Его размышления прервала разбуженная, многоголосая стая обезьян, с дикими воплями сорвавшаяся с места и пронесшаяся по деревьям над его головой. Сразу вслед за этим, метрах в двадцати от Игоря, раздался раздраженный голос Андреева:
— Идиот, под ноги смотри. Ходишь, как слон.
Потом, последовала сочная фраза, состоящая преимущественно из отборной русской ненормативной лексики, глухой удар и звук упавшего тела. Мельник затаился.
«Черт. Это, кажется командир. Почему Саид не предупредил? И вообще, где он? Может, его уже вычислили? В таком случае, шансов у меня нет, — с грустью констатировал Игорь, — но попытаться я обязан».
На тропе показалась группа из трех человек, ведущих на поводу лошадей. Первым шел Андреев. Времени на обдумывание дальнейших действий у Мельника не оставалось. Пришлось импровизировать. Впрочем, как и обычно. Должен сработать фактор внезапности. Игорь пропустил двоих. Они прошли в метре от него, не заметив. Третий немного замешкался. Что-то прилипло к башмаку. Это ускорило его печальную участь. Подобравшись сзади, Мельник, широкой ладонью зажал ему рот и одновременно вонзил нож в область печени. Все произошло быстро и тихо, но старый мул, при появлении нового человека, громко и испуганно фыркнул. Отступать было поздно и некуда. На Игоря смотрели две пары сверкающих злобой глаз. Майор прищурился.
— А, это опять ты. Где же твой дружок? — проговорил он, медленно двигаясь вперед, — Помнится, вы не совсем благородно поступили в прошлый раз. Двое на одного. Нехорошо. Но сейчас, мы возьмем реванш. Ситуация аналогичная, с точностью до наоборот.
«Саида не взяли. Значит, он жив. Это уже радует, — думал Мельник, перебрасывая нож из руки в руку, — Но где этот чертов сын степей, потомок Батыя?».
До пистолета уже не дотянуться. Не успеть. Андреев был совсем рядом.
— Стой на месте, — обратился он к напарнику, — если что — подстрахуешь. Монотонное движение способствует скуке, Мельник. Кажется, так тебя зовут? Вот и появилась возможность ее разогнать, — майор пристально посмотрел в глаза противнику, — Даю фору. Буду убивать голыми руками. Я безоружен.
Какое-то движение в листве дерева над головой оставшегося на страже «янычара» привлекло внимание Игоря. Он рефлекторно перевел туда взгляд. Сергей заметил это и усмехнулся:
— Не думаешь ли ты, что я куплюсь на эти детскую уловку, дурачок?
В это время, Саид, как заправский акробат, зацепившись согнутыми ногами за сук, завис над боевиком, набросил ему на шею автоматный ремень, провернул его, сделав петлю, и дернул на себя. Выпученные глаза гвардейца, вывалившийся язык и короткий хрип, дали понять, что Андреев вновь остался один.
Сергей отскочил в сторону. Развернулся в прыжке. Теперь, в поле его зрения были оба противника.
— О, как! Но это, даже, интересней. Ну что, приступим к нашим экзерсисам?
— Подожди, командир, — подал голос Саид, спрыгнув на землю, — мы не хотим с тобой драться. А уж, тем более, убивать. Ты болен. Мы пришли, чтобы помочь. Пойдем с нами к шаману. Он вылечит тебя.
— Командир, там — Селесте, — добавил Мельник, — ждет и переживает. По-моему, она тебя очень любит…
— Селесте? — в голове майора происходила отчаянная борьба. Какие-то обрывки неясных видений, эпизоды, чьи-то голоса. Но все было, как в тумане. Четкая картинка никак не хотела складываться из мозаичных осколков. Сергей сжал кулаками виски. Череп раскалывался на части. Он скрежетал зубами. Боль не утихала. Андреев упал на колени и громко застонал.
Мельник и Саид подошли к нему вплотную.
— Надо бы руки связать. Не ровен час, еще какая блажь ему в башку стукнет, — пробормотал Игорь. Азиат согласно кивнул и вытащил свой брючный ремень. Но, стоило ему коснуться командира, тот вскочил, как пружина и, мощный апперкот свалил Саида навзничь. Выбирать не приходилось. Не раздумывая, Мельник приложил командира своим пудовым кулаком по затылку. Андреев потерял сознание.
— Прости, Господи, мою душу грешную. Уже второй раз за сутки покушаюсь на святое.
— Надеюсь, ты его не убил, — проскрипел Саид, потирая опухшую, ноющую челюсть.
Игорь озабоченно приложил пальцы к сонной артерии на шее майора и расплылся в широкой улыбке:
— Жив. Пульс есть.
— Давай, грузи его на мула и пошли.
Через некоторое время, майор, лежавший поперек седла, начал приходить в себя. Что-то промычал. Мельник насыпал в ладонь сонного порошка и дал его понюхать Сергею. Наркотик подействовал. Его тело вновь безвольно повисло на животном. Вскоре они подошли к жилищу колдуна. Шаман их уже ждал. Бойцы перенесли командира в дом и уложили на топчан. Он спал. Его дыхание было ровным и глубоким. Гомес стоял в дверях, молча попыхивал трубкой. Селесте, как заведенная, кружилась вокруг мужчин. Те досадливо от нее отмахивались. Колдун подошел к Сергею, наклонился над ним. Поднял веки. Послушал биение сердца. Потом велел всем выйти.
Больше двух часов он не показывался. Что происходило внутри, так и осталось тайной для всех. Наконец, полог откинулся и на пороге, опираясь о дверной косяк, появился сгорбленный старик. Точнее, в эту минуту, шаман показался стариком. Настолько он выглядел измученным и подавленным. Четыре человека вопросительно смотрели на него.
— Ну, как он? — спросил Саид.
Колдун не ответил. Медленно, шаркающей походкой, направился к кострищу. Сел на камень и закрыл руками лицо. В предчувствии худшего, ожидающие его слова люди, приблизились к нему и стали полукругом.
— Не знаю, что и сказать, — после долгой паузы произнес шаман, — по крайней мере, я сделал все, что было в моих силах. Но, боюсь, этого не достаточно. Слишком велика сила кристалла. Возможно… Повторяю: возможно, на короткое время, он станет прежним. А вот, сколько это продлится — сложно предугадать. Остается надеяться, что мои кустарные методы и воля Богов вернут его нам. Поверим в чудо.
Сергея перенесли на террасу, на свежий воздух. Он по-прежнему оставался без сознания. Как и следовало ожидать, быть бессменной сиделкой при нем вызвалась Селесте. Никто не спорил. Колдун с Гомесом отправились в лес за медом диких пчел. Шаман сказал, что нашел великолепное дупло. Мед поможет Сержу восстановить силы. Мельник с Саидом занялись заготовкой дров.
Селесте принесла чашку с теплой водой, уселась у изголовья Андреева и стала аккуратно вытирать его лицо мягкой тряпицей. При этом, что-то тихо приговаривала, будто молилась. Ее прикосновения были нежными и ласковыми. Она припала головой к его груди и слушала ровное биение его сердца: «Мой любимый, мой единственный и так много значащий для меня человек. Как я рада, что вновь увидела тебя. Как я ждала этой минуты. И вот ты здесь, со мной. Но ты молчишь и не слышишь меня. Ты болен. Очень сильно болен. Я отдала бы свою жизнь, ради твоего выздоровления. Мне она не нужна без тебя. Я умру, а ты будешь жить. Пусть, даже, ты не вспомнишь обо мне, но я, счастливая, буду смотреть на тебя с небес и радоваться от того, что смогла тебе помочь. Я стану твоей тенью, твоим ангелом хранителем. Буду оберегать тебя от опасностей. Веселиться и грустить вместе с тобой. Я не буду тебе надоедать. Ты даже не узнаешь о моем присутствии, но я буду с тобой всегда и везде, до самого твоего последнего часа, наступление которого, насколько смогу, постараюсь оттянуть. Очнись же, милый мой. Посмотри на меня. Это я, твоя Селесте, маленькая глупая девчонка. Подскажи, что я должна сделать, чтобы тебе стало хорошо?…». Будто услышав эти слова, майор глубоко вздохнул и еле слышно, не открывая глаз, прошептал ее имя. Потом, что-то еще, но трудно было разобрать. Сергей заворочался, дернул головой и снова затих. Селесте, успокаивающе погладила его по волосам и легонько поцеловала в губы. «Прости, мой хороший. Я не буду тебя беспокоить. Отдыхай. Но я здесь. Я — рядом. Только позови…».
