Повороты, арки внутренних двориков, возвышающиеся над головой башни, башни, башни
- и вот я следом за то ли Эльвином, то ли Эвальдом, поднявшись по лестнице, стою в просторном зале.
Высокий свод притягивал к себе взгляд, а справа вверх поднималась еще одна лестница, и вела она к галерее. Большие портреты, развешенные вдоль этой галереи, я увидела сразу. Оставалось только подняться, и рассмотреть получше тех, кто на этих портретах изображен.
- Спасибо, Эвальд. Можешь идти.
Слуга поклонился и был таков.
По лестнице я поднималась в абсолютной тишине, но мне мерещилось, что дамы, изображенные на портретах - а я уже видела, что это дамы, - пристально следят за мной взглядами.
«Да-да, Сусанка, давай, нафантазируй, что портреты здесь тоже живые, а то для полного комплекта к демонам, темным божествам и призракам чего-то еще не хватает», - мысленно поддела я себя.
Портреты были большие - в полный рост. На первом была изображена брюнетка с мечтательной полуулыбкой. На ней было почти такого же цвета, как мое, изумрудное платье - под цвет темно-зеленых глаз.
«У первой герцогини, как и у вас, глаза были цвета королевского нефрита»...
Ясно-понятно. Значит, передо мной первая жена его светлости. Очень даже можно поверить, что возвышенная красавица на портрете любила розы.
Кстати, не соврал герцог, ничего общего между нею и Сюзанной не было, кроме цвета глаз. А эти спокойствие и кротость в ее взгляде уже не давали шанса на сходство мне с моим характером.
Я двинулась дальше.
Не знаю, почему, но молодая женщина на втором портрете сразу вызвала у меня ассоциацию с летом и фруктами. Крупные локоны каштановых волос, улыбающиеся алые губы, открытый сияющий взгляд - мила, невинна, весела, немного легкомысленна, но добра. Такое впечатление вызывал портрет.
На высокой груди женщины лежал медальон в форме сердечка, и я вдруг вспомнила, где его видела совсем недавно. На шее дымчатой кошки.
«Значит, это вторая жена герцога, - подумала я. - Аурелия».
Молодая женщина на третьем портрете тоже была темноволоса, но в отличие от своих соседок по галерее, она не улыбалась. От третьей супруги герцога исходило ощущение особы волевой, решительной, не склонной к колебаниям и душевным метаниям.
Бертина, кстати, тоже не соврала: бывшие жены герцога могли бы посоперничать с Сюзанной за звание Мисс Самая-Тонкая-Талия-В-Королевстве. Бедный герцог, любитель пышек. Не иначе, как устроители отбора, возможно, в лице графа Гранвиля, из раза в раз насмехались над его светлостью.
Я двинулась дальше и озадаченно остановилась.
Большое и темное прямоугольное пятно на драпировке стены указывало на то, что раньше здесь был еще один портрет, но потом его зачем-то убрали.
Пока я стояла и размышляла над этой загадкой, за моей спиной послышались шаги. Повернувшись, я увидела, что по лестнице поднимается дворецкий его светлости.
- Силуян, - позвала я, - вы не могли бы подойти?
Дворецкий приблизился.
- Да, госпожа.
- Скажите, будьте любезны, сколько у его светлости было жен?
- Три, госпожа, - с готовностью ответил Силуян. - Его светлость был женат трижды.
Я хмыкнула задумчиво.
- А вы давно живете в замке, Силуян? - спросила я.
- Давно, госпожа, - задрав подбородок, словно демонстрируя свою самую большую гордость, ответил дворецкий. - С рождения его светлости, госпожа.
- Угу, - промычала я. - Тогда, скажите, чей портрет здесь был раньше?
И указала на темное пятно на драпировке.
Дворецкий какое-то время смотрел в указанном мною направлении, потом перевел взгляд в сторону окна и ответил:
- Не помню, чтобы здесь был еще один портрет, госпожа. Скорее всего, его светлость беспокоился, что из-за солнечных лучей могут выцвести краски на портретах, поэтому дал указание передвинуть их дальше по галерее.
- Вы не помните точно? - удивленно приподняла брови я.
Силуян пожал плечами.
- Незначительные вещи часто не запоминаются, госпожа. Вам еще нужна моя помощь в чем-нибудь, госпожа?
- Нет, спасибо, Силуян.
Дворецкий, откланявшись, ушел. Когда он достиг конца галереи и скрылся за поворотом, я еще какое-то время придирчиво изучала то место, где мог бы быть еще один портрет, а потом развернулась, чтобы уйти обратно. Однако замерла на месте, когда заметила на верхних ступенях лестницы еще одного слугу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Примечательные усы, спускающиеся двумя щупальцами ниже подбородка и завивающиеся внизу колечками. Тильман - кажется, так назвал его герцог? Слуга, которого его светлость все никак не мог вспомнить.
Сейчас этот Тильман смотрел на меня с улыбкой, которая показалась мне странной, однако, когда я двинулась в его сторону, решив на всякий случай и ему задать те же вопросы, что и Силуяну, Тильман быстро поклонился мне и исчез в черной нише возле лестницы.
«А у герцога вообще со слугами все в порядке? - подумалось мне. - Один называет себя разными именами, другого герцог и сам вспомнить не может, дворецкий толком не в курсе, что происходит в замке...»
- Любопытненько, - вслух сказала я, чувствуя, как во мне внезапно пробуждается Шерлок Холмс в юбке.
И этот внутренний Шерлок настойчиво нашептывал: портреты в галерее не были передвинуты. Почему? Да потому что темное пятно на драпировке было заметно меньше, чем все три портрета герцогских жен. А это значит, что на этом месте все-таки висел совсем другой портрет. И он исчез. Или его убрали.
- Таки очень любопытненько.
В этом кино у меня не было роли, ведь я заняла чужое место, попав в тело Сюзанны. А если у меня нет роли, значит, я могу примерить любую, придумать свою собственную и вообще творить все, что пожелаю, в обход сценария.
Поэтому внутреннего Шерлока я душить не стала. Развлекаться, так развлекаться.
В конце концов, почему бы и не да?
«Итак, Холмс. Как вы собираетесь найти исчезнувший портрет, Холмс?»
«Элементарно, Ватсон. Я вообще не собираюсь его искать. Его найдут вместо меня. Надо лишь знать, кого попросить».
* * *
- Этот, милосердная заступница наша соэлла Сюзанна?! - летала вокруг меня девица-ламия, указывая на портрет над камином в одной из комнат.
Пока ее товарки носились под потолком, создавая сквозняк, я пару секунд смотрела на сморщенного старичка в белом парике.
- Нет, - твердо отрезала я. - Это, наверное, один из предков его светлости. И портрет не того размера, что надо.
Ламия над моей головой вздохнула.
- Опять не тот? - искренне огорчилась она.
Это был пятый портрет, который нашли для меня девицы-ламии в замке. На всех пяти были изображены какие-нибудь старички, как будто в этом замке раньше был дом престарелых, а потом взяли и герцога поселили. Я бы, пожалуй, не удивилась, если бы мне и призраки старичков начали являться.
Но что важнее, все портреты были не того размера, что нужно. Это я определила даже на глаз - либо сильно меньше, либо сильно больше, чем искомый.
- Это последний? - спросила я печально зависшую надо мной в воздухе девицу.
- Есть еще один, милосердная заступница наша соэлла Сюзанна, - с готовностью отозвалась девица. - Но с ним небольшая сложность.
- Что за сложность? - повернулась к ней я.
Ламия отводила взгляд, и мне это сразу не понравилось, но я твердо велела:
- Отведи меня к нему.
* * *
Я стояла у большой двустворчатой дубовой двери. Массивной на вид, такую, наверное, и борец сумо не выбьет.
Мы находились на верхнем этаже замка, в отдаленном крыле. Пока ламии вели меня сюда, я пыталась запомнить дорогу, но раз десять сбилась со счету в попытке запомнить количество поворотов и лестниц.
В общем, судя по всему, это была самая отдаленная и нежилая часть замка.
- Портрет здесь? - спросила я, глядя на дверь.
Одна из девиц-ламий нырнула прямо в стену и исчезла. Пару секунд спустя появилась и радостно подтвердила:
- Здесь-здесь, заступница наша! Прямо за этой дверью!
