кабинет. Обустроил и для Тамарки хоромы, и сам уже привык спать и работать в одной комнате.
Квартира у Егора Дмитриевича была трехкомнатной. Жилплощадь полковник получил от государства, приватизировал, все оформил по закону. Для последнего ремонта даже нанял дизайнера, чтобы все здесь обустроили со вкусом. Красиво было. Однако Головину не нравилось. Не было здесь уюта. Не чувствовалась женская рука. Не было хозяйки.
Егор Дмитриевич сделал большой глоток остывшего кофе. Усмехнулся. Все еще не верилось, что дочка согласилась приехать в город. Он ведь и раньше ее звал. А потом, когда возглавил управление – перестал звать, потому что служба у полковника сложная и опасная. И лишний раз ставить Тому под удар Егор Дмитриевич не собирался.
Но судьба все решила иначе. Наверное, это даже хорошо. Все равно, рано или поздно, узнают те, кому знать не нужно. Тут ведь без особых усилий можно сложить два и два. И фамилию Тома оставила отцовскую.
Егор Дмитриевич откинула на спинку рабочего кресла. Взглянул в окно. Надо бы потом с Терехом пообщаться, без Тамарки. Но позже, когда все успокоится.
– Егор Дмитриевич, можем ехать, – личный водитель, проверенный-перепроверенный майор Алексеев выглянул из коридора. Полковник кивнул.
Если можно ехать, значит, все чисто. Однако Головин ощущал дискомфорт. Чьи-то глаза и уши будто торчали из каждого утюга. Потому идея Ермакова с чистой квартирой тетки показалась Бате годной. Официально Терехов все еще в отпуске. Да и на больничный он отправился еще до того, как Батя начал зачищать все управление в поисках утечки. Ведь кто-то слил Абзалову сведения о готовящейся операции. Но кто? Головин пока не отыскал весомых доказательств. Имелись только подозрения и его личные догадки.
– Едем, Леша, – кивнул Головин.
Выходя из подъезда, полковник взглянул на осеннее небо. Опять тучи. Опять дождь и слякоть. Но работать все равно нужно. Времени в обрез. И чем быстрее полковник решит вопрос с утечкой, тем быстрее найдет Абзалова. И тогда Тома может спокойно жить с ним.
– Собери-ка Тереховских часа через два, – распорядился Егор Дмитриевич.
– Не их смена сегодня. Пацаны отдыхают, – ответил Алексеев.
– Тогда тем более собери. Ко мне в кабинет, – хмыкнул Головин, а майор кивнул.
* * *
– Руська, мальчик мой, ты никак невесту в дом привел?
Веселая старушка в очках и цветастом платке, повязанном на голову, гостеприимно и приветливо распахнула дверь. Громила Ермаков хмыкнул, неожиданно для Томы подмигнул ей, пожалуй, даже улыбнулся. Хотя, Тома, растерявшись, не могла определить наверняка. Да и хмурое лицо богатыря Руслана скорее вселяло уважение и капельку страха, нежели располагало к веселью и шуткам.
– Теть Фая, рано радуетесь. Невеста не моя. Кирюха первым подсуетился, – улыбался Руслан.
– Вечно ты у меня в хвосте плетешься! – погрозила старушка племяннику и вновь взглянула на Тому. – Ты только погляди, какая хорошенькая! Стройненькая! И глазища вон какие!
– Фаина Валерьяновна, как поживаете? – невозмутимо поинтересовался Терех.
– Вашими молитвами, Кирилл Романович, – улыбалась тетушка. – Что-то я не верю, Кирюша, что твоя невеста. Мне кажется, Руське она больше подходит.
– Фаина Валерьяновна! – возмутился Терех. – Вашему Руське еще рано думать о невестах. А мне в самый раз.
– Шалопай ты, Кирюша, болтун! – громче рассмеялась старушка, и Тома поняла, что пожилая женщина очень тепло относится и к племяннику, и к его друзьям. – А ребятушки где? Я пирогов напекла на всю команду.
– Пироги это прекрасно, теть Фая, – улыбался Ермаков, но отвлекся на телефонный звонок. – Так, служба зовет. Вы располагайтесь, будьте как дома, да, теть Фай? А я с парнями вечером заскочу. Чур, наши пироги не отдавать майору!
– Да на всех хватит, – махнула рукой старушка. – Беги уже, Руся.
За богатырем захлопнулась дверь. Тома так и стояла, держа в руке лямки от дорожной сумки и глядя на старушку. Кир уже сбросил кроссовки и после коротких приветственных объятий с бабулей, взглянул на Тому.
– Вот, знакомьтесь, Фаина Валерьяновна, – заговорил Терехов. – Невеста моя, Головина Тамара Егоровна.
– Да ладно?! – в унисон воскликнули женщины: пожилая и совсем юная, однако обе были удивлены фразой.
– Невеста? – вскинула бровь Тома.
– Головина? – вторила ей тетушка.
– Так, девочки, а не выпить ли нам чаю? Чего пирогам пропадать, да? – широко улыбался Терех, переводя тему.
И когда хозяйка, махнув рукой, повела гостей на просторную кухню, где уже был накрыт стол с пирогами, Тома пихнула Тереха локтем под ребра.
– Ты в своем уме, майор? Какая я тебе невеста? У нас свободные отношения! – прошипела Тома.
– Чего? Какие еще свободные?! – возмутился Терехов. – Несвободные.
– Хорошо, у нас все без обязательств. Как у среднестатистических взрослых людей, – бормотала Тома.
– Думай, что хочешь, принцесса. А я есть хочу, – фыркнул Терехов, однако взгляд у майора был странный. Томе даже показалось, что Кир намерен вернуться к этой теме позже, когда они останутся наедине.
* * *
– Не грусти, принцесса.
– Я не грущу. Просто задумалась.
В гостях у тетушки Фаи день пролетел незаметно. Старушка уже приготовила для гостей комнату, как предположила Тома, принадлежавшую Руслану. Наверное, мужчина жил здесь в детстве. По крайней мере, постеры на стенах, книги на полках, пара гантель и гитара в углу четко указывали на то, что спальня принадлежала молодому парню. Однако Тома не уточняла. Ее слегка смущало то, что хозяйка, без вопросов, отвела им с Киром одну комнату на двоих. Странно ведь. Но Тома решила не спорить. Да и поздно возмущаться и строить из себя невинность, она уже спала с Терехом. Тем более Фаине Валерьяновне уже сказали, будто бы Тома невеста Кира.
– Ты грустишь, я же вижу, – возразил майор и присел рядом.
Тома, забравшись с ногами на постель, после душа и в пижаме, бездумно смотрела прямо перед собой. А Кир вернулся из ванной. Красивый, с влажными волосами и капельками воды на плечах. И даже футболку не надел, паршивец.
Хотя, тетушка уже спала. Стесняться некого. Да и Терехов, Тома знала, не из стеснительных. Раз уж Кир хотел ходить с оголенным торсом, он будет так ходить. Характер майора Головина успела изучить.
– Как думаешь, я была неправа, когда во все это влезала? –
