прискорбно мало. С изрядной правотой такое можно спроецировать на Европу — когда войны с соседями не заканчиваются никогда, на троне должен сидеть тот, кто хоть что-то понимает в государственном управлении, иначе его сожрет и не подавится какой-нибудь очень деятельный Карл. Вот для спокойных китайских времен Николай бы подошел отлично — сиди во дворце, занимайся гаремом — с учетом размеров и регулярных пополнений это увлекательное дело поглотит любое количество времени! — и не мешай уважаемым людям обкашливать свои интересы.
А вот Алексей Александрович, здоровенный кусок тестостерона и альфа-самец в самом что ни на есть биологическом смысле, в средневековье смотрелся бы органичнее некуда! Огромный. Ржет, пердит и отрыгивает громче всех. Похабно и обильно шутит и очень много пьет — все компоненты харизматичного средневекового аристократа в наличии! Добавляем сюда гигантскую волосатую тушу, шикарно смотревшуюся бы в латах на огромном коне, и получаем ультимативную геополитическую единицу феодального толка. За таким пойдут все, пойдут куда угодно и до самого конца. Даешь такому (если он не король) баронский титул, смиряешься с утечкой податей, сажаешь на границу и можно про Алексея Александровича, равно как и про врагов на том направлении, больше не думать — он там всех к ногтю прижмет, чисто показать, кто тут самая большая и важная обезьяна.
Душевный мужик на самом деле. Если выкинуть из головы воспитание и «деграднуть» до голой биологии, компании лучше Алексея Александровича и не сыскать. Настоящая первородная харизма, и я понимаю, почему светские львицы предпочитают дядюшку своим законным мужьям — у тех с тестостероном все намного хуже, и, полагаю, любовницы Великого князя своих мужей откровенно презирают. Ладно, это не мое дело. Мое дело — подготовить Империю к заоблачной сложности экзамену, коим и является многолетняя мировая война. С дядюшкой мне не по пути, и это вызывает у меня искреннее сожаление.
Вздохнув, я выбрался мыслями из вчерашнего дня — мы немножко постреляли (без всякого толку, чисто картечью по кустам «на шорох»), а потом сели бухать на полянке под подтаскиваемую егерями пернатую дичь. Не охота, а пикник, и меня такое положение дел устроило — не хочется кабанчика стрелять, я никакого удовольствия от этого не испытываю.
За окном поезда мелькали (очень медленно мелькали, скорость сбавили для безопасности, а впереди едет специальный поезд — тоже для безопасности) вокзалы, полустаночки и неприметные деревеньки, раскинувшиеся на пространстве между Москвой и Петербургом. Народ, несмотря на популярный маршрут, выглядел бедненько. Интересная особенность, наблюдавшаяся мной и в прошлой жизни: вокруг столицы словно создается аура, которая высасывает из окружающих земель соки. На определенном расстоянии действие «ауры» заканчивается, и города с деревнями начинают выглядеть гораздо лучше, а дороги — улучшаться прямо на глазах. Никакого злого умысла здесь нет, просто так вот оно работает. Депрессивные регионы заканчиваются где-то в районе Урала с востока, а на западе… А на западе мы посмотрим — в Германию я планирую отправиться поездом, посмотрев на все, что встречу по пути. Несколько напрягает стабильно «бунташная» Польша, но при моем появлении беспокойные подданные будут демонстрировать лояльность, а кое-кто — вполне искренне радоваться.
Как и планировалось, в Москву мы едем с Сергеем Александровичем Романовым и его адъютантом князем Юсуповым. Мой адъютант в виде Кочубея тоже в наличии. Имеются и другие уважаемые люди, каждый из которых имеет слуг. Всего — полный Императорский поезд, и даже в него все не влезли. Смена Генерал-губернатора — это большой и хлопотный процесс. Я в Москве пробуду всего неделю, поэтому путешествую «налегке» — всего два десятка слуг и подручных, да еще столько же казаков Конвоя пополам с гвардейцами.
Сергей Александрович в моих глазах имеет несколько неприятную тень будущей Ходынки, но он же не персонально, имея на то злой умысел, испортил коронацию Николая. Любая проблема складывается из комплекса причин. У причин, само собой, есть имена, фамилии и отчества, и я это прекрасно понимаю. Ходынка, однако, не случилась и далеко не факт, что случится — посмотрим на поведение «дяди Сережи», и, ежели он вороватый бесполезный мудак, я охотно дам ему возможность фатально ошибиться и похоронить свою репутацию. Да, жалко народ, но какой у меня выбор? Снять с должности деятеля такого масштаба можно только если он очень сильно и кроваво накосячил.
Пока что все нормально — Сергей Александрович планирует заниматься вопросами водоснабжения, культурно-благотворительными проектами, согласился со мной в необходимости расширения МГУ с обустройством при нем общежитий, а проект переноса столицы вызвал в нем очень большой энтузиазм, ибо грозит исторической славой — кто рулил перестройкой и переносом? Сергей Александрович рулили-с! По объемам работы и почет. Он же обратил мое внимание на проблему, которую я упустил:
— Снабжение Москвы водою уже сейчас вызывает известные трудности. Проблемою является и качество вод — Москва-река пахнет исключительно дурно, в ней мрет рыба, а народ не рискует употреблять воду из нее для питья и приготовления пищи, справедливо опасаясь болезней и отравления.
Точно! Канал имени Москвы! Сооружение это сложное — не банальная канавка от Волги до куда надо, а целая система шлюзов, плотин, ГЭС и насосных станций. Даже не знаю, потянем ли мы такой уровень работ в ближайшие лет десять, но, к счастью, в «ближайшие десять» нам особо и не надо — народ в «новостарую» столицу нагрянет не единомоментно, а в течение времени. Да в ближайшие десять лет и переноса-то не будет: еще готовиться и готовиться. С другой стороны, никто не мешает начать проводить изыскания, потихонечку и малыми силами выкорчевывать лес, немножко копать и вообще закладывать базис. Записываем в блокнотик и просим записать Сергея Александровича — ему за этим следить придется.
— Я полагаю разумною мерою запретить фабрикантам да заводчикам сливать фабричные отходы в Москву-реку, — добавил дядя.
— Было бы замечательно, — одобрил я. — Но куда-то им отходы девать все равно придется, — вздохнул. — Куда ни ткни, найдешь проблему. Прогресс шагает по планете, но баланса в нем нет никакого — многое развивается с опережением. Очень благодарен вам, Сергей Александрович, что заметили проблему с отходами. Помимо них, есть еще и обыкновенная канализация и банальные нечистоты бытового толка. Не только Москва — весь мир рискует отравить водоемы. Прошу вас обождать с запретом стоков — предприятия нам нужны, а Москва-река немного потерпит. Я тем временем озадачу ученых мужей поиском способов очистки стоков перед тем, как они попадут в водоемы.
— Да, Георгий Александрович, — не по регламенту, но
