– Не знаю, – призналась Оля. – Только слышала.
– И что ты слышала? – недоверчиво поинтересовалась Капитолина.
– Анекдоты, – призналась Оля. – Например, про то, как монашки копали подземный ход в мужскую лавру.
– Я копать не буду, – возмутилась Капитолина. – Я окружу себя божественным началом и разорву связь с низменными страстями. Кстати, о низменном. Видела я сегодня Птицына с его придурочной невестой. Они хихикали и строили друг другу нежные рожи.
– А с чего ты взяла, – осторожно поинтересовалась Оля, – что она его невеста?
– Его сосед Суконкин так и сказал им вслед: мол, глядите все, какая невеста!
– И ты поверила какому-то незнакомому соседу?
– Почему незнакомому? Мы с ним знакомы. Помнишь, пустой пакет выбрасывали, он нас напугал?
– И ты поверила какому-то алкашу?
– Ой, Лялька, хватит с меня нравоучений, – скуксилась Капитолина. – Я решила в монастырь, и все. Пусть все женятся на ком попало, деньги раздают налево и направо, я удалюсь из этого мира с его пагубными привычками!
– Капа! – вскрикнула Оля, вспомнив о пагубных привычках. – Монашки же постоянно сидят на диете!
– Правда, что ли? – недоверчиво заинтересовалась Семенова, любившая хорошо покушать. – На диете? Что ж, значит, пришло мое время наконец-то стать такой, как все, и сесть на диету.
Она внимательно посмотрела на пачку замороженных пельменей и тяжело вздохнула.
– Они едят одни овощи, – продолжала стращать подругу Оля, – которые сами выращивают у себя на монастырском огороде!
– Ну и что? – пожала плечами Капитолина и срочно занялась варкой пельменей, боясь передумать. – Я тоже что-нибудь выращу, редиску, к примеру. Я знаю, как она растет и осенью опадает с деревьев.
– Капочка, – взмолилась Оля. – Ты же ничего не смыслишь в растениеводстве!
– Подумаешь, зато я могу готовить! – твердо сказала Капитолина и забросила пельмени в кипящую воду. – Всего делов-то, – она потерла руки и вернулась к столу.
– Капа, их лучше помешать, – посоветовала Оля. – И пельменей, мне кажется, в монастыре не будет.
– Когда кажется, креститься надо, – глубокомысленно заметила Капитолина. – Вот я и буду собирать осенью редиску, кашеварить и молиться. Обалдеть! И никаких Птицыных и чужих миллионов! На все наплевать.
– Капочка, а ты наплюй, не отрекаясь, – попросила ее Оля, стараясь вложить в голос как можно больше ласки, заботы и внимания. Всего того, чего, как ей казалось, подруга была лишена в последнее время. – Наплюй, сидя дома или торгуя косметикой в магазине.
– Не смогу, – призналась Капитолина, – я опять смалодушничаю.
– Тогда я перекрашусь из розовой блондинки в жуткий мышиный, – заявила Оля, исчерпав все меры воздействия.
– Никогда! – возмутилась Капитолина. – Лялька, я тебе не позволю этого делать!
– Позволишь, – усмехнулась Оля. – Ты же будешь далеко, редиску собирать. А еще я поеду на рынок и куплю себе новый джинсовый сарафан!
– Не вздумай, – поморщилась Капитолина. – Они шьют, как для беременных!
– А мне будет некому подсказать, что лучше. Куплю тот, что дешевле.
– Пирогова, – простонала Капитолина, – ты мной манипулируешь, ты мне угрожаешь…
– Нисколько, – сказала Оля, – я тоже хочу на все наплевать.
– Так нельзя, – задумалась Капитолина. – Если все на все наплюют… К тому же, Лялька, тебя не бросали самым бессовестным способом, к тебе на голову не сваливалась невеста твоего жениха!
– Ты думаешь?
– Я не считаю Бессонова твоим женихом.
– А если я в него влюбилась?!
– Ты сдурела! И тебе действительно нужно лечиться.
– Иди, Капочка, в монастырь с чистой совестью, зная, что бросила подругу на произвол судьбы. И наплюй на все. Правильно, главное, подумать о себе, любимой. А на других наплевать.
– Пирогова! Ты хотела деньги? Бери их и неси первому встречному!
– Хорошо, Капочка, если это единственное, что держит тебя в этом погрязшем в пороках мире, то я их не возьму. Пусть они тебя держат и дальше. Иди и положи их под бабулю. Я не хочу, чтобы, когда она обнаружит пустую корзину, у нее случился сердечный приступ.
– Корзина не пустая. Там лежит мой свадебный наряд и… – губы Капитолины дрогнули, и по щеке скатилась одинокая слезинка, – и половина де-де-не-г-г-г…
– Вот как! Так ты, значит, отрываешься от мира? – Оля вскочила и посмотрела в пакет. Действительно, денег было маловато.
– Но я хотела оторваться, честно!
– Нормальные люди отрываются несколько иначе.
– Ой! Кто бы говорил!
Внезапное помутнение рассудка Капитолины Семеновой благополучно завершилось. Кто знает, возможно, она стояла на грани вечного, и для любой другой эта грань оказалась бы вратами в рай, но Капитолина для рая явно не годилась. Впрочем, уже то, что она задумалась над собственным существованием и поняла, что нужно меняться, давало повод для размышлений. Вот только размышлять Оле Пироговой было некогда. Пришлось вытаскивать из сумочки мобильный телефон и отвечать на странный звонок.
Капитолина вытерла слезу и уставилась на подругу, у которой от изумления округлились глаза и отвисла челюсть. Ответы «да» и «нет» не позволяли угадать абонента, но навеяли страшные мысли о внезапно обнаружившемся хозяине валюты. Смирившаяся с неизбежным Капа начала вновь подумывать об отречении от всего мирского: к чему ей этот мир без жениха и средств к существованию?
– Бессонов, – осторожно, словно боясь спугнуть свежую новость, сказала Оля, – приглашает меня на свидание. – В качестве улики она положила на стол мобильный телефон и уставилась на его экранчик. – Откуда он узнал мой номер?!
– Какая разница! – встрепенулась Капитолина. – Достаточно того, что он его узнал. Да, рано мне уходить из жизни, ох как рано! Нет, каков бабник! Названивает, приглашает. Зачем?
– Зачем? – эхом отозвалась Оля.
– Чтобы соблазнить и бросить! К чему ему ты? У него уже есть златозубая и модель.
– К чему ему я? Чтобы обсудить вчерашнее дорожное происшествие и потребовать с меня денег?
– Яснее ясного, что для коллекции! – сказала Капитолина и внезапно прикрыла рот ладонью. – Я же кричала ему про миллион! Теперь он точно потребует денег! Где вы договорились встретиться?
– Он приедет к моему подъезду, – прошептала Оля.
– Он узнал, где ты живешь! Бабник, негодяй и проходимец! Учти, Пирогова, я тебя одну не отпущу!
– Капочка, со мной ничего страшного не случится, деньги-то у тебя. Я за тебя боюсь и за бабулю.
– Не бойся, она никому деньги не отдаст, вцепится в корзину зубами. Ну… фигурально выражаясь. Какие у него в отношении тебя планы?
– Он хочет отвезти меня в какой-то ресторан.
