Читаем без скачивания Перекрестки (СИ) - Леонова Светлана

- Нет, с документами все в порядке. Где-то через дня три финансисты проведут проплату по договору. Я по другому поводу Вам звоню. – Наталья Ивановна немного замялась, видимо, подбирая нужные слова. – Вы не могли бы к нам приехать как можно скорее. Ну, если у Вас есть такая возможность.

- Наталья Ивановна, Вы меня прям пугаете. Я так понимаю, это не телефонный разговор?

- Не совсем, - уклончиво ответила женщина. - Сегодня требуется Ваше присутствие.

Мысли лихорадочно закрутились вокруг договоров, обязательств, цифр и прочей рабочей ерунды. Отчего-то в мыслях даже ничего иного и не возникало. Отменив по пути назначенную на вечер встречу, Костя развернул машину и, вклинившись в плотный поток автомобилей, уверенно направился к Наталье Ивановне, не без удовольствия подумав, что этот звонок стал отличным поводом поскорее встретиться со Светой. Он уже предвкушал, как вновь увидит ее, украдкой сорвет поцелуй где-нибудь в дальнем коридоре, пока поблизости не будет никого из ее коллег.

В радостном предвкушении, едва ли не перепрыгивая через ступеньки, он добрался до заветного кабинета на четвертом этаже. Светы на месте не оказалось, одна лишь Наталья Ивановна.

- Еще раз здравствуйте. – Костя расположился рядом с вызвавшей его женщиной, но то и дело украдкой поглядывал на рабочее место Светы, примечая на ее столе разложенные бумаги, карандаш с ручкой, раскрытый справочник и какой-то кодекс. Зная ее привычку наводить идеальный порядок на столе после окончания рабочего дня, он мог с уверенностью сказать, она где-то на работе, возможно, вышла к начальнику или в другой кабинет, а может просто отлучилась в уборную.

- Константин, Вы меня уж простите, - начала Наталья Ивановна, - но я Вас по несколько иному поводу попросила приехать. Зная ваши… ммм… отношения со Светланой…

Женщина несколько замялась, видимо, боясь показаться бестактной и сующей нос в чужие дела. И Костя напрягся: так факт, что их со Светой отношения уже не секрет для ее коллег, мог стать поводом для некоторых разногласий. Света все еще не желала, чтобы об их связи кто-либо знал, так как даже одна мысль о возможном конфликте интересов, а то и вовсе лишних подозрений в свой адрес приводил ее в состояние, близкое к негодованию. Хотя тут и ребенку было понятно, что ее работа с его сферой деятельность пересекалась лишь в одном: организация Кости обслуживала деятельность учреждения, в котором трудилась Света. Все согласия и контракты принимались и подписывались на иных уровнях и совершенно иными лицами. Но Света была непреклонна в следовании своим принципам и отступать от них никак не желала.

- Вы, наверно, уже успели заметить, что у нас здесь идет ремонт, - продолжила Наталья Ивановна.

«Заметить» – это было еще мягко сказано. Находясь в здании меньше четверти часа, Костя уже в полную силу ощутил запах свежей, еще не успевшей высохнуть краски, окутавший весь этаж своей едкостью.

- Могу только догадываться, какому умнику пришла в голову сия прекрасная мысль делать такие работы в будни, но мы здесь уже порядком надышались. А Света, видимо, больше всех нас оказалась восприимчива к таким запахам. А сейчас ей и вовсе стало хуже. В общем, Константин, Бога ради, увезите ее с работы, нас она не слушает. И по возможности уговорите ее посетить сегодня врача. Не хотелось бы, чтобы она получила отравление.

Одно только упоминание о том, что Света плохо себя чувствует, вызвало в нем сильное волнение. Ее педантичность порой просто вызывала в нем раздражение. Все это четкое разграничение личной жизни и деловых отношений, доходящих порой до того, что ему иногда даже начинало казаться, что в офисе он общается совершенно с другим человеком. Четкое следование правилам и нормам, когда даже отпроситься с работы пораньше ввиду плохого самочувствия – это непростительный поступок. Костя этого не понимал. Он не был отнюдь бунтарем по жизни, но глядя на Свету, ему казалось, что она сама заковывает себя в цепи ложных ограничений. И вот теперь ее принципы вполне могут причинить вред ее здоровью. Костя даже несколько разозлился на это ее упрямство. Что ж, если будет нужно, он силком увезет ее домой, лишь бы только она не отравилась здесь, словно в газовой камере.

- Где Света? - его требовательный голос прозвучал несколько резко и совершенно не скрывал волнения.

- Вышла недавно. Думаю, она могла уйти в дамскую комнату освежиться.

Костя решил дождаться Свету в коридоре, чтобы иметь возможность переговорить с ней без лишних свидетелей и не смущать ее лишний раз. Спустя несколько минут, показавшихся ему в десятки раз длиннее, она появилась из-за угла, медленно направляясь в свой кабинет, опустив голову и не замечая ничего вокруг. Костя сразу же отметил, ее бледный и изможденный вид, на висках ее блестели капельки пота, а глаза приобрели нездоровый блеск. Здесь и гадать не нужно было, чтобы понять, насколько плохо она себя чувствовала. И тут же на смену тревоге пришла злость: какого дьявола она не едет домой или к врачу? Для чего нужно загонять себя? А если с ней вдруг что-нибудь случится или, еще хуже, кто-нибудь воспользуется ее плохим самочувствием и нападет? Наталья Ивановна была совершенно права, говоря, что Свете необходимо уехать с работы.

Его тихий оклик Света не услышала, поэтому пришлось поспешить, чтобы успеть перехватить ее непосредственно перед дверью. Костя ожидал чего угодно, но только не такой реакции, которая последовала, едва только он развернул ее к себе. Света непонимающе посмотрела на него, словно не узнавая, а затем и вовсе удивила его.

- Зачем ты приехал? – Ее голос звучал устало, и это очень насторожило Костю.

- Чувствую, нам снова нужно поговорить, - заключил Костя, вспоминая о самом первом их разговоре здесь же, в стенах этого офиса. Он увел ее в дальний конец коридора, присел на край подоконника и притянул к себе, невольно отмечая, насколько вялыми были ее движения. Удостоверившись, что им никто не помешает, он постарался выведать причину столь прохладного приема. – Ты себя неважно чувствуешь, я переживаю.

В ответ Света лишь закусила нижнюю губу и отвернулась, избегая встречи взглядом с его взглядом. Она выглядела так, словно была обижена на него. Не желала разговаривать. И это отстраненное выражение на лице – определенно, это было что-то новенькое, но вот причину Костя, хоть убейся, не понимал.

- Как ты? – вновь попытался он хоть как-то разговорить ее и, наконец, узнать, о ее самочувствии.

- Нормально, - Света ответила нехотя, но так и не повернулась.

Костя обхватил руками ее бедра и слегка погладил их, делая попытку и успокоить и привлечь к себе внимание. Однако она лишь больше напряглась в его руках.

- Только не нужно меня обманывать, я же вижу, что это не так. Давай я отвезу тебя домой. А еще тебе нужно обратиться к врачу, отравление – это не шутки.

- Костя, не нужно мне ни к какому врачу. – Это было сказано настолько резко и категорично, что он даже опешил. – Не лезь в мои дела. Ты мне и так уже помог.

Язвительный тон на слове «помог» явно давал понять, что выражение было сказано в переносном смысле. Что было тем более удивительным для него.

- Что случилось?

Но Света продолжала упорно молчать и смотреть куда-то в сторону.

- Ты можешь сказать мне, что случилось? - Тут уже голос Кости зазвучал чуть жестче, чем прежде, так как игра в молчанку стаза затягиваться, а он очень не любил недосказанностей.

- Что случилось? - вспыхнула Света. - Ты мне обещал, что наши с тобой отношения останутся только между нами. Ты обещал, что моей работы они никак не коснутся...

- Я обещал, - все еще не понимая происходящего, но пытаясь вникнуть, кивнул он. - И слов своих я не нарушал.

- Ты говорил, что не будешь давить на меня, - не унималась она, но теперь в ее голосе появились нотки отчаяния. - А теперь? Как мне теперь смотреть в глаза людям? Я всех подвела. Они рассчитывали на меня, а я...

- Да что, черт возьми, произошло? - взорвался Костя. У него голова шла кругом от загадок, которыми так и сыпала Света. В ее бессвязной речи он так и не понял, в чем была его вина, каких людей и по какой причине она подвела.