уже сделал тосты с авокадо и клубникой!
Серьезно?
Знаю, мои ровесницы просто тают от подобных вещей, но мои кулинарные изыски по утрам обычно заканчивались на полу иссушенном батоне с полоской масла и кофе.
И тут - авокадо!
Я легко прошлась по животу ладонью, прикидывая, справится ли желудок. Он призывно заурчал, словно голодный кот, уламывающий хозяйку хоть немного подкрепиться.
Легкие наполнил аромат зеленого чая. Зазвенели чашки. Леманн полностью завладел моими мыслями, с такой уверенностью и быстротой справляющийся с делами по кухне. Я упала на пуфик возле фортепиано, и звякнула локтем по клавишам. Сама же потом и вздрогнула.
Невнимательная! Крышка была поднята.
Давид, с закатанными рукавами хлопковой рубашки, и в льняных брюках на резинке, не поворачиваясь насмешливо высказался:
- Нежнее Мири! С музыкой нужно быть нежнее…
- Нежнее… - Передразнила я композитора, сморщив нос, и села за инструмент уже основательнее. Белые клавиши, черные. Понятия не имею, что для чего, но кое-что забавное всплыло в памяти.
Вроде бы это…
Заиграл самый отвратительный «Собачий вальс», который, когда либо, испытывал на себе этот дорогущий музыкальный инструмент «Steinway Sons»!
Я сбивалась, но упрямо начинала по новой.
- Тебе нужны две руки. Правую вот сюда… - Давид незаметно подкрался сзади, наклонился ко мне, обдавая жаром спину, я полностью завладел моими руками. – Левая играет во второй октаве…
- Понятия не имею, о чем ты! – Не сдержалась, и засмеялась я. – Просто вспомнила, чем баловались на уроках музыки в школе!
- Вот здесь указательным пальцем, вот здесь средним, а вот эту… - Он потянул меня за фолангу. – Мизинцем. Потом руки перекрещиваются…
- Похоже на фортепианную камасутру!
Леманн подавился смешком.
Я немного откинулась назад, потеревшись затылком о его рубашку, признавая очередное свое поражение, и даже не пытаясь вникнуть в суть музыкального урока.
- Только ты могла такую аналогию провести… Мири, это играют четырехлетние дети. Двигайся! – Я заелозила по пуфику, освобождая место для профессионала.
- Дети – вундеркинды наверное?
Правая рука обернулась вокруг меня, левая легонько задела грудь. Горячие губы втянули тонкую кожу на шее. И в это же самое время Давид играл идеальный во всех смыслах собачий вальс.
Больше чем уверенна, на шее останется такой же идеальный, во всех смыслах засос!
- Я думала… ты такое не играешь…
- Почему же? – Нехотя мужчина оторвался от моей шеи, и посмотрел куда то глубоко в мою душу своими полупрозрачными голубыми глазами.
- Слишком просто?
- Зато довольно весело! – Следующих детских мелодий я не знала. Моими руками управляли, словно кукольными. Я смеялась уже в голос, и, кажется, стала красной от корней волос до самых кончиков ушей!
Когда мы вернулись к завтраку и остывшему чаю, Давид достал из небольшого портфельчика толстый блокнот со склеенными листами.
- К вопросу о собачьем вальсе. – Блокнот мягко лег на мои колени. Потом из волшебной сумки Леманн достал коробочку с карандашами.
Я не сразу вспомнила наш разговор, когда он спрашивал, почему я не рисую на маленьких листах.
- Холст два на два метра довольно тяжело взять с собой в дорогу, и я подумал… тебе это пригодиться.
- Но я же никуда не собираюсь. – Я растерянно бегала глазами от скетчбука с карандашами, к лицу Давида. Он провел пальцами по моим щекам, и уголкам губ, что бы понять эмоции.
- Когда-нибудь обязательно соберешься. – И он был так уверен в своих словах! – Захочешь сесть за руль, и просто ехать по автостраде вперед. Остановишься выпить кофе на обочине. Нарисуешь высокую елку… ну или я не знаю… Дятла?
- Ладно. Специально для тебя, будет дятел!
Я поняла, что он имел ввиду. Это было в романе Керуака. «В дороге». Просто ехать. Ни о чем не думать. Двигаться вперед.
Мне было это нужно.
Чай попить в тишине и спокойствии не удалось, так как в гостиную влетел Йошка, и взволнованная Изи.
Они тактично не акцентировали внимания на полнейший разгром, Хорошо хоть вещи я успела собрать с пола!
Они жужжали, словно пчелы, перебивая друг друга, и усаживаясь за стол.
- А потом она сказала, что будет свадьба! Что все мы приглашены! Это внучка Яшеньки! Она выходит замуж!!! И я, и Александр Иосифович, и Йошка, и Дэви, и ты Мириам! Все мы поедем на свадьбу! О! Такого давненько не было! Танцы, битая посуда… Сколько сделать еще нужно успеть! На дачах с зимы никого не было!
Я жевала свой тост с авокадо и клубникой, игнорируя голодные глаза Йошки, и хранила молчание. Свадьба? Нет. Меня там не будет.
У каждого жильца дома номер «325» была дача на Финском заливе в одном и том же поселке. Все довольно близко друг к другу. Любит наш народ быть вместе. Что тут еще скажешь?
Иосиф стянул клубничку с бутерброда Давида.
- Выберем тебе платье! Волосы подровняем! – Вошла в раж Изольда.
Угу. Конечно! Бегу, и волосы назад! Не дождетесь.
Я громко хрустела свежим хлебом.
Коленную чашечку сжали пальцы Давида.
- Будет весело. – Сказал он.
Да. Но без меня.
Я осталась без таблеток. Он еще этого не знает. Попросил быть благоразумной, когда отдавал мне пузырьки, а мы вон как… с Йошкой…
Залетные птицы, доверия к которым быть не должно в принципе никакого!
На большой еврейской свадьбе мне приседания не помогут… Разве что бег по пересеченной местности и березовой роще вокруг дачи Якова Моисеевича, где будет проходить свадьба.
За этими мыслями, я даже не смогла прочувствовать вкус тоста с авокадо. Был ли там авокадо?
Нужно будет купить в магазине, и съесть его без ничего.
Впервые за долгое время у меня вообще возникло желание что-то съесть!
- Радует, что есть еще целый месяц для подготовки! – Щебетала Изи.
Мне было абсолютно все равно. Я не сбиралась в этом участвовать!
Если прислушаться, то даже сейчас можно было разобрать веселые мотивы еврейских песен, звон битой посуды, и визги молоденьких девушек, которые подбрасывают в воздухе, или передают с рук на руки.
Не для моей шаткой психики все это! Абсолютно!
- Я уже сказала, что мы с Мири возьмем на себя украшения! Поможем женщинам убраться на дачах! Закажем цветы!
Даааа! Дааа! Конечно Изи!
Оооо… какое разочарование тебя постигнет, когда ты поймешь, что все придется делать самой! Мягким пальцем Давид прошелся по кромке моей коленной чашечки, потом легонько надавил сверху. По ногам побежали мурашки.
- Я как раз успею вернуться, и мы с Мири обязательно придем!
Откуда вернуться? Я абсолютно непонимающим взглядом уставилась на Леманна, и не могла вымолвить ни слова.
Чего я еще не знаю? Я еле-еле справилась вчера, когда его несколько часов не было! Мы с Йошкой чуть в притон не попали, на съедение крысам и долбаным наркоманам! А Давид снова собрался куда
