последнего, был соглашением о взаимном содействии в связи с резким изменением положения дел корпораций в Хротцбере. Вопрос только в том,
как именно собирались содействовать друг другу Кир и хвостатый начальник Дороти.
Ну, одно можно было сказать уверенно: развязывать открытую войну против альянса «Скинни»-«Вампо»-«Техно» они не собирались — иначе эта война бы уже неизбежно началась, круша всех и вся на своём пути. Да пока и, собственно говоря, рановато организовывать такую борьбу с альянсом троих воротил — пока у них есть всего лишь одна объединяющая их цель, не больше. Да и цель эта больше смахивает на участие в конкурсе, чем серьёзным объединением, так что воевать в открытую ещё не пора.
Возможно, Кир с Барсом планировали как-то иначе сражаться с противниками (скорее всего, именно так и было), только вот как?.. Может, они сговорились убить Троя раньше, чем это сделает кто-то из противостоящей троицы? Конечно, не плохой вариант — обломать сразу всех троих, самим прикончив цель их, скажем так, «соревнования». Но… Едва ли. Потому что в таком случае Трой был бы уже, скорее всего, мёртв. Да, наглый наёмник, конечно, мог противостоять полчищам скинхедов чуть ли не с закрытыми глазами, этого у него не отнять. Да, он мог справляться с вампирами, жадно обнажающими клыки на его шею. Да, Трой мог бороться даже с роботами, не знающими ни боли, ни усталости. На худой конец, Трой мог бороться с ними всеми вместе, если уж сильно нужда припрёт. Но если бы к его уничтожению подключились ещё и люди Барса с людьми Буллока… О, сомнительно, что белобрысый пуся сумел бы прожить хотя бы несколько лишних часов!
Тогда… А о чём же тогда могли договориться Король кошек с Киром? Вроде уже и не о чем, разве что…
Железная леди улыбнулась. Спасти Троя. Вот к чему, скорее всего, пришли два официальных представителя двух разных корпораций. И, если это так, то…
«Чувствую, я вскоре войду в игру! — со всё той же улыбкой отметила про себя Янсен. — А что там будет дальше… Даже интересно!»И, опустошив чашку кофе, Дороти рассмеялась.
Жизнь нельзя было назвать скучной!
Леонард Милье, пребывая в глубокой задумчивости, сидел в своём доме, оперевшись на небольшой стол перед окном. Окно зашторено не было — они с Шани сейчас не занимались своими маленькими любовными шалостями. Рука-протез подпирала наполовину железную голову Милье. По всему его виду было понятно, что он о чём-то сильно задумался.
Шани подошла к своему любовнику почти бесшумно.
— В чём дело, Лео? — спросила она. — Ты так сильно о чём-то задумался… В чём причина?
— О, ты эту причину прекрасно знаешь! — сказал Милье. — Эта причина зачёсывает свои светлые волосы наверх, носит красную рубаху и такие же красные очки. И зовут эту причину…
— Трой? — уточнила девушка.
— Именно! — кивнул Леонард. — Трой! И этот самый Трой не выходит у меня из головы уже который час!
— А в чём дело? — не поняла Шани.
— Я не могу для себя определить: должен я ему до сих пор, или уже нет!
Любовница лидера Хейтеров присела на стул и внимательно посмотрела на Леонарда. Ей уже даже интересно было, что дальше скажет Милье.
— Ну вот смотри сама, Шани! — сказал Леонард. — Трой вытащил меня из тюрьмы, когда я в этом так нуждался. Так? Так. Значит, чем-то я ему всё-таки должен отплатить! И вот Трой пришёл ко мне с просьбой доставить его в другой город из Хротцбера, где чуть ли не каждая крыса жаждет его смерти. И я, как порядочный человек, с тем, чтобы вернуть Трою долг, выдал ему катер и парней-охранников, чтобы этот белобрысый наёмник благополучно достиг Спаура. Вроде я всё правильно сделал…
— Ну, значит, ты ему больше ничего не должен! — произнесла Шани.
— Вроде бы я всё правильно сделал! — продолжил Милье. — Да только вот незадача — Трой так до Спаура и добрался. Я не смог выполнить свои обязательства! Обещал наёмнику, что доставлю его до спасительного Спаура, а в итоге…
— Ну, значит, ты ему всё-таки всё ещё должен! — кивнула его любовница.
— Но с другой стороны… — Леонард не останавливался в своих рассуждениях. — Он же сам сбежал с катера, щедро предоставленного ему мной! Сбежал, чтобы спасти скинхедку, которая пыталась его убить… Это, конечно, вообще отдельная история… Но сбежал-то он сам! Крабко предупреждал Троя, что они уплывут, если тот не вернётся, и наёмник абсолютно это предупреждение проигнорировал…
— Ну, значит, ты ему больше ничего не должен! — сказала девушка.
Милье перевёл на неё взгляд своего единственного глаза.
— Шани… — проговорил он. — Знаешь, что я тебе скажу? Ты соглашаешься с каждым моим доводом, как видно, даже и не задумываясь о ситуации! Вынужден признаться: советчица из тебя, прямо скажем, так себе!
— Советчица, я может и плохая! — сказала Шани. В глазах её играли озорные огоньки. — Но ведь любовница-то я гораздо лучше!
И с похотливой улыбкой рыжая плутовка зашторила окно дома Милье.
Кроваво-красный рассвет озарил небо над Хротцбером. Привычный дождь, словно по волшебству, прекратил свои слёзы; небо расцвело красными красками, разогнав вечные серые тучи прочь.
— Да уж… — проговорил Трой, глядя на просыпающееся солнце. — Давненько я такой погоды не видел…
Наёмник стоял под огромным мостом над морем, омывающим Хротцбер. Редкие автомобили, пролетающие над головой Троя, нисколько не отвлекали его от созерцания столь редкого явления в его городе, как солнечный рассвет.
— Зачем? — донёсся до него сзади голос, полный злобы и отчаянья.
Трой обернулся. Сзади от него, чуть поодаль, сидела дрожащая всем телом Кэрри. Наёмник сам посадил её туда после того, как вытащил из холодных вод. Но дрожала Саймс, как видно, вовсе не от холода.
— Зачем ты это сделал? — процедила она. В глазах уже застыли проявляющиеся слёзы. — Зачем ты меня спас, скотина?
— Хм, такого благодарного эпитета от спасённого мною человека от верной смерти я только и ждал! — усмехнулся Трой. — Зачем я тебя спас, спрашиваешь? Всё очень просто: я — мужчина. А мужчина не имеет
