из этих ресурсов — продовольствия. Страна, которая является самодостаточной или почти самодостаточной, имеет большое преимущество перед страной, которая таковой не является и должна иметь возможность импортировать продукты питания, которые она не выращивает, иначе она будет голодать. Именно по этой причине могущество, а во время войны и само существование Великобритании, которая до Второй мировой войны выращивала только 30 процентов продовольствия, потребляемого на Британских островах, всегда зависело от ее способности держать открытыми морские пути, по которым должны были доставляться жизненно важные продовольственные товары. Всякий раз, когда способность импортировать продовольствие ставилась под сомнение, как во время двух мировых войн в результате войны подводных лодок и воздушных атак, сама мощь Великобритании оказывалась под вопросом, а ее выживание как государства — под угрозой.
По этой же причине Германия, хотя и испытывающая гораздо меньший дефицит продовольствия, чем Великобритания, для того, чтобы выжить в войне, должна была преследовать три цели, либо по отдельности, либо в комбинации: во-первых, избежать быстрой победы до того, как ее запасы продовольствия будут исчерпаны. Во-вторых, завоевание или плохие продовольственные «годы» Востока и, в-третьих, уничтожение доступа к заморским источникам продовольствия. В ходе обеих мировых войн Германия не смогла достичь твердой цели.
Блокада, навязав немецкому народу лишения, которые ослабили его волю к сопротивлению, стала одним из существенных факторов победы союзников. Во Второй мировой войне Германия стала практически самодостаточной в отношении продовольствия, причем не столько благодаря завоеваниям, сколько благодаря преднамеренному голоду и откровенному убийству миллионов людей на завоеванных территориях.
Таким образом, дефицит продовольствия собственного производства стал для Великобритании и Германии постоянным источником слабости, которую они должны как-то преодолеть, иначе им грозит потеря статуса великих держав. Страны, обладающие самодостаточностью, такие как США и Россия, не должны отвлекать свою национальную энергию и внешнюю политику от своих основных целей, чтобы убедиться, что их население не будет голодать во время войны. Поскольку в этом отношении они достаточно свободны от беспокойства, они смогли проводить гораздо более решительные и целенаправленные политики, чем это было бы возможно в противном случае. Таким образом, самообеспеченность продовольствием всегда была источником большой силы.
Самообеспеченность продовольствием или его отсутствие — относительно стабильный фактор национальной мощи, но иногда он подвержен решительным изменениям. Могут происходить изменения в потреблении продовольствия, вызванные изменением представлений о питании. Могут произойти изменения в технике сельского хозяйства, которые могут увеличить или уменьшить производство сельскохозяйственной продукции. Выдающимися примерами влияния изменений в сельскохозяйственном производстве на национальную мощь являются, однако, исчезновение Ближнего Востока и Северной Африки как центров силы и превращение Испании из мировой державы в XVI веке в третьесортную державу в XVIII веке.
Все сельскохозяйственные системы Ближнего Востока и Северной Африки были основаны на ирригации. И хотя вряд ли можно доказать, что упадок национальной мощи Вавилона, Египта и арабов был связан с дезорганизацией их ирригационных систем, многое несомненно: упадок их сельскохозяйственных систем, по какой бы причине он ни произошел, сделал непоправимым упадок их национальной мощи. Ведь исчезновение регулируемого орошения превратило большую часть пахотных земель этих регионов в пустыни. Только в Египте естественное орошение Нила сохранило определенную степень плодородия даже после разрушения искусственного орошения.
Что касается Испании, то, хотя упадок ее могущества можно датировать с момента уничтожения Армады Великобританией в 1588 году, ее политический крах стал очевидным только после того, как неправильное правление в XVII и XVIII веках уничтожило значительную часть ее сельского хозяйства в результате масштабной вырубки лесов. В результате прекратились дожди, и обширные регионы северной и центральной Испании превратились в настоящие пустыни.
То, что относится к продовольствию, разумеется, справедливо и для тех природных ресурсов, которые важны для промышленного производства и, в особенности, для ведения войны. Абсолютное и относительное значение, которое природные ресурсы в виде сырья имеют для могущества нации, обязательно зависит от технологии ведения войны, которая практикуется в конкретный период истории. До широкомасштабной механизации войны, когда преобладающей военной техникой был рукопашный бой, существовали и другие факторы, такие как личные качества отдельного солдата, были важнее, чем наличие сырья, из которого изготавливалось оружие. В тот период истории, который длится от начала исторического времени вплоть до XIX века, природные ресурсы играют подчиненную роль в определении мощи нации. С ростом механизации военных действий которая со времен промышленного переворота происходит быстрее, чем за всю предшествующую историю человечества, национальная мощь все больше зависит от контроля над сырьем в мирное и военное время. Не случайно две самые могущественные страны — Соединенные Штаты и Советский Союз — почти полностью обеспечивают себя сырьем, необходимым для современного промышленного производства, и контролируют, по крайней мере, доступ к источникам сырья, которое они сами не производят.
В 1936 году статистика оценила долю ряда основных минералов в промышленном производстве для военных целей и присвоил им следующие значения: уголь — 40; нефть — 20; железо — 15; медь, свинец, марганец, сера — по 4; цинк, алюминий, никель — по 2. За полвека до этого доля угля, несомненно, была бы значительно больше, поскольку в качестве источника энергии он тогда имел лишь небольшую конкуренцию со стороны воды и древесины и никакой — со стороны нефти. То же самое можно было бы сказать и о железе, которое тогда не имело конкуренции со стороны легких металлов и заменителей, таких как пластмассы. Таким образом, не случайно Великобритания, которая была самодостаточной в угле и железе, была единственной великой мировой державой девятнадцатого века.
После Первой мировой войны нефть как источник энергии становилась все более важной для промышленности. Следовательно, страны, обладающие значительными запасами нефти, приобрели влияние на международные дела, которое в некоторых случаях может быть приписано в первую очередь, если не исключительно, этому обладанию. «Одна капля нефти, — говорил Клемансо во время Первой мировой войны, — стоит одной капли крови наших солдат». Появление нефти как незаменимого сырья привело к изменению относительной силы политически ведущих стран. Соединенные Штаты и Советский Союз стали более могущественными, поскольку они самодостаточны в этом отношении, в то время как Великобритания стала значительно слабее, поскольку на Британских островах полностью отсутствуют нефтяные месторождения.
Великобритания, Соединенные Штаты и, на некоторое время, Франция приступили на Ближнем Востоке к тому, что в народе называют «нефтяной дипломатией», то есть к созданию сфер влияния, которые дают им эксклюзивный доступ к нефтяным месторождениям этого региона. Относительно важная роль, которую государства Аравийского полуострова способны играть в международных делах, не связана ни с чем, напоминающим военную мощь. Если не считать их предполагаемой солидарности с мусульманами Африки и остальной
