На Северном фронте получившие советское оружие баски под командованием генерала Льяно де ла Энкомиенды 28 ноября перешли в неожиданное наступление на Витторию. Имея почти 10-кратное численное превосходство, они впрямую угрожали оплоту националистов – монархической Наварре. Поскольку почти все наваррские рекете держали фронт в Кастилии, у Витто-рии баскам противостояло всего 600 националистов. По настоянию Молы Франко направил против наступающих весь «Легион Кондора», благодаря чему Виттория устояла. Зато бомбежки Мадрида надолго прекратились, и на Центральном фронте националисты утратили инициативу. Но Наварра по-прежнему оставалась в их руках. Бои затихли только к 15 декабря. Потери басков были гораздо значительнее.
26 декабря – 2 января республиканцы попытались привести в движение бездействовавший Арагонский фронт – безуспешно штурмовали Теруэль. Для этого они нерасчетливо сняли две бригады из-под Мадрида, оборона которого была, несомненно, важнее взятия Теруэля. Отражение небольшого по масштабам и длительности наступления стало серьезным моральным успехом националистов – Теруэль наряду с Сарагоссой, Кордовой и Овье-до считался теперь неприступной крепостью.
В Андалузии националисты под руководством Кейпо де Лья-но сами развернули 15 декабря наступление в районе Кордовы, чтобы завладеть рудниками у Монторо. Город пал в первый же день операции, и отбить его республиканцам не удалось. Чтобы остановить войска Кейпо, к Монторо срочно пришлось перебросить подкрепление – только что сформированную 13-ю интербригаду.
Сражение под Кордовой протекало крайне беспорядочно. Командование обеих сторон вскоре умудрилось потерять контроль над большинством частей. С 24 декабря на восточном фланге наступали республиканцы, старавшиеся вернуть Монторо, тогда как на западном продолжали рваться вперед националисты. В итоге ко 2 января, когда силы сторон истощились, националисты удержали Кордову и Монторо, а их противники – большую часть руд -ников.
Националистическая Испания за месяц оправилась от шока, причиненного ей ноябрьским поражением под Мадридом. Вторая по счету мобилизация прошла с успехом. Армия националистов становилась все более многочисленной: она жадно впитывала в себя наваррских рекете, фалангистов, гражданскую гвардию. К весне 1937 года националистическая армия насчитывала около 300 000 человек вместо 120 000 в начале войны. При этом стремительно росла доля обученных резервов, чью подготовку облегчало наличие в войсках националистов большой прослойки унтер-офицеров, цементировавших армию. Серьезную помощь в обучении кадров националистам оказывали также германские военные советники.
Обучение новобранцев у националистов длилось три месяца – гораздо дольше, чем у республиканцев, которые ограничивались одной-двумя неделями. Республиканские учебные центры обучали и наступлению и обороне, но тому и другому скомканно и поверхностно, большей частью учили шагистике с палками вместо оружия. У националистов дело обстояло гораздо солиднее: большинство подразделений обучали только наступлению, остальные – исключительно обороне. Солдаты Франко тренировались с холостыми патронами, но, по крайней мере, с настоящим оружием. Кроме того, новичков приучали к мгновенному исполнению приказов.
Штаб каудильо дальновидно размещал резервы в Кастилии, где они прикрывали жизненные центры националистов – Бур-гос и Саламанку и откуда их при необходимости было нетрудно перебросить на любой фронт.
Росла зарубежная помощь – политическая, дипломатическая и военная. Уже 8 ноября Германия и Италия признали националистов законным правительством Испании. Вскоре в Саламанке открылись их посольства. Гитлер и Муссолини после препирательств с Франко по дипломатическим каналам согласились «пока» помогать ему в основном в кредит, с расчетом рассчитаться после войны. Меньшую часть вооружения они поставляли на коммерческих началах.
Декабрь 1936 года отмечен был высадкой в Кадиксе 40-тысячного итальянского «добровольческого» корпуса из четырех дивизий во главе с генералами Бергенцоли, Нуволини, Коппи и Росси. Командовал корпусом генерал Роатта, в прошлом глава итальянской военной разведки (в Испании он носил псевдоним «Манчини»).
Итальянский добровольческий корпус стал ответом фашизма на интернациональные бригады Республики. Правда, вопреки заверениям многих левых публицистов и историков, состоял он вовсе не из кадровых военных частей (они оставались в колониях), а из подразделений фашистской милиции, отличавшейся невысоким уровнем подготовки. Но, в отличие от интербригад, итальянские дивизии прибывали в Испанию с готовой армейской инфраструктурой – артиллерией, транспортом, бронетехникой и средствами связи.
Третий рейх прислал националистам бронетанковый корпус, укомплектованный машинами «Т-1»(первоначально их было 50- 60 штук), и наладил обучение испанских танкистов. Командовал германскими танкистами в Испании полковник Вильгельм фон Тома – будущий герой Африканского корпуса Роммеля. Немецкие танкисты, однако, в отличие от пилотов люфтваффе не участвовали в боях, а только передавали опыт националистам.
«Легионом Кондора» руководил сперва генерал Рихтгофен, затем его сменил генерал Шперрле. Пехотных же соединений Гитлер в отличие от Муссолини в Испанию не направлял.
Благодаря внешней поддержке укреплялся националистический флот. С помощью немецких инженеров-кораблестроителей националисты в январе ввели в строй второй новейший крейсер – «Балеарес». Флаг на нем поднял командующий флотом адмирал
Виерна. У итальянцев националисты приобрели целый отряд кораблей – четыре эсминца («Мелилья», «Сеута», «Теруэль» и «Уэс-ка»), минные заградители «Нептун» и «Юпитер», флотилию торпедных катеров (20 штук) и позже – две подводные лодки.
На Центральном фронте к новому году инициативу ненадолго перехватили республиканцы. Хунта обороны Мадрида 29 декабря повторила наступление южнее столицы, рассчитывая, как и 13 ноября, обойти и отсечь далеко выдвинутый вперед левый фланг противника. Операция протекала неплохо, дружинники отбросили заслоны националистов и через день вышли к опорному пункту войск Варелы – пригородному поселку Брунете, но вмешалось командование Центрального фронта. Генерал Посас приказал Хунте прервать операцию и наступать севернее столицы, на Гвадарраме, совсем с другой целью – снять угрозу столичному водоснабжению. Под нажимом Посаса резервы были сняты из-под Брунете и направлены на Гвадарраму.
Новогоднее наступление республиканцев на Гвадарраме северо-восточнее столицы имело локальный успех и привело к территориальному выигрышу. Опасность захвата неприятелем горных водохранилищ Лосойя-Буйтраго была предотвращена. 3 января генерал Варела немецкими танками (45 машин), авиацией и марокканской пехотой нанес Мадриду удар с тыла. Он воспользовался занятостью врага на Гвадарраме, прорвал оборону мад-ридцев с запада, у шоссе на Ла-Корунью и устремился вдоль автострады к столице, загибая свой левый фланг на север. Он угрожал вторгнуться в столицу и одновременно – отрезать Гвадар-рамский фронт от Центрального.
«Удар на Гвадарраме ничего не дал. А ведь ради него былоостановлено наступление на Брунете. Чья-то рука путает карты в республиканских штабах», – писал один из наблюдателей событий.
В продолжавшиеся десять дней бои вскоре втянулись все свободные силы противников. Из-за сквернейшей зимней погоды сражение было прозвано «туманным». Республиканские силы Барсело, Кампесино и Дурана, отвыкшие от боев в сельской местности, вступали в бой беспорядочно и вскоре утратили связь друг с другом. Один из республиканских батальонов в густом тумане пропал без вести.
«Туманное сражение», или сражение у Махадаонды, распалось на ряд местных схваток. Перевес оставался на стороне Ва-релы. Авангарды националистов продвинулись на 10-15 километров и дошли до первых столичных кварталов вдоль шоссе Мадрид – Ла-Корунья. Там их встретили республиканские резервы – две вызванные из Андалузии интербригады с двумя танковыми батальонами. Ситуация менялась на глазах.
10-тонные «Т-26» и недавно прибывшие пушечные советские бронемашины «БА-6» почти без потерь за два дня уничтожили более половины шедших к Мадриду первенцев нацистского танкостроения – пулеметные и тонкобронные 6-тонные «Т-1». Марокканцы в отсутствие броневой и воздушной поддержки не проявили ожидаемого натиска. Наступление Варелы захлебнулось.
Часть германских танков попала в руки республиканцев, причем несколько – в целом виде. «Туманное сражение» обнажило вопиющий недостаток «Т-1» – плохую обзорность и отсутствие рессор. Танковые экипажи не имели оптических приборов и страдали от жестокой тряски, это мешало стрелять и не позволяло ориентироваться на местности. Карты и даже компасы были бесполезны. Часть танкистов Варелы из-за этого оказалась в плену.
