– Ты играешь нечестно.
Он улыбнулся и прошептал:
– Я Кинг, милая. Мы всегда получаем, что хотим.
У нее перевернулось сердце. Он хотел ее. Но как долго это будет продолжаться?
И тут громко запищал монитор. Детский вопль развеял страсть так уверенно, как свет прогоняет тьму.
Коннор со вздохом отстранился, взглянул на нее и сказал:
– Долг зовет.
ДОЛГ… почему он выбрал это слово? Неужели тройняшки для него просто долг, несмотря на то, как прекрасно он с ними обращается? Неужели она тоже долг? Или просто подвернулась под руку?
– Да, – кивнула она, отодвигаясь от него. Настроение омрачилось. Сомнения, подобно ядовитой смоле, растекались по венам.
– Мне следовало позаботиться об этом, пока один не разбудил остальных.
– Нет, – ответил он, поймав ее за руку, когда она попыталась схватить одежду. – Я позабочусь об этом. Больше тебе не придется делать это, Дайна. У тебя есть я.
Он оттолкнулся от кровати, натянул джинсы, но не позаботился застегнуть ширинку. Приподнял ее подбородок и поцеловал с той полуулыбкой, которая всегда трогала его сердце.
– Я вернусь. Никуда не уходи.
Она не ушла. Села на край измятой простыни и подумала о том, что он сказал раньше. Пока что он принадлежит ей. Но правда ли это?
Неделю спустя они вернулись в Дейна-Пойнт, и Ирландия осталась лишь прекрасным воспоминанием.
Входя в дом, Коннор широко улыбался. Он никогда раньше так не наслаждался деловой поездкой. Конечно, он сумел создать новую программу путешествий для их фирмы, но лучше всего была возможность провести время с семьей: тройняшками, Морой, Джефферсоном и их детьми, а кроме того, он обнаружил, как ему хорошо с Дайной.
Он не ожидал этого, а может, стоило ожидать. Она совершенно не походила на знакомых ему женщин, так почему же секс с ней будет ординарным?
При этой мысли его тело мгновенно напряглось, а он даже не был удивлен. Просто мысли о Дайне пробудили в нем голод, который всегда таился под поверхностью.
Коннор открыл дверь дома и окунулся в волну восхитительных ароматов, доносившихся из кухни. Мексиканская еда. И поскольку домоправительница Луиза никогда не готовила для него мексиканских блюд, он точно знал, кто стоит у плиты.
Улыбаясь себе, он последовал за изумительными ароматами и толкнул дверь кухни.
Остановился на пороге, устремил взгляд на Дайну, наслаждаясь открывшимся видом.
Длинные волосы Дайны были собраны в высокий хвост. Ноги босы. Она была одета в темно-красную майку и туго облегающие шорты из джинсовой ткани. Сверху, из динамиков, доносилась музыка, и Дайна двигалась в ритм, пританцовывая на бело-серых мраморных плитках пола. Он не отрывал взгляда от ее колышущихся бедер. Во рту пересохло.
Они уже два дня как вернулись из Ирландии, и она не ложилась в его постель с тех пор, как они уехали из замка. Черт возьми, он соскучился! И не мог вспомнить, когда какая-то женщина так действовала на него, что он тосковал о ее ласках. До Дайны женщины были всего лишь мимолетным развлечением.
Она была другой. Он хотел ее. Здесь. Сейчас.
Стиснув зубы, он овладел собой и шагнул в комнату:
– Пахнет здорово!
Дайна взвизгнула, развернулась и прижала руку к горлу.
– Ты меня напугал.
– Прости, – пожал плечами Коннор, – ты не слышала, как я вошел.
Оглядев кухню, он отметил знакомые светло-серые стены, красные и белые мраморные столешницы и белые шкафы. Комната была большой, и он видел ее, возможно, несколько раз с тех пор, как четыре года назад переехал. Это была территория Луизы, и он сюда не вторгался.
– Так где дети?
– Луиза присматривает за ними наверху, – пояснила Дайна. – Мне пришлось делать закуски для коктейль-пати, и она вызвалась посидеть с ними, чтобы я смогла все сделать побыстрее.
– Так мы даже не попробуем всего этого?
Его взгляд скользнул по подносам, расставленным в конце стойки и на большом круглом столе, стоявшем у эркера. Позднее солнце струилось через окно золотыми стрелами, которые разрезали комнату и отражались от холодильника из нержавеющей стали.
– Обязательно попробуем.
Она повернулась к плите и подняла крышку с высокой суповой кастрюли, откуда поднялся столб пара. Коннор восхищенно принюхался:
– Как хорошо пахнет!
– Куриный суп с тортильями, – пояснила она, и позволила ему заглянуть в кастрюлю, прежде чем снова закрыть ее крышкой. Их взгляды встретились, и всего на секунду он увидел то же желание, которое ощущал сам.
Дайна, словно поняв, о чем он думает, откашлялась, отступила и занялась подносами закусок, которые уже успела приготовить.
Он подошел и остановился рядом, достаточно близко, чтобы их плечи соприкасались. Коннор услышал, как она затаила дыхание, и улыбнулся про себя.
– Так что еще тут у тебя?
Накрывая подносы прозрачными пластиковыми крышками, она перечисляла:
– Мини-чимичанга с курицей, кесадильи с красным перцем и шпинатом, тахито с рубленой говядиной, халапеньо, начиненные сыром и мини-буррито с разобранной на волокна свининой.
Он стащил буррито, прежде чем она успела накрыть его крышкой, и откусил. Она едва сумела повернуться и воскликнуть:
– Эй! Это для моего клиента!
Коннор застонал, ощутив изысканный вкус. Все, что лежало на подносах, выглядело замечательно, но одного глотка было достаточно, чтобы понять: она просто замечательно готовит! Теперь понятно, почему она хотела открыть ресторан. Эта женщина – настоящий шеф-повар!
Медленно жуя, он покачал головой и взглянул на оставшуюся половинку буррито.
– Это, – почтительно заявил он, – просто невероятно!
Дайна улыбнулась, довольная комплиментом.
– Спасибо, – кивнула она и со вздохом добавила: – Я стою у плиты с самого утра, и теперь, когда все сделано, нужно принять душ и переодеться, чтобы доставить еду моему клиенту.
Коннор доел буррито и попытался не послать жадный взгляд в сторону закрытых подносов.
– А где этот коктейль-пати?
– Лонг-Бич, – сообщила она и отвернулась, чтобы поставить друг на друга подносы. – Так что мне нужно бежать. Теперь, когда ты вернулся, можешь сменить Луизу. Уверена, она более чем готова немного отдохнуть.
– Лонг-Бич? Да это в часе езды отсюда!
Ему не слишком нравилась мысль о том, что ей придется после вечеринки возвращаться одной в темноте. Вероятно, это будет уже после полуночи, и если она поедет по шоссе Пасифик-Коаст, по пути ей встретится немало темных участков.
Он нахмурился, сообразив, что тревожится за нее.
– Кто-нибудь, кроме тебя, будет обслуживать вечеринку?
– Нет. Это для узкого круга. Я и сама справлюсь.
– Может, мне следует поехать с тобой, – выпалил он, удивленный предложением почти так же, как она, если судить по виду.
