– Он хочет отвезти меня в какой-то ресторан.
– Ни за что не соглашайся! Никуда с ним не езди. Скажи, что собиралась прогуляться, и мотыляйся с ним по детской площадке…
Представить себя и господина Бессонова на детской площадке Пирогова не смогла. Это было, по меньшей мере, странно. Понятно, что среди детей у него не поднимется рука надругаться над Олей, заманить в ловушку или соблазнить. Но среди детей они не смогут поговорить о случившимся. А столько всего случилось! Но стоит ли об этом говорить с Бессоновым, ведь неизвестно, что ему нужно. И почему Оля согласилась встретиться сегодня? Ведь знала же, что приличные девушки никогда не встречаются сразу, а переносят свидание на недельку-другую. Да о каком свидании может идти речь? Они едва знакомы. Правда, до такой степени, что успели испортить машины и взаимоотношения. Оля терялась в догадках, Капитолина, напрочь забывшая о монастыре, помогала ей потеряться еще больше. Какой монастырь, когда собираются тырить подругу!
Методом мозгового штурма подруги решили, что Ольге необходимо настоять на прогулке. Если не по детской площадке, чтобы не травмировать тонкую психику подрастающего поколения преступным поведением Бессонова, то по близлежащему скверу. Вечером в сквере полно людей и собак, некоторые из них очень страшные, люди, не собаки, к ним и стоит прибиваться в непредвиденном случае. Но Капитолина постарается все предвидеть. Она станет следить и не позволит бабнику Бессонову заманить доверчивую Пирогову в ловушку.
После кое-как сваренных пельменей, съеденных на троих вместе со старушкой, временно оставившей боевой пост, подруги экипировались. Капитолина надела все самое неприметное, что у нее нашлось: рыжую майку, голубые джинсы, зеленую кепку и огромные солнечные очки. Розовые. Были еще и золотистые, но в лучах заходящего солнца они сильно бликовали.
Пробираясь к дому Пироговой огородами, подруги осматривали окрестности. Ничего такого, что бы заставило их насторожиться, не было. Жизнь шла своим чередом: куда-то спешили пешеходы, мчались автомобили, ездила взад и вперед старая битая «шестерка»…
Трясущимися руками Оля попыталась накрасить ресницы, но передумала из опасений выколоть себе глаз. Бессонову вряд ли нравятся одноглазые. Она поймала себя на мысли, что хотела понравиться этому красавцу, и горько усмехнулась. Такие красавцы, как Бессонов, на таких скромниц, как Пирогова, смотрят только по мере необходимости. Вот только что же ему нужно?
Капитолина, напротив, нисколько не сомневалась в подлой сущности бизнесмена, которому они дважды покалечили дорогой его сердцу и кошельку автомобиль, а в первый раз еще слупили с него деньги. Капа слупила бы и во второй раз, но обмануть Бессонова не удалось. Неужели он собирается мстить подруге? Тогда мог бы отомстить обеим. Но выбрал-то он Пирогову – она податливая и совестливая. И Капитолина на всякий случай прочитала подруге лекцию о набитых дурах, верящих каждому слову мужчины.
Оля нисколько не сомневалась, что при виде Бессонова у нее подогнутся коленки, отвалится язык и продолжат дрожать руки. Такое с ней всегда случалось. Случится и сегодня, если она не настроит себя на нужный лад. Оля закрыла глаза и представила Бессонова с девицей модельной внешности. Дрожь, как ни странно, прошла. Зато появилась досада на то, что на месте девицы не она, скромная милая девушка с цветом волос «розовый блондин». Оля хмыкнула: ясно, на что он повелся! Мужчины, как осы, слетаются на все броское и яркое. Ольга поправила волосы и бросила последний взгляд в зеркало. Не дай бог, чтобы этот взгляд действительно оказался последним!
Старая «шестерка» колесила по дворам. За рулем сидел Бегемот, рядом таращился в окно Слон. Им требовалось найти сбежавшего Суконкина, единственное звено в этом странном деле, и выбить признание, куда он зарыл клад, то есть деньги.
Вот уже час бандиты кружили по помойкам, но Суконкин им не попадался. Возвращаться ни с чем обратно к шефу было боязно. Обоим головорезам Верблюд мог моментально снести тупые головы.
– Он? Не он. Он? Не он. Точно он! Не, точно не он.
– Она! Она!
У Слона сперло дыхание, будто шеф уже занес над ним свой карающий меч.
– Точно она! Та самая блондинка! Только сейчас она с розовыми волосами.
Слон пригляделся внимательнее. Никаких сомнений не оставалось – девица действительно была та самая. Тот же отрешенный взгляд, наивные глазищи, перекошенная радостью, как тогда изумлением, физиономия.
– С ней хахаль, – многозначительно заметил Бегемот. – Придется его убрать.
– Не-а, – замотал рискующей головой Слон, – я на «мокруху» не пойду.
– Тогда от тебя останется мокрое место, – предупредил его Бегемот.
– Не-а, – продолжал настаивать Слон. – Ее можно заловить в подъезде без хахаля.
– Точно, – обрадовался Бегемот. – Когда тот уедет!
– А когда тот уедет?
– Когда нагуляется. Странно, что хахаль не потащил ее в ресторан. У него слишком приличный вид для этого сквера. И чего она радуется? Дождь начинается.
– Начнется дождь, они разойдутся, – понадеялся Слон.
– Нет, крашеные бабы все предусмотрительные. Вдруг краска потечет? Зонтик из сумки достанет и будет таскаться под дождем. Называется «романтика».
– Романтика… – усмехнулся Слон. – Таскаться под дождем с бабой… А ты пробовал?
– Не-а. Еще чего!
– И я не-а. Может, мы чего-то пропустили в этой жизни?
– Если пропустишь девицу, то шеф тебе объяснит. Давай вали за ними следить!
Грузный Слон выпал из автомобиля отечественного производства и понесся в сторону сквера.
Оля очень боялась, что все внезапно превратится в сказку. Хоть и с хорошим финалом, но это будет всего лишь добрая сказка. С прекрасным принцем, прискакавшим на своем железном коне на край света, позабывшим ради нее и длинноногую красотку, и златозубую великаншу. Леонид Бессонов выглядел восхитительно, манеры его были безукоризненны, настроение – располагающим. Оле, безусловно, хотелось, чтобы он смотрел с восхищением, говорил комплименты и порывался сорвать с ее губ нечаянный поцелуй. Но Бессонов вглядывался в ее лицо с интересом, целовать и не пытался, говорил глупости, не относящиеся к их отношениям. Отчего-то ему приспичило интересоваться ее профессиональными возможностями.
Ольга Пирогова обстоятельно рассказала потенциальному работодателю о своих успехах и достижениях. Причем не умолчала и о недостатках, о чем потом пожалела. Бессонов вдыхал полной грудью свежий летний воздух и мечтательно прикрывал глаза.
– Лет сто, – признался он после паузы, – вот так, запросто, не гулял. Спасибо вам, Оля, что вы не согласились ехать в ресторан. Я и не думал, что в столице еще остались такие чудесные места.
