— Если был этот кто-то, — заметила Энни.
— Да, был. У меня нет в этом никаких сомнений. — Мэт снова был спокоен, полностью совладав с порывом, грозившим увлечь их обоих так далеко, куда уже не долетает голос разума. — Она призналась мне в этом на том приеме в ночь, когда она умерла. Сказала, что он заставил ее уйти от меня… что она в замешательстве… что она опять напилась, потому что она выбита из колеи его требованиями. — Он пожал плечами. — Все попытки доказать это в суде оказались тщетными. Но зачем ей было лгать? Я знал ее лучше всех на земле. Франческа говорила правду.
— Но она не сказала тебе, кто это был?
— Она отказалась сказать. — Он помолчал, и Энни заметила, что жилы на его шее подрагивают от напряжения. — Но мне кажется, что она испытывала к нему противоречивые чувства. Потому что все, что тогда случилось, было в ее обычной манере — пьяные скандалы, потом отчаянные попытки примирения. Много сумбурной болтовни о разводе, а потом клятвы в том, что она меня любит и всегда будет любить. — Он вздохнул. — Все это очень походило на русские горки, и не знаю, сколько еще я смог бы выносить все это, если бы все разом не оборвалось. Я думаю, что того другого парня она сводила с ума так же, как и меня.
— И он ее убил?
— Другое объяснение мне трудно найти, Энни. Он убил мою жену и моего ребенка. И это будет преследовать меня всю жизнь.
Четырнадцатая глава
Энни вышла из дома Мэтью почти в одиннадцать часов. Когда он провожал ее к двери, они оба уже держали себя в руках. Он больше не дотрагивался до нее, даже тогда, когда она, надев свой жакет и стоя в дверях, неловко обернулась к нему. Поцелует ли он ее?
Нет, он не стал. Тем не менее он проводил ее до машины и стоял рядом, засунув руки в задние карманы джинсов, пока она заводила мотор.
— Благодарю за фантастический ужин.
— Не стоит.
Вот проклятие! Она открыла окно и поманила его. В недоумении он наклонился, приблизив свое лицо к ее лицу. Она высунулась и быстро поцеловала его прямо в губы, потом откинулась назад и улыбнулась.
— Пока! — сказала она и умчалась.
После того как Энни уехала, Мэт уселся в одиночестве в кожаном кресле в своем темном, угрюмом доме, глядя, как догорают угли в камине. Впервые за последние много месяцев голова у него была ясная и ему нужно было многое обдумать.
Это хорошо, что Энни все же не решилась… и что ему удалось удержать себя в руках. Что ему меньше всего сейчас нужно — так это ринуться сломя голову в любовное приключение. Он должен сосредоточиться прежде всего на том, чтобы как-то наладить свою жизнь, должен привести в порядок дела своей фирмы, нужно наладить прежние отношения со всеми. У него много дел.
В компьютерном бизнесе все меняется стремительно. «Пауэрдэйм» всегда оставался на переднем крае главным образом благодаря его способности видеть далеко вперед. Разумеется, по мере того как «Пауэрдэйм» становился все более и более мощной компанией, он мог нанимать много талантливых людей, и они много делали для того, чтобы компания по-прежнему процветала в то время, пока он разбирался с калифорнийскими властями. Но теперь им снова необходимо было его руководство.
Вот на этом он и должен сконцентрироваться, потому что не может себе позволить плыть по течению чувств.
Полтора года неволи меняют человека. Ему приходилось считаться с возможностью того, что он, может быть, никогда не окажется снова на свободе. У него была масса времени обдумать все, о чем он сожалел, в чем был неправ. И теперь, когда все же был на свободе и жизнь снова развернула перед ним свои горизонты, он должен принять решение, как ему жить дальше.
Но свою дальнейшую жизнь он представлял себе смутно. Конечно, он хотел иметь семью и детей. У него начинало саднить в груди всякий раз, когда вспоминал, что потерял. Да, он хотел еще раз получить возможность иметь ребенка!
Но он совсем не собирался скоропалительно вступать в связь с какой-либо женщиной, довериться ей, не узнав ее вначале настолько хорошо, чтобы быть уверенным, что они подходят друг другу.
Он уже совершил одну ошибку с Франческой. Любовь лишила его рассудка. Он был слеп к ее недостаткам и прозрел только, когда был уже женат. Меньше всего ему нужно сейчас это ощущение страстного влечения к другому человеку. Здесь слишком легко обмануться, проглядеть какие-то подводные камни, которые, обнаружившись потом, могут все разрушить. Желание — мощная сила, но для союза двух душ нужны более глубокие чувства.
Он даже жалел, что Энни вызывает в нем такое сильное желание. Мэт научился не доверять влечению. Упоительное и прекрасное, оно не могло служить основой для серьезных отношений, не давало разглядеть то, что люди по каким-то причинам просто не подходят друг другу.
Ему нравилась Энни. Очень многое в ее характере и темпераменте импонировало ему. Но незачем торопить события. Куда лучше спокойно присмотреться и выяснить, подходят ли они друг другу во всех отношениях.
Но он знал, что долго не сможет забыть этот поцелуй.
Ее нежные, нежные губы…
Дарси проснулась внезапно, ощущая скованность во всех членах. Сначала она не могла понять, где она и почему сидит скрюченная, замерзшая, а не нежится в своей уютной кровати.
Сэм.
Вот черт! Она заснула в машине, припаркованной на улице возле его дома.
Заметил ли он ее? Что если он проходил мимо, заглянул в машину и увидел ее, скрючившуюся, здесь? Что он мог подумать? Что она ненормальная? Что она шпионит за ним? Может, он вызвал полицию? А может быть, завтра он уволит ее с работы?
Проклятие, проклятие, проклятие!!!
Снаружи по-прежнему было темно. Она взглянула на часы — 4.11 утра.
«А что с той блондинкой? — подумала она. — Осталась ли она на ночь? Может быть, она еще там, голая и довольная, лежит, прижавшись к груди Сэма?»
Боль пронзила ее всю насквозь. Прекрати! Она снова взглянула на часы и ужаснулась. Как она могла заснуть здесь, забыв про все свои дела и заботы? Господи Боже ты мой, Дарси, на этот раз ты действительно докатилась до ручки.
Пытаясь справиться с ключами, она почувствовала, что ее пальцы онемели. Заснуть в машине, выслеживая своего бывшего любовника! Это отвратительно. И глупо.
Она осторожно завела машину и выехала со стоянки, разыскивая глазами на другой стороне улицы маленький красный «мерседес» блондинки. Но его там уже не было. И нигде на улице его не было видно.
Ну, это уже кое-что. Он, по всей видимости, вышвырнул ее, не дождавшись утра. Плохи у блондинки дела. Может быть, он не захочет снова с ней встречаться. Может быть, еще есть надежда…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
