены его знанием священных писаний и глубиной его мудрости и приняли его как почетного гостя.
Однако, когда он попросил у них Бодхайану-вритти, они отказались дать ему посмотреть эту книгу. Будучи имперсоналистами, они поняли, что Йатираджа, впитав философские заключения Бодхайаны, окажется в положении, когда он сможет мощными вайшнавскими доводами полностью разрушить ложные доктрины майавады. Опасаясь этого, они сказали ему: «Книга, о которой вы говорите, действительно еще недавно была здесь, но, к сожалению, ее источил жучок, и сейчас она совершенно испорчена».
УДИВИТЕЛЬНЫЙ ДАР КУРЕШИ
Это известие привело Рамануджу в отчаяние, и он решил, что весь его труд, вся эта дальняя дорога была ни к чему. Однако ночью, когда он лег спать, богиня Шарада (Дурга) явилась ему с книгой, сказав: «Дитя мое, возьми эту книгу и немедленно возвращайся в свою страну». Выйдя таким образом из положения, Рамануджа и Куреша, спрятав книгу среди своих вещей, попрощались с пандитами Шарада-питхи и ушли из этого места.
Через несколько дней ученые принялись перебирать книги в библиотеке, проверяя, не нуждаются ли какие-нибудь из них в
