class="p">— С ними, очевидно. Ты уже знаешь, что я не причиню тебе вреда, иначе ты бы не пригласила меня внутрь.
— Я… Что? Я тебя не приглашала. Ты сам вошел.
Локи успокоился первым, усевшись на свое место. Реми и Бебе последовали его примеру. Все трое продолжали наблюдать за Кианом, их хвосты беспокойно подергивались, но теперь они казались скорее настороженными, чем испуганными.
Киан взял бумажный пакет, встал и повернулся к Уиллоу. Его пылающий взгляд остановился на ней. Она ощутила его так, словно это было физическое прикосновение.
— Боги, ты прекрасна, — сказал он, пожирая ее глазами.
Никто никогда не смотрел на нее так пристально, как Киан. Временами это приводило в замешательство, потому что она не знала, как реагировать на такое внимание. Но она не могла отрицать, какой желанной, какой красивой он заставлял ее себя чувствовать. Она не могла отрицать искру, вспыхнувшую в ее сердце.
И, несмотря на неуверенность, она не могла отрицать, что ей действительно, очень нравилось, когда он так на нее смотрел.
— И я полагаю, ты не пригласила меня войти, — продолжил он, — но сейчас я здесь. Заключен мир, и я могу предложить тебе свое подношение.
— Подношение?
Он поднял пакет.
— Я принес завтрак.
— Завтрак? — Уиллоу взяла бумажный пакет. Он был теплым, и когда она открыла его, до нее донесся аромат свежего кофе. Она рассмеялась, когда заглянула внутрь и обнаружила черничный маффин, лежащий на бумажном стаканчике с крышкой.
Он приподнял бровь.
— В завтраке есть что-то забавное, Уиллоу?
Улыбаясь, она посмотрела на него.
— Нет. Просто после того, что ты рассказал, трудно представить, как ты стоишь в очереди в кафе и заказываешь еду, как нормальный человек.
— Ах. Если это поможет, знай, что стоять в очереди для меня совсем необязательно, — он отвернулся от нее и двинулся вглубь дома, изучая окружающую обстановку. — У меня никогда не было проблем с получением того, что я хочу, именно тогда, когда я этого хочу, — он оглянулся на нее через плечо, и его глаза засияли. — По крайней мере, до недавнего времени.
Уиллоу переключила свое внимание на пакет, ища убежища от огня в его взгляде. Может быть, он действительно оказывал на нее какое-то сверхъестественное воздействие?
— Ну, мы не можем всегда получать то, что хотим, — она вытащила маффин и откусила кусочек, направляясь на кухню.
Рука Киана обвилась вокруг ее талии, и глаза Уиллоу расширились, когда фэйри развернул ее лицом к себе, обхватил за затылок и откинул голову назад, склонившись над ней, его лицо приблизилось к лицу девушки, а губы были на волосок от ее рта. Темный, соблазнительный аромат окутал ее. Игнорировать это было невозможно, она хотела только вдыхать его глубже.
— О, но я получу это, Фиалочка, — прошептал он, — и ты тоже. Только скажи слово, и я сделаю это.
Волнующее покалывание распространилось по ней, заставляя внутренности сжаться. Его лицо было так близко. Малейшего наклона подбородка было бы достаточно, чтобы их губы соприкоснулись. Тогда она снова попробует его на вкус, тогда она сможет потеряться в нем…
Думай головой, Уиллоу, а не внезапно активизировавшимся либидо.
Прижимая пакет к груди, Уиллоу подняла маффин к их лицам.
— Спасибо за завтрак.

Киан рассмеялся и отодвинулся, помогая Уиллоу выпрямиться. Когда он отступил и отпустил ее, она не знала, быть ли благодарной или расстроенной. В любом случае, она тяжело, с облегчением выдохнула.
Она знала, что от него невозможно скрыть эмоции, знала, что он чувствует ее желание. Но знал ли он, насколько она влажная? Знал ли он, что ее соски затвердели до боли? Что от его голоса у нее по коже побежали мурашки? Или что она жалела, что он не остановился, жалела, что он не отбросил маффин в сторону, не прижался этим чувственным ртом к ее губам, не сорвал с нее одежду и не занялся с ней любовью прямо здесь и сейчас?
Если он и знал, то ничего не сказал, а вместо этого обошел Уиллоу и прошел перед ней на кухню, где продолжил небрежный осмотр дома.
Она поставила маффин на стол и достала кофе из подставки в пакете, сняв маленькую наклейку с отверстия на крышке.
— Ты уже поел?
Он бросил на нее многозначительный взгляд, открывая один из потрепанных шкафчиков цвета морской волны.
— Я позавтракаю после того, как ты закончишь свой.
— О, — она обхватила руками стаканчик с кофе и подняла его, но остановилась, когда ее обдало жаром, который не имел ничего общего с горячим напитком в ладонях. — Оооо.
Она быстро сделала глоток, чтобы отвлечься от своих мыслей, в спешке забыв проверить температуру кофе. Уиллоу хмыкнула. К счастью, кофе был не настолько горячим, чтобы обжечь. На самом деле он был… идеальным. Сливочно-сладким, именно таким, какой она любила.
Киан склонил голову набок, разглядывая эклектичную коллекцию тарелок и мисок, сложенных в шкафу.
— Хм…
Он открыл другой шкаф и обнаружил такое же разномастное собрание чашек и кружек. Не было двух предметов из одного набора, ни одного одинакового размера или цвета.
Сколько раз Илай говорил, что ее вещи выглядят дешево и безвкусно? Сколько раз Илай спрашивал, почему она настаивает на покупке чужого мусора? В его голосе всегда было достаточно легкости, чтобы она отмахнулась от комментариев как от шутки, но после того, как Уиллоу столько раз слышала одно и то же, она должна была догадаться. Она должна была прислушаться к интуиции, должна была понять, что на самом деле он не шутил. Он осуждал ее.
Уиллоу смущенно переступила с ноги на ногу.
— Мне нравится искать сокровища в магазинах подержанных вещей.
— Понятно, — Киан закрыл шкафы и выдвинул ящик, заставив содержимое загреметь. — Ах, но это подходящий набор, — он достал ложку и поднял ее вверх. Цвет посуды из нержавеющей стали изменился, когда он повертел ее в руке, на ней заиграла радуга из розовых, пурпурных и синих оттенков.
— Я… знаю, они безвкусные, но когда я увидела их, то не смогла устоять. Они просто красивые.
Вздохнув, Киан положил ложку на место и задвинул ящик стола. Он повернулся к ней, прислонившись спиной к столешнице.
— Они мне нравятся.
— Правда?
— Да. Потому что они делают тебя счастливой. И они довольно симпатичные, не так ли?
Сердце Уиллоу слегка подпрыгнуло. Она улыбнулась и отпила кофе, пока он продолжал исследовать ее кухню.
— Итак, что ты делаешь, когда не… ну ты знаешь?
— Не занимаюсь сексом?
Она внутренне съежилась, отчаянно пытаясь не думать о том, со сколькими людьми он, должно
