Мезенцев кивнул. Мадам осторожна, но в деловой хватке ей не откажешь. Он бы тоже не стал швыряться миллионами. Да у него их просто нет.
Мезенцеву 72 года. Он не мог ждать долго. Целью всей его жизни был запуск в производство быстро окупаемых прекрасных технологий. Но, к сожалению, большой кредит маленькая фабрика взять не могла. Губернатор тоже разводит руками: денег нет. Ни у кого нет денег!
— Давайте подведем первые итоги, — губернатор улыбнулся Анне. — Сотрудничество возможно и взаимовыгодно. О контракте речи не ведем. Пока не ведем, — уточнил он. — Ждем заключения экспертов. Так? Протокол о намерениях мы можем подписать сегодня?
Анна затушила сигарету.
— Это реально. Но мне бы хотелось иметь на руках текст на французском языке. Предлагаю сделать так. Мы попросим мсье Сержа поработать вместе с вашими специалистами и подготовить договор на двух языках к шести часам вечера. К этому времени я жду вас, господа, на ужин в отель. Там мы и подпишем протокол. И, как это у вас говорится, обмоем это событие.
Мезенцев развел руками — он вынужден соглашаться на все условия мадам. Минеев молчал, постукивая карандашом по столу.
«Да сколько же он будет молчать?» — думала Анна. И тут же воскликнула:
— О, я совсем забыла!
Серж поднялся, сделал несколько шагов к двери, где на стуле лежали два свертка, аккуратно положил их на столе перед Анной.
— Я не сомневаюсь, — обратилась Анна к Мезенцеву, — что в ближайший месяц-два мы встретимся с вами, мсье Жорж, в моей фирме. В Париже или в Марселе вы сможете выбрать в качестве сувенира любое изделие «Мадам Морель». Поэтому сегодня мой сувенир для вас — это бутылка коньяка. Это очень хорошая марка. По рюмочке каждый вечер — и ваше сердце будет биться горячо.
Мезенцев молча поцеловал Анне руку. Этот старый директор фабрики ей определенно нравился.
Анна обернулась к губернатору:
— Для вас, мсье Минеев, у меня особенный подарок.
Она освободила от бумаги костяной футляр. Неслышно щелкнул замочек. «Боже, какая красота!» — воскликнул, не сдержавшись, знаток Мезенцев.
Анна только принялась рассказывать, кому из венценосных особ в Европе были преподнесены подобные наборы, как дверь кабинета открылась: на пороге стоял Николай Ращинский.
— Простите, не знал, — начал он. — Зайду попозже.
— Нет, нет, Николай, входи! Познакомься с нашей очаровательной гостьей. Мадам Морель, разрешите представить моего близкого друга и первого заместителя Николая Семеновича Ращинского. Посмотри, Коля, какую прелестную штуку изготовила фирма мадам. Так вы говорите, — обратился он к Анне, — что флаконы из чистого серебра? И всего двенадцать таких наборов обрели своих владельцев? Я очень тронут! Ваш подарок просто восхитительный!
Анна улыбнулась Ращинскому:
— Я не предполагала, что познакомлюсь с вице-губернатором, и не позаботилась о сувенире для вас. Но мы это исправим. Мсье Ращинский, я обязательно жду вас на ужин. Подайте пример вашему губернатору и не откажите в просьбе даме. Мы завершим наши дела, и, надеюсь, — она посмотрела Ращинскому в глаза с особым значением, — я очень надеюсь, что прекрасно проведем время. Мсье Минеев, буду счастлива познакомиться с вашей супругой.
Минеев засмеялся:
— Мадам Анна, отказать вам невозможно. Я постараюсь быть с женой.
Анна обернулась к Ращинскому, глянула, как позвала:
— А вы?
Даже старик Мезенцев заметил настойчивое внимание мадам Морель к первому заместителю и, не сдержавшись, хмыкнул: вот что значит молодые. Ему бы, Мезенцеву, лет тридцать сбросить — мадам бы сегодня, куда б ей деться, контракт подписала!
Анна распрощалась. Пока она шла к двери, провожаемая губернатором, Ращинский бросил быстрый взгляд на фигуру: ничего себе штучка, эта француженка. Жаль, юбка длинная. Но шанс рассмотреть ножки мадам он ни за что не упустит!
* * *
Хорошо, что Серж остался в администрации. Не хотелось, чтобы кто-то видел ее лицо, когда она садилась в машину. Анна никак не могла унять волнения, охватившего ее. Забылись все уроки мсье Ли. Впрочем, успокоила она себя, все пока по правилам, старый тибетец учил выдержке в присутствии недруга — с этим она справилась. И, похоже, неплохо. Хотя, если честно, не требовалось больших стараний, чтобы завлечь Ращинского. Был он котом мартовским всегда: стоит кошечке хвостом вильнуть — и уже в боевой готовности! Не изменился за прошедшие годы ничуть. Интересно, знает Минеев, что жена его, Клавдия, была любовницей Коленьки?
Анна глубоко вздохнула. Напряжение потихоньку спадало.
Там, в Париже, ей казалось: ничто не дрогнет в душе, когда она приступит к выполнению задуманного. Слишком много страшного произошло с ней, слишком велика была потеря — Стася не должна была умереть такой молодой! Знание того, что люди, исковеркавшие ее жизнь, не только безнаказанны, но и живут припеваючи, было мучительным. Но теперь ее сковывали страх и неуверенность. «Я просто слабая женщина, — с горечью сказала себе Анна. — Но непременно доведу дело до конца. Непременно!»
В гостиничном номере она пробыла недолго. Переобулась в туфли на низком каблуке, выкурила сигарету. Когда закрывала дверь на ключ, услышала перезвон напольных часов: ого, уже двенадцать!
Радио в машине передавало местные новости. Анна прислушалась: диктор сообщил, что в областном управлении внутренних дел только что началась пресс-конференция. Журналистов проинформируют о ходе следствия по поводу убийства Андрея Шерсткова.
Аристова наверняка там. Хорошо бы с ней встретиться. Но когда?
В центральном универмаге Анна обнаружила специальный отдел, где продавались не только различные консервы для кошек и собак, но и забавные игрушки для четвероногих, ошейники против блох, шампуни. Она побросала в пакет покупки. Теперь можно ехать домой. Через час Люсьен должна быть в гостиничном номере.
* * *
Хотя на Демоне был жесткий ошейник и намордник, редко кто из прохожих проходил мимо, пугливо не сторонясь. Одинцову казалось, что с тех пор, как он с собакой вышел из дома, за ним следят. Он несколько раз намеренно останавливался у киосков с газетами, чтобы незаметно оглядеться: вроде подозрительных нет. И тем не менее всю дорогу не мог избавиться от ощущения, что кто-то пристально наблюдает за ним.
Парня с сотовым телефоном он заметил, когда выходил из пункта междугородних переговоров. Тот с отрешенным видом сидел на скамейке, подставив лицо солнцу. Заметив Одинцова, разом напрягся и полез в карман за трубкой. Встретив взгляд Александра, звонить не стал. Но когда тот, пройдя неспешным шагом за угол, обернулся, паренек в черной обтягивающей майке уже кому-то названивал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
