я поднял бровь и положил руки на спинку дивана.
Молчит.
— Скажи, пожалуйста, ты хочешь стать очередной наложницей нашего отца?
Вскидывает испуганный взгляд.
— Нет! Ты что?
— Ты кокетничала с ним. Давай я тебе кое-что объясню. Ты и Р-двадцать седьмой — экзотика. До сих пор мы не имели с вашей расой контактов. Вы похожи на нас, несомненно. Но мы и разные. Вас всего двое во всём Альянсе. А ты, к тому же, красивая девушка. Как думаешь, коллекционер редкостей захочет тебя в коллекцию?
О, я вижу, как в её глазах заметалась паника.
— Райд… что мне делать?
— Для начала не делать глупостей. Мой отец — жёсткий и жестокий. Он берёт то, что хочет и ему плевать на последствия. Его власть — безгранична. Держись от него подальше.
— Но он приказал мне присутствовать на ужинах.
Я невольно хмыкнул.
— Узнаю почерк отца. Ему нравятся игры, Тринадцатая. Сейчас он стравливает тебя с своими официальными женщинами. И обе они тоже могут быть очень жестокими. Особенно, моя мать.
Тринадцатая вскочила и заметалась по комнате.
— Господи, зачем только вы меня спасли?
— Кто такой Господи?
— Что? — она остановилась и уставилась на меня. Махнула рукой. — Забудь. Это неважно. Что мне делать, Райд? Я могу уйти отсюда?
Вот, как у неё мозги работают? Задаю самый простой вопрос:
— Куда?
Кусает губы, которые я так хочу целовать.
— Прекрати жрать свои губы. Если надо, можешь попробовать мои.
— Что? — растерянно трёт пальцами лоб. — А… Райд, что мне делать?
— У нас с Имисом есть дело, беспомощная ты моя. Для этого нам надо вылететь на другую планету. Если ты будешь хорошо себя вести, мы заберём тебя с собой. Увезём от всех и всего. От отца, дальней разведки и всех остальных.
Я почти вижу, как в голове Тринадцатой шевелятся мысли. Наконец, она решается:
— Рай, а вы можете отправить меня домой?
— Домой — это куда? — у меня аж голос сел. — На станцию? По-моему, вынужденная гипоксия всё-таки травмировала твой мозг.
— Райд! — в отчаянии она заломила руки.
Я поднялся и, обняв её за тонкую талию, притянул к себе.
— Ну, что ты? Чего ты боишься? Разве мы делали тебе плохо или больно? Мы же собой рисковали, чтобы тебя спасти. Разве это не доказательство, как ты дорога нам? Разве не понимаешь, насколько ты уникальна? И что мы готовы на всё, чтобы ты улыбалась? — я положил ей руку на шею и, успокаивая, чуть поглаживал большим пальцем.
Второй раз обламывая мне кайф, створки дверей разъехались, и голос отца слишком спокойно спросил:
— А что тут происходит?..
Глава 33
Тринадцатая
В голосе Райда столько нерастраченной нежности… Я попадаю под его очарование, как кролик под взгляд опасного удава.
Пальцы одной его руки мягко поглаживают шею, вторая за талию впечатала меня в его сильное тело. Запах… Я не знаю, чем он пахнет, но так приятно, что хочется закрыть глаза и позволить ему всё на свете. Хочется ему верить, хочется…
— А что тут происходит?
Холодный голос Ориода Вэйда остановил поток моих слюнявых мыслей. Я попыталась отстраниться от Райда, но он и не подумал меня отпустить. Только с шеи руку убрал. Чувствую, как он напрягся. Что за странные отношения у них с отцом?
И Райд, и Имис, несомненно, уважают отца, но между ними троими странное соперничество. Словно, сыновья каждую секунду оспаривают превосходство отца.
— Как видишь, мы мило беседуем с Тринадцатой. — произнёс Райд с лёгкой хрипотцой. — А куда ты дел Имиса? Сожрал?
Ориод Вэйд хмыкнул, недовольно дёрнув уголками губ.
— Не смешно. Твой брат отправился с невестой смотреть бабочек, как и обещал.
Почему после слова «невеста» что-то кольнуло в моём сердце? Может, потому что Имис тоже проявляет ко мне интерес? Как это возможно, если у него есть невеста?
— Райд, отпусти Тринадцатую. Нас ждёт флайер. Я приглашаю её на ужин.
Ориод Вэйд протянул мне руку, а пальцы Райда сильнее впились в талию. Он явно не собирался выполнять просьбу отца.
— Боюсь, сегодня ты опоздал, отец. — очень вежливо, но твёрдо заявил Райд. — Мы с Тринадцатой уже уходили. Правда, мы рассчитывали поужинать втроём, но спасибо тебе за то, что услал Имиса. Вдвоём мне нравится гораздо больше.
Глаза Ориода чуть сузились, но Райда это ни капли не смутило. Он увлёк меня к выходу.
— Прости, отец. Ты действительно в этот раз опоздал.
Мне оставалось только опустить глаза и идти под давлением руки Райда. Моё сердце стучало так, что, казалось, рёбра пробьёт. Это те ещё качели — похлеще, чем с нашим искином на станции.
На улице приятная прохлада вечера коснулась моей кожи, немного приводя в себя, и я обхватила себя за плечи.
— Прости, Тринадцатая. Я не мог уступить тебя отцу.
Его слова царапают меня, и я нервно передёргиваю плечами.
— Ты так говоришь, будто я вещь…
— Ты — раздражитель. Это была поганая идея — забрать тебя под крышу нашего дома. Но отец всё равно не дал бы никому выцарапать тебя из его лап.
Возле нас бесшумно, как призрак, опустился флайер.
— Садись. Давай проведём вечер приятно.
— Куда ты меня везёшь?
Райд усмехнулся и сказал водителю флайера какое-то странное слово. Тот кивнул и тут же поднял нас в воздух, занимая воздушную трассу. Под нами огромный мегаполис, сверкающий огнями. Небоскрёбы с посадочными площадками уходят высоко в тёмное небо, а мы поднимаемся выше них.
— Райд, куда мы летим? — не знаю, почему, но я волнуюсь.
— Это особое место, детка. Уверен, ты такого никогда не видела. Не волнуйся. Тебе понравится. — он снова успокаивает меня.
Хорошо ему говорить, а я вся на нервах. Это противостояние с его отцом — оно, ведь, ни к чему хорошему не приведёт. Разве он не понимает? Ориод обязательно отыграется, а я всего лишь заложница в их странной игре.
— Не думай так громко. — усмехнулся Райд. — Всё будет хорошо. Смотри. — он ткнул пальцем в лобовое стекло флайера.
Перед нами парил… воздушный остров? Я не верила своим глазам. Огромный кусок суши медленно вырастал прямо перед нами. Флайер плавно сел на одну из многих свободных посадочных площадок, но мы не спешили выбираться наружу.
— Идентификация. — сказал вежливый голос прямо внутри флайера.
Явно сюда пускают далеко не всех. Райд чуть прикрыл глаза, а в следующую секунду тот же голос разрешил нам выход. Верх флайера уехал вверх, выпуская нас.
— Пойдём, Тринадцатая. Мне не терпится искупаться в твоих эмоциях. Будь хорошей девочкой, не закрывайся от меня.
С улыбкой
