Читаем без скачивания Арабская литература - Гамильтон Гибб

______________

** Прием для запоминания.

Другим элементом племенной традиции было сохранение племенных генеалогий. Однако в раннюю омейядскую эпоху деятельность знатоков генеалогий, стимулированная учреждением диванов и интересами враждующих арабских группировок, носила такой характер, что привела к путанице во всей «науке» генеалогий ***,

______________

*** См.: I. Goldziher, Muhammedanische Studien, Bd I, Halle, 1888, Ss. 177–189.

Во II/VIII в. в область племенного предания, до тех пор находившуюся в нераздельном владении рави и нассабов, вторглись филологи, которые, стремясь вернуть к жизни и объяснить все, что сохранилось от древней поэзии, оказали ценную услугу историографии, собрав и классифицировав весь материал. Характерной фигурой здесь является Абу 'Убайда (110–209/728-824), маула месопотамского происхождения. Из двухсот приписываемых ему сочинений не сохранилось ни одного, но основное содержание многих из них вошло в более поздние труды. Они охватывают всю совокупность северноарабских преданий, удобно расположенных по разделам, — например, предания отдельных племен и родов, предания, относящиеся к "дням", — и включают далее предания эпохи ислама о завоевании отдельных провинций, о важнейших событиях и битвах, а также предания о кади Басры, хариджитах и маула. Абу 'Убайду обвиняли в стремлении дискредитировать арабов в интересах шу'убии, но изучение выдвинутых против него обвинений показало, что их следует рассматривать скорее как доказательства беспристрастной учености, чем сознательного предубеждения. {121}

Такого же рода был и труд Хишама ибн Мухаммада ал-Калби (ум. около 204/819 г.)****, который привел в порядок и дополнил материалы, собранные его отцом (ум. в 146/763 г.), 'Аваной и Абу Михнафом. Его сочинения преимущественно охватывают те же темы, что и труды Абу 'Убайды, но он особо собирал еще из письменных источников исторические сведения, относящиеся к городу и династии Хиры. Таким образом, этим трудом, основанным, как говорят, на церковных архивах Хиры и переведенных для автора персидских материалах, был сделан значительный шаг к научной историографии, и, хотя он дошел до нас лишь в извлечениях, его точность в целом подтверждается современными исследованиями. Предполагают, что Хишам в других своих трудах, используя доступные ему надписи и письменные источники, следовал тому же методу, но это не спасло его от резких нападок со стороны более консервативных ученых, обвинявших его в недостоверности и фальсификации.

______________

**** См. Ibn Saad, Biographien Muhammeds, semer Gefahrten und spateren Trager des Islams bis гит Jahre 230 der Flucht, hrsg. von E. Sachau, Bd III, Leiden, 1904. Vorwort, XXI–XXIII.

2. Период возникновения ислама. Первые шаги научной историографии на арабском языке связаны, не считая материалов Хиры, использованных Хишамом ал-Калби, с изучением жизни и деяний пророка. Следовательно, источник этой дисциплины необходимо искать в своде предания о пророке и особенно предания о его военных походах (отсюда и общий термин магази — "военные походы", применяемый к ранним биографическим трудам) **. Родиной этих изысканий была Медина, и лишь во II/VIII в. можно было найти и в других центрах людей, занимающихся магази. Связь последнего с хадисом, под влиянием которого в историческом методе прочно укоренился иснад, объясняет тот огромный сдвиг в степени достоверности исторических сведений, который появляется с этого момента у арабов. Тут мы впервые можем почувствовать под ногами твердую историческую почву, даже допуская наличие некоторых сомнительных моментов в преданиях о мекканском и мединском периодах жизни пророка. {122}

______________

** См. R. Paret, Die legendдre Maghвzi-Literatur. Arabische Dichtungen ьber die muslimischen Kriegszьge zu Mohammeds Zeit, Tubingen, 1930.

В истории арабской историографии мусульмане второго поколения выступают скорее источниками сведений, чем их собирателями. Хотя двоих из них, Абана ибн 'Усмана (ум. в 105/723 г.) и 'Урву ибн аз-Зубайра (ум. в 93 или 94/711 или 713 г.), упоминают как авторов книг о магази, однако извлечения из этих книг в позднейших работах не встречаются. В следующем поколении своими сборниками преданий о магази были известны несколько традиционалистов, особенно — знаменитый Мухаммад ибн Муслим ибн Шихаб аз-Зухри (ум. в 124/741-42 г.), который по поручению 'Умара II или Хишама записал собранные им хадисы. Эти материалы хранились в сокровищнице халифов, которая позже была разрушена. Аз-Зухри считают первым, кто объединил предания из различных источников в одно повествование; что знаменует прогресс в изложении истории, несмотря на то что это и давало возможность к злоупотреблениям менее скрупулезным традиционалистам.

Предания аз-Зухри послужили основой для компиляций о магази, составленных тремя авторами следующего поколения. Две из этих компиляций, так же как и два других самостоятельных труда, утрачены или сохранились только лишь в фрагментах. Третья же, знаменитая Сира Мухаммада ибн Исхака ибн Йасара (ум. в 151/768 г.), была плодом более широкого замысла, чем труды его предшественников и современников, поскольку она имела целью дать не только историю пророка, но и историю пророчества. В своем первоначальном виде она состояла, по-видимому, из трех частей: ал-Мубтада' касающейся доисламской истории от сотворения мира (она в значительной степени основана на материалах Вахба ибн Мунаббиха и еврейских источниках); ал-Маб'ас, повествующей о жизни пророка до первого года хиджры; и ал Магази — до смерти пророка. Этот труд подвергли суровой критике за включение многих недостоверных, подложных преданий и поэтических цитат, но тем не менее он стал главным авторитетом как для доисламской, так и для раннеисламской истории. Известно, что существовало несколько редакций этого труда. К сожалению, все редакции, использованные позднейшими иракскими компиляторами (можно поэтому предположить, что это были лучшие редакции), оказались утраченными, а их место заняло несколько искаженное из-{123}влечение, составленное египетским компилятором 'Абд ал-Маликом ибн Хишамом (ум. около 218/833 г.).

Заслуживает внимания тот факт, что все авторы магази были маула. Несмотря на то что этот термин даже в то время не обязательно указывал на неарабское происхождение, Ибн Исхак определенно происходил из Месопотамии, так как его дед Иасар попал в плен в Ираке в 12/633 г. Но было бы нелепо искать в концепции труда Ибн Исхака нечто большее, чем косвенное персидское влияние. Связь этого сочинения с трудом Вахба ибн Мунаббиха, с одной стороны, и мединской школой традиционалистов, с другой, показывает его подлинно арабский дух и выучку настоящей арабской науки хадиса.

Со следующего поколения размах изучения истории и число исторических сочинений растет. Уже Ибн Исхаку приписывают "Историю халифов", но это, видимо, был краткий и суммарный труд. Его знаменитый преемник Мухаммад ибн 'Умар ал-Вакиди (130–207/747-823) писал не только о походах пророка, но также и о различных событиях последующей мусульманской истории. Он же составил "Большую историю", доведенную до правления Харуна. Таким образом, историческая наука, возникшая из хадиса, сближалась с историческим материалом, собранным филологами, сохраняя в то же время свой собственный метод изложения истории в форме преданий. В своем первоначальном виде до нас дошла только история магази ал-Вакиди. Однако значительная часть его материала использована его «секретарем» Мухаммадом ибн Са'дом (ум. в 230/844-45 г.) в "Книге разрядов", биографическом словаре, посвященном жизнеописанию пророка, его сподвижников и таби'ун. Сама идея такого биографического словаря ознаменовала новый шаг в развитии историографии и в то же время наглядно свидетельствовала о ее все еще тесной связи с наукой хадиса, так как главным образом для критики хадисов и были собраны эти материалы.

Та часть труда Ибн Са'да, которая окончательно обработана им самим, а именно: история пророка (т. I и II печатного издания), имеет двоякую ценность. История магази дополнена повелениями и посланиями пророка, для чего Ибн Са'д вслед за ал-Вакиди использовал все доступные ему письменные документы. Еще более важны добавленные здесь разделы об обычаях и чертах ха-{124}рактера пророка (сифат ахлак ан-наби) и о "признаках пророческой миссии" ('аламат ан-нубува), послужившие соответственно прообразами позднейшей литературы о шама'ил и дала'ил. Это расширение является дальнейшим шагом к слиянию подлинных элементов хадиса со вторым потоком предания, представленным уже у Ибн Исхака. Он восходит к искусству кассов (мн. куссас), т. е. уличных проповедников, и представляет возврат к народной литературе, близкой к произведениям Вахба ибн Мунаббиха. С появлением этого нового направления сиры, которому следовали все последующие биографы пророка, стало ясно, что ее вклад в развитие исторического метода прекратился.

3. История халифата. Первые опыты монографического изложения событий, происходивших после смерти Мухаммада, отмечены нами в предшествующих разделах. Важно указать, что работа эта велась исключительно в Ираке: подобных трудов какого-либо ученого в Сирии, Аравии или в Египте в течение первых двух веков хиджры не зарегистрировано. Поэтому в позднейших исторических трудах Ирак и иракская традиция заняли первое место. Впрочем, для истории первых халифов мединская традиция также дала материал, который использован авторами (например, ал-Вакиди), связанными с мединской школой хадиса. Вопрос о наличии в Медине доступных письменных архивов окончательно еще не решен, но точность хронологических данных в мединской традиции наводит на мысль, что какой-то материал в этом роде существовал. Однако наличие архивов в эпоху Омейядов как в Дамаске, так и в Ираке подтверждено многочисленными ссылками **. Вероятно, именно на основе этих материалов позднейшие компиляторы и построили свою точную хронологическую схему для каждого года со списками правителей, руководителей паломничества и т. п.