Графиня Альбина наклонилась к очень мускулистой, но при этом стройной девушке с наивным детским лицом.
— Маринка, как жизнь? — спросила сановитая блондинка.
После чего отогнула лифчик, приобнажив клубничный сосок красавицы. Алые уста Альбины сомкнулись на соске, а язычок начал двигаться по часовой стрелке, очень умело щекоча чувствительное место.
Красавица из рода эльфов Маринка сладострастно застонала и начала млеть, ее золотистые волосы даже стали искриться от умелых ласк.
— Вы с ума сошли! — прикрикнула на них строгая Алена. — Нашли себе время: ведь война!
И сердито ударила ногой по земле.
Девчата хором ответили:
— Жить без пищи можно месяц, но без любви прожить нельзя!
Графиня Альбина все же отвела свои сахарные уста от возбужденной золотисто-оливковой груди девушки-эльфийки и спросила:
— Справимся мы с мохнатой ордой, Маринка?
— Да, мы их в костяную муку перемелем! — с жаром произнесла златокудрая дива.
Воительница-ведьма Аленушка равнодушно покачала головой, опять высунулась из окопа, послала стрелу и свалила очередного вурдалака, затем выскочила из укрытия, ящерицей уползла влево, не особо уже заботясь о своей жизни.
Молоденькая эльфийка Маринка, смуглая девчонка с монголоидными, но приятными чертами лица, массировала тем временем принцессе лодыжки и ступни. Было ясно, что жить многим из девчат осталось минуты, но как бывалые воительницы они относились к этому спокойно: чего паниковать, если эльфы, в отличие от некоторых людей, прекрасно знают, что их душа бессмертна.
Принцесса млела, находя удовольствие в расслабляющем массаже. Другая атлетически сложенная боец-эльфийка подошла и поцеловала ее в упругую грудь, что было восхитительно. Любвеобильной августейшей особе нравились ласки девчат, но нужно было вернуться к жестокой драке.
Злая, проклятая реальность! А что поделаешь? Это война, тут девушкам не так комфортно, как в мирное время.
Принцесса-эльфийка скинула с ноги прилипший комом грязи. Подумав, она извлекла из кармана единственную гранату — это такое самовзрывающееся устройство с большой поражающей осколками силой. И аккуратно привела в действие взрыватель. Затем запустила гранату и кое-кого, похоже, достала.
Воительница-ведьма Алена, вернувшаяся в окоп, ощутила своеобразное вдохновение и сказала нараспев:
— Двинул вперед враг полки! Но палачей-супостатов, Русские встретят в штыки!
Пехотинцы-вурдалаки и прочая шваль пока не спешили. Им не хотелось умирать от метких стрел и пуль эльфийек и российских воительниц. Но солдаты страны восходящего солнца вместе с упырями все же лениво трусили за телегами с пулеметами. Упыри пускали багровые слюни из ртов с гнилыми зубами. Они даже что-то пытались петь, видимо, для бодрости, но их пение смахивало на завывание шакалов.
Взбодрить себя рати из преисподней не удавалось, растянувшись в одну широкую цепочку, они старались держаться поближе к пулеметам. Редкий арбалетный огонь начал до них доставать, одна из фигур вдруг повалилась на бок. Уродливые и узкоглазые соседи по цепи не обратили на это особого внимания, такой же расслабленной трусцой, как ишаки с поклажей, они начали подниматься в гору.
Красивые девчата их, разумеется, ждали.
Воительница Алена издала вопль:
— Бык тянет плуг, а вурдалак — резину!
Остроумно она выразилась. Но графиня Альбина ответила:
— Шпарить афоризмами мы умеем, пора научиться метко стрелять!
ГЛАВА 28
Альбина задумалась ненадолго и снова продолжила плести свой рассказ:
— Снова принялись извергать снаряды пушки. Их приземистые разрывы вразброс покрыли холм, мешая воительницам целиться во врагов. Пехотинцы тоже начали постреливать. Поморщившись, принцесса-эльфийка высунулась из окопа и выстрелила в сторону бегущих японцев и вурдалаков. Кого-то убила.
Воительница-чародейка Алена изрекла:
— Нет большего зла, чем исключить саму возможность греха, так в этом случае и понятие добра не имеет смысла!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Принцесса-эльфийка не ответила, она оглянулась, чтобы убедиться, что три набитых заклинаниями позолоченных и обрамленных жемчугом диска никуда не делись, затем пробормотала заклинание:
— Какао — кока око — вай, вай, вай! Мое с сапфиром око, не сарай!
Воительница Алена продолжала сыпать афоризмами:
— Умереть с песнею хорошо, припеваючи жить еще лучше!
И вытащила шарик со взрывчаткой.
Принцесса-воительница из гордого рода эльфов начала, прищурившись, выбивать перебегающие в дыму уродливо-угловатые фигуры. Различные твари стали видны четко. Другие девчата также начали стрелять в свой участок цепи. Воительнице-ведьме Алене показалось, что соседка, управляющая баллистой-арбалетом, зря тратит патроны. Алена даже крикнула:
— По пехоте лупи, дурашка!
Та воительница, которой сделали замечание, огрызнулась:
— Я не жалкая дурашка! А боец по кличке Дашка! — и продолжила стрелять.
Графиня Альбина расчетливо и экономно била по пехоте, приговаривая:
— Я буду вас, узкоглазых, крушить и оставлю в тени времен! Я вам устрою Армагеддон!
В такт ее словам несколько упырей и узкоглазых покатились вниз по пологому склону холма, размахивая болтающимися кистями рук как тряпичные куклы.
Воительница-ведьма Алена изрекла:
— Припеваючи живет тот, кто заставляет врагов плясать от страха!
Принцесса-эльфийка, израсходовав патроны, нырнула на дно окопа за новыми и для того, чтобы установить заряженную магией систему. Когда она высунулась, ее чуть не зацепило пулей. Впрочем, эльфийка ничуть не испугалась:
— Как эти ничтожества меня достают своим шумом! — сказала она.
Прикрываемые пулеметами японские пехотинцы и упыри перебегали короткими зигзагами и постреливали. Выбрав одного из вурдалаков, ловко прыгающего через кочки, принцесса взяла его на ствол арбалета, дожидаясь, пока тот сменит направление на более фронтальное. Девушка даже выразилась:
— Заяц — самый трудный трофей, уж очень высока его маневренность на фоне кабана! — и засмеялась.
Дождавшись, она дала очередь арбалетных болтов, часть из которых попала вурдалаку в шею, если можно назвать шеей его уродливую кочерыжку. Болты заставили тварь схватиться за рану обеими руками, она выронила свое оружие и, дергая головой, стала заливать окружающее пространство кровью, брызжущей как прокисшее масло со сковороды.
Воительница-ведьма Алена одобрила:
— Вот это по-нашему!
Принцесса-эльфийка хихикнула:
— Вы знаете, его уродство очень привлекательно! Я даже взгляда от этого упыря оторвать не могла.
После таких слов принцесса-эльфийка поспешно, но вместе с тем изящно расстреляла свой второй диск, целясь уже не так тщательно.
— Интуиция — самый верный из всех прицелов, потому что это штучная работа Всевышнего! — остроумно сказала она.
Японцы и вурдалаки, повинуясь какой-то команде, начали швырять свои фруктовые, но от этого не менее взрывающиеся бомбочки. Столбы разлетающейся земли поднялись рядом с окопом.
Маринка получила осколком в лобик. Девчонка завизжала:
— Мама, милая! Так не надо!
— Успокойся, красавица! — крикнула в ответ воительница Алена и кинула свою собственную гранату.
Одну рогатую голову вурдалака оторвало, и она приземлилась прямо в окоп.
Воительница-ведьма Алена недовольно поморщилась, но выкинула «подарок» назад. Становилось все жарче как в прямом, так и в переносном смысле. Стрелять теперь приходилось уже почти вслепую, высунув из окопа только оружие. Баллиста-арбалет сухо щелкнул и умолк, выплюнув последний арбалетный болт со взрывчаткой, а из дыма уже бежали вурдалаки с косматой шерстью и огромными клыками.
Принцесса-эльфийка успела зацепить стрелой арбалета одного из них, когда он перепрыгивал через ее окоп.
Воительница-ведьма Алена рявкнула во всю глотку:
