абсолютно права. Он мне ничего не обещал. Лапшу на уши не вешал. А мои чувства — это мои проблемы.
— Свет, ты прости меня… за эту истерику, — вздыхаю я, — сама от себя не ожидала…
Она корчит мимишную мордочку и крепко — крепко меня обнимает.
— Иди ко мне, горе ты мое луковое!
Глава 31
Родной город встречает нас проливным дождем с порывистым ветром. Из окна такси наблюдаю за бегущими по тротуарам прохожими. Как прыгают они через лужи и жмутся друг к дружке под козырьком остановки.
Погода словно копирует сейчас мое состояние. От этого становится чуть легче. Я люблю дождь. Люблю сидеть на подоконнике, когда тяжелые холодные капли бьют по стеклу, бегут по нему наперегонки вниз, объединяясь в ручейки, стекают на слив. Когда порывистый ветер качает тополь за моим окном, и при особо резком порыве одна из его веточек легонько стучит по стеклу. Сегодня погодка особенно мне благоволит.
Мама с Денисом на даче. И я бы с радостью на ночь поехала к ним. Очень соскучилась. Особенно по сыну. Но мама строго настрого запретила ехать в ночь после дороги, да еще в такую погоду. Я подумала и решила, что она права.
Чувствую себя разбитой. Голова раскалывается, от недосыпа и слез в глаза будто песка насыпали.
Дома кидаю чемоданы у порога и сразу иду в душ. Встаю под горячие струи, стою так минут двадцать, периодически повышая температуру воды. Настолько, насколько позволяет болевой порог. По лицу снова бегут слезы, тут же смешиваясь с горячей водой и стекая по ногам в слив.
Мне просто нужно время. Оно лечит. Пройдет неделя — две, может, месяц, и станет легче. Завтра уеду к маме, с понедельника вплотную займусь работой. Снова пойду на фитнес, в бассейн. Загружу себя по полной и сама не замечу, как забуду ЕГО.
Следующие два дня провожу с родными на даче. Денис никогда еще не расставался со мной так надолго, поэтому просто не отлипает от меня. Полдня разбирает мешок с моими подарками. Сувениры, брелоки, магниты, смешные фигурки животных, и даже обычные ракушки, любовно собранные мной на пляже. Ребенок просто счастлив!
Мы с мамой собрали жимолость, наварили варенья, пропололи грядки и перестирали кучу белья. Это так странно… Еще несколько дней назад я отдыхала на яхте, а сегодня пропалываю свеклу. Прям Золушка… Только мой прынц меня искать не будет, я ведь забыла ему туфельку оставить.
С понедельника я, как и планировала, ухожу с головой в работу. Начинаю всерьез подумывать об открытии еще одного бутика. Да и с поставщиками нужно что-то решать. Они у нас в городе монополисты. В последнее время начинают наглеть. Неплохо будет составить им конкуренцию.
А во вторник объявляется Влад. Мама говорит, он их не донимал, значит, они с Татьяной только что вернулись из Турции.
— Привет, Катя! — встречает меня у подъезда и забирает из рук тяжелый пакет из супермаркета.
— Здравствуй, — щелкаю сигнализацией и поворачиваюсь к нему.
Не скрою, мне интересно было встретиться с ним после… после Ангильи. Что-то кардинально поменялось в моем к нему отношении. Это я еще на острове поняла. Думала, увижу, посмотрю в глаза и пойму, что именно.
— Где Денис? Он дома?
— Нет, он у мамы.
— Почему? — пристает он.
— Потому что каникулы, Влад, — терпеливо объясняю я.
— Ясно. Хотел с ним увидеться, — выглядит искренним. Наверное, и правда, скучает.
— Приезжай на выходных на дачу к маме. Я тоже там буду, — силой забираю из его рук пакет и открываю дверь подъезда.
— Эй, а на чай не пригласишь?
— Нет, Влад. Я устала.
— Как хоть отдохнула — то? — летит мне в спину.
— Отличччно! — кричу ему прежде, чем дверь захлопывается.
Оказавшись в своей квартире, первым делом завариваю свой любимый чай с чабрецом, усаживаюсь на подоконник и достаю телефон. На острове я почти не фотографировала, только в самый первый день из окна такси, которое везло нас на виллу и немного на пляже, когда Света познакомилась с Мигелем. Потом было не до этого.
Но одно его фото у меня все же есть. Сделала тайком, когда он спал. Много раз порывалась его удалить, но рука не понимается оборвать последнюю призрачную ниточку, связывающую нас.
Увеличиваю его лицо на весь экран. Осторожно дотрагиваюсь кончиками пальцев к густым прямым бровям, провожу по носу, губам. Вспоминаю, как делала это в последнюю ночь. Пальцы еще помнят, какая его кожа на ощупь и как колется щетина.
Одинокая слезинка капает на экран и тут же расползается прозрачной кляксой. Так, хватит! Лучше полы вымою, я их вчера мыла, и завтра мыть буду. Что угодно, лишь бы время скоротать и устать как собака. Чтобы спать без задних ног и не думать… не думать… не думать…
Входящий вызов отвлекает от мазохизма, возвращает в реальность.
— Катюнь, привет! Ты как? — интересуется Света.
— У меня все нормально. А у тебя?
— Да, прикинь, отец наехал! Говорит, если работать не начну, перекроет кислород.
И правильно сделает. Вслух я этого, конечно же, не говорю. Но отца ее поддерживаю. До тридцати лет сидеть у мамы с папой не шее, тут у любого терпение кончится. Формально она числится в штате Компании Сергея Владимировича, но фактически не работала там ни одного дня.
— Я в шоке, Катька! Ты можешь представить меня сидящей в офисе с утра до вечера?! А когда я должна в бассейн и на фитнес ходить…
— Вечером, — вставляю я.
— А в салон?!
— По выходным. Света, все когда — то начинают, — успокаиваю ее, но сама еле сдерживаю смех.
— Еще там этот… Артур… — намеренно акцентирует на звуке «р».
О, Артур! Слышали, слышали. Компаньон отца. Молодой, успешный, а еще высокомерный и хамоватый. Единственный, не павший под Светиными чарами. Она утверждает, что ненавидит его и он ее тоже. Но что-то подсказывает мне, что между ними не холодная ненависть, а бразильские страсти.
— Будет еще один шанс охмурить его, — подливаю масла в огонь.
— Да пошел он!.. — шипит она в трубку, — Скотина, смотрит на меня, как на пыль на своих ботинках…
Ой — ей — ей, с такой страстью она ни об одном из своих бывших не говорила. Я-то понимаю, что он видит в ней великовозрастную мажорку, живущую за папин счет. И ей надо будет очень постараться, чтобы он изменил о ней свое мнение. Но об этом поговорю с подругой при личной встрече.
Глава 32
Проходит
