— Ну вот, бой окончен. Я выбила оружие и победила! Отпускай нас.
Кожа Альбины блестела от пота, словно покрытая лаком.
Однако главарь вильфабаков вскинул арбалет и выпустил стрелу со словами:
— Людская дочь, ты не уйдешь!
Альбина ловко ушла от выпущенной стрелы и с силой метнула меч в вильфабака. Тот совсем не ожидал подобной реакции и не успел уклониться. Острие меча пробило монстру грудь и вышло через спину. Брызнул фонтанчик фиолетовой крови.
Грозная Аленушка крикнула:
— Вот это класс!
Вильфабаки задергались, пара арбалетных стрел успела вылететь в сторону дерзкой Альбины, но строгий окрик графини прервал их порывы:
— Я ваш командир и приказываю опустить оружие! Поняли?!
Вильфабаки неохотно подчинились.
— Эльфиек много, нас большинство в империи, а веникоголовые вынуждены быть на вторых ролях, мы ими командуем, — пояснила графиня де Журавлик и приказала своим:
— Строиться! И шагом марш, продолжим поход!
Вильфабаки построились. Титулованная эльфийка вновь обратилась к своим новым знакомым.
— А теперь у вас есть выбор, может, и не самый веселый, но вы должны быть благодарны богам, что он вообще у вас есть. Пойдете с нами?
Альбина хладнокровно произнесла:
— Выбор… Не знаю… Что скажет принц.
И девушка снова нацепила не себя кольчугу.
Бывший супруг императрицы заявил:
— Я, в принципе, готов совершить любой подвиг во славу эльфийской расы. Но вот мою супругу нужно освободить от чар вильфабака-колдуна. Иначе нам будет еще хуже, чем раньше. Разве не чувствуете исходящее от Раджа зло?
Графиня оглянулась, даже принюхалась: не слышит ли кто-нибудь их из числа посторонних, не притаился ли в засаде шпион. Вроде, все спокойно. Она произнесла:
— Злую ауру мы, эльфийки, за сто верст чуем. Но этот Раджа способен менять внешность и ауру, он так очаровал императрицу, что она сразу же выходит из себя, когда ей хотя бы намекаешь на недостатки оборотня-вильфабака. Альбина снова скинула кольчугу и решительно ответила:
— Я ее вылечу магией!
— А меня магией вылечила после тяжелейшего ранения Аленушка, — сказал наконец после длительного молчания внимательно слушавший сказочную историю Скопин-Шуйский.
— Я знаю, — ответила Альбина. — А продолжение расскажу в следующий раз…
ГЛАВА 24
Противник тем временем не дремал. Осада Смоленска польской армией продолжалась. В ляхах говорила гордость, они хотели овладеть городом любой ценой. Смоленск подвергли массированному артобстрелу. Но толстые стены устояли.
Король Сигизмунд собрал малый военный совет. Военачальники не были едины. Одни предлагали попробовать взять город ночью, другие советовали все же снять осаду и идти к Москве. Король склонялся к тому, чтобы еще раз штурмовать город всеми силами.
Герцог Барбаросса доложил о прибытии из Германии двух дополнительных наемных полков. Ватикан продолжал финансировать восточную компанию, много денег получено и от турецкого султана.
Но немецкий герцог все-таки был недоволен:
— Мы ожидали большего притока солдат и денег от Ватикана!
Иезуит с мрачным тоном ответил:
— Наслышавшись о победах русских, многие наемники боятся идти на восток. Поэтому полки собираются с трудом. Кроме того, казна Ватикана не безгранична.
Герцог Барбаросса подсказал:
— Усильте торговлю индульгенциями, чтобы денег хватало на все!
Владислав вполне серьезно добавил:
— И введите налог на жен!
Иезуит с мрачным видом ответил:
— И так протестанты обвиняют нас в отступлении от Писания. А ты хочешь дать им дополнительный повод для нападок на святую церковь? А индульгенций мы продаем в достаточном количестве. Были бы желающие их купить.
Герцог Барбаросса сказал:
— Грех неистребим, а страх перед расплатой еще у многих не успел атрофироваться.
Иезуит ответил:
— Протестанты обещают сейчас спасение подешевле!
Владислав хихикнул. У него страх перед расплатой уже успел атрофироваться.
Иезуит посмотрел строго на сына короля и сказал почти на распев:
Человек в безверии несчастен, Жить в греховной похоти нельзя! Потому что Божий гнев ужасен, Потому что строгий Бог судья! Плоть в аду от боли изнывает, И пора вам всем понять давно Тот, кто веры в Господа не знает, Попадет под пламени ярмо! Грешный человек свое получит, Будет как паук гореть в огне, Станут в преисподней бесы мучить, Тех, кто поклонялся сатане!
Герцог Барбаросса поморщился и с сарказмом произнес:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— До чего страшное стихотворение. Прямо жуть берет!
Иезуит пригрозил немецкому сановнику:
— Еще и не то будет, если ты станешь утаивать от церкви десятину.
Владислав зажал себе рот ладонью, чтобы не рассмеяться.
Барбаросса с притворной плаксивостью попросил:
— Ой, не надо меня трогать! Я хороший!
— Давайте сыграем в карты на золото, пока у герцога оно есть, — предложил польский король. Герцог Барбаросса и королевич Владислав охотно согласились. А вот иезуит усомнился:
— Вы мне можете здорово проиграть.
— Еще бы! Резаться в карты с хитрым представителем самого коварного ордена в мире, — сказал Барбаросса.
Сигизмунд, нахмурившись, сказал:
— А пусть он поклянется именем Господа Бога, что не будет мошенничать и честно расплатится с нами.
Иезуит произнес:
— Я-то поклянусь. Но чтобы выигрывать не обязательно мухлевать. Следует еще и систему знать.
Сигизмунд кивнул:
— Я тоже не промах, системы в картах знаю.
Игра шла с переменным успехом, но больше выигрывали король и иезуит. Барбаросса проиграл свое золото и был очень зол.
А следующей ночью наступило время штурма. Ночью все-таки оборонятся сложнее. Хотя наступило уже лето, ночи короткие, не такие темные, как зимой.
Подкрасться незаметно не получилось. Заработали единороги, наугад с дистанции стали обстреливать приближающихся в темноте поляков и наймитов. Лавина врагов, не обращая внимания на обстрел, подобралась к стенам. По лестницам стали взбираться воины. Стены высокие, быстро не преодолеть. Особенно под обстрелом: град стрел разрывает темное пространство. Среди обороняющихся Ерема со своей подругой Катериной.
Парнишка уверенно пускает одну стрелу за другой. Катя больше предпочитает метать диски. Скучает она по маме, которая ушла с войском Скопина-Шуйского на север, громить шведов. Но Катерина самостоятельная, довольно долго жила с бабушкой, сейчас повзрослела и не смогла остаться в стороне от сражения. Она не боится мушкетных выстрелов, уверена, что ее защитит оберег Перуна. А если нет? Пойдет по млечному пути. И найдет там свое счастье, в новом мироздании. Так ее учили…
Вот в потемках девушка разглядела очередного воина и метнула диск в его горло. Противник упал, так и не взобравшись на стену.
А Ерема стрелой поразил гетмана. Тем самым внес в ряды противника определенную сумятицу. Как не стараются поляки, оседлать стены им пока не удается. Защитники достаточно хорошо обучены и вооружены.
В атаку пошли тяжелые рыцари в доспехах. Для своего времени неплохо защищенные, но неуклюжие. Они медленно карабкаются вверх по лестницам. Но от их тяжелой брони мало толку. Теперь мушкетная пуля русских способна с близкой дистанции пробить доспехи. Да и рогатиной неповоротливого рыцаря скинуть легче, мощная булава по голове оглушит через любой шлем.
Но самый эффективный прием — огнемет. Тут уже рыцари в своих доспехах жарятся, с лестниц падают капитально. Грозное оружие поставил на вооружение Сотников!
