Читаем без скачивания Колдовство по найму - Волынская Илона

Ловушка! — прошептала Танька. — Вот она, твоя вторая пустая карта, вторая тайна! Всё наше расследование было ловушкой!

Говорила, не надо в него лезть, так тебе полмиллиона пекло! — с некоторым удовлетворением объявила Ирка.

Жадные, жадные, всэ видьмовськэ племя жаднэ! — подтвердили скрипучие голоса. — Видьмы прыйшлы, його привелы! Мы зналы!

Ничего мы не жадные, сейчас время такое, — обиделась Танька. — И вообще, кто вы такие, чтоб критиковать!

Вона хоче знаты, хто мы! Видьма хоче знаты! — проскрежетало из тьмы.

И в густом, давящем, прямо-таки осязаемом мраке коридора засветился крохотный мертвенно-белый светлячок. Огонек приближался, надвигался всё ближе… Ирка поняла, что не хочет видеть того, кто несет этот жутковатый свет, и в то же время не может отвести взгляд.

Кружочек света остановился прямо перед напуганными людьми. И они увидели. Маленькое кривоногое существо с тельцем не толще соломинки и похожей на наперсток головой. Черты лица настолько мелки, что разобрать невозможно, лишь хорошо виден щелястый жабий рот с острыми, будто иголочки, зубами. В длинных, как макаронины, гибких пальцах созданьице держало веретено, на кончике которого бледно светился огонек.

В молчании люди рассматривали явившуюся им тварюшку. Ирка гадливо повела плечами. А майор гулко захохотал, пугая тьму.

— И вот от этой мелочи мы сматывались? Да мне всей их кодлы только на перекус и хватит! — и Ментовский Вовкулака, выхватив у Богдана из рук кинжал, перекувыркнулся в воздухе.

Громадный волк обрушился сверху, ударом лап вбивая тварюшку в пол.

— Пэрэкынувся, пэрэкынувся! Це вин! Мы знайшлы його! — заверещало, заскрежетало со всех сторон, и разом вспыхнуло множество мертвенно-белых светлячков.

Люди в ужасе закричали. Всё пространство вокруг было заполнено тоненькими, как соломинка, крохотными тварями с веретёнцами в длинных пальцах. Насколько хватало глаз, существа роились на полу. Цепляясь острыми кончиками веретёнец, плотно, будто мошкара, висели по стенам. Сыпались с потолка на головы своим соплеменникам. Их гибкие туловища переплетались, длинные пальцы зловеще шевелились, а концы веретён были грозно выставлены.

Джокеры! — белыми от страха губами прошептала Ирка. — Карты предупреждали!

Это не джокеры, — пробормотала Танька. — Это нички! Но они же… Я про них читала, нички совсем не агрессивные! Они в деревнях живут, по ночам в хатах мелко пакостят!

Ну и сидели бы в своих деревнях, чего они в город-то приперлись! — нервно оглядываясь, сказал Богдан.

Хазяин велел! — заскрежетали твари. — Хазяин велел — нички прыйшлы, нички знайшлы, нички поймають! Хазяин будэ задоволэный! — И, хохоча своим скрежещущим смехом, нички разом кинулись на Ментовского Вовкулаку.

Тысячи нитей слетели с веретёнец и разом метнулись, захлестывая волка. Оборотень прыгнул, уклонился, нити скользнули по шкуре, гигантские челюсти клацнули… Громадный волк вскинул голову, из его пасти свисало сразу с десяток тоненьких соломообразных тварей… Но в то же мгновение нички тряхнули веретёнами, и сброшенные нити захлестнули волку лапу. Веретёнца закрутились, зажужжали, заматывая пленника в плотный кокон. Вовкулака забился…

— Вы что делаете, гады?! — нашарив, наконец, упавший кинжал, Богдан рванулся на помощь, пытаясь разрезать опутавший волка клубок. И с маху напоролся на сотню острых веретенец.

— Богдан!!! — отчаянно завопила Танька.

Десятки мельчайших уколов на теле мальчишки мгновенно набухли кровью, футболка из белой превратилась в красную. Пацан отпрянул в сторону.

А вовкулака уже весь был закутан в кокон, только торчала наружу лобастая голова. Аркан из прозрачной нити стянул отчаянно щелкающие челюсти. Одна из ничек вскочила пленнику между ушами — оборотень мог лишь мотать головой и грозно рычать сквозь сомкнутую пасть.

Длинные гибкие пальцы ухватили волка за шерсть, рванули — вовкулака взвыл от боли, — поднесли выдранный клок к злобной маленькой мордочке.

Та вин сивый! Вин старый! — разочарованно протянул скрипучий голосок. — Нэ вин, нэ вин! Шукайтэ! — И длинный палец уперся в застывшую группку людей. — Дэ молодый, дэ?

Сейчас вам будет молодой! — дружно прорычала шестерка оборотней и рванула на помощь своему командиру. Двухлезвийный кинжал был снова выхвачен из рук Богдана…

— Не перекидывайтесь! Им это и нужно! — заорала Ирка.

Но вовкулаки ее не слушали. Один за другим они перелетали через клинок. Вздыбив шерсть, молодые волки грудью врубились в шевелящийся клубок ночных созданий.

Толпа ничек распалась перед ними, будто колосья на поле, и тут же плотно сомкнулась. Нити веретён вновь взметнулись в воздух.

— И-ех! — закрутив кинжал, словно бумеранг, Богдан запустил его в воздух.

Нитяные арканы лопнули, встретившись с острой сталью.

— Ты зачем кинжал выкинул, придурок?!! — завопила Танька.

Еще разок крутанувшись в воздухе, сдвоенный клинок рухнул на головы ничкам. Там, где хладное железо касалось ночных созданий, они валились замертво, будто срезанные колосья. Но остальные тут же зацепили кинжал петлями и оттащили прочь, подальше от Богдана.

Нички разделились. Одни стремительно завертели свои веретёнца, и тут же новые нити начали захлестывать оборотней, крутить им лапы. А другие повернулись к людям. Их масса надвигалась всё ближе…

— Дэ, дэ, дэ? Дэ вин? — монотонно бубнили нички. — Хто з вас вин?

Отчаянно, брызжа слюной, завизжал компаньон:

Кто, кто вам нужен?!! Скажите, объясните, я вам всё найду!!! Только не трогайте меня!!!

Эк! — кулак Иващенко обрушился предателю на затылок. Глаза компаньона закатились, и он свалился под ноги наступающим ничкам. — Сто раз предупреждал: ты в переговорах не участвуешь! Тебя тоже касается! — Бизнесмен грозно покосился на племянника.

А я что, я молчу! — совершенно невозмутимо ответил Серега. На губах у него играла отсутствующая улыбка, копошащихся вокруг ничек он разглядывал с мечтательным любопытством. — Чего мне с собственным глюком разговаривать? Меня ж глючит, правда? Ребята в общаге давно обещали дать травки курнуть…

— Я тебе курну! — взревел Иващенко.

Надвигающаяся масса ночных созданий перекатилась через бесчувственное тело компаньона, придвинулась ближе. Пальцы-макаронины, противно шевелясь, потянулись к людям. В ужасе, что сейчас эти пальцы коснутся ее, Ирка взвизгнула и залепила ногой по ближайшей твари. Одну ничку унесло в сторону, но другие не остановились.

— Зажигалка, дайте зажигалку! — Танька вцепилась в рукав Иващенко.

Бизнесмен выхватил из кармана золотистую зажигалку. Ведьмочка щелкнула колесиком и прокричала:

— Солнышко-Сварог, злым теням порог! Огнь Сварожич, поможи, зла тенета розвьяжи!

Огонек вытянулся, истончился, превращаясь в тонкую, неровную, колеблющуюся огненную плеть. Гибкий удар хлестнул по ничкам. Передовую шеренгу смело, оставляя на их месте длинную черную полосу золы. Запахло горелой соломой. Огненный хлыст взвился, рассекая толпу ничек пополам. Молодой вовкулак рванулся, выдираясь из пут, его пасть щелкнула, выкусывая прореху в плотной массе ночных тварей.

Это что еще за заговор?! Почему не знаю?! — со смесью радости и ревности завопила Ирка.

А ты не полагайся только на бабушкину тетрадку! С литературкой работай! — лихо выкрикнула Танька, хлеща огнем во все стороны.

Слетающие с веретён нити вспыхивали, осыпались пеплом. Тоненькие тела переламывались пополам. Толпа ночных тварей уже не казалась бесконечной. Их становилось меньше и меньше! Нички отпрянули, оставив наполовину спутанных вовкулаков. Молодые волки бились на полу, вырываясь из спеленавших их веретённых нитей. Вот один поднялся, второй, третий… Губы вздернулись в рыке, обнажая грозные клыки…

— Хазяин розсердыться! — скрежетнуло из толпы. — Вин потрибэн хазяину! Хапайтэ оборотней! Вин десь тут!

Новая армада ничек осыпалась на волков со стен и потолка, погребая их под собой. Огненная плеть полоснула поверху… Противный запах горелых нитей ударил в нос. Стремительно вращая свои веретёна, нички бросали нити навстречу огню. Густая, словно заросли подводных растений, паутина повисла между людьми и захваченными вовкулаками. Огненный хлыст прожигал заслон, но он становился всё плотнее, всё гуще. Пламя уже жгло только сами нити, неспособное пробиться сквозь них к ночным тварям. Паутина качнулась навстречу, тесня пятерых уцелевших прочь из коридора. Позади нитяного заслона слышался отчаянный рык — вовкулаки еще сражались… Но вот рев волчьих глоток стал затихать.