задумчиво рассматривавшего эльфа дракона.
— Он перворождённый, так что, наша магия исцеления должна на него хорошо действовать, — ответил Эльвар, медленно приближаясь к огромной туше.
— Может, повернёшься?- ворчливо спросил Лёха у дракона. — А то застыл, как горгулья на крыше.
— Наглец, — усмехнулся дракон, осторожно поворачиваясь к эльфу нужным боком.
— Помоги мне, — попросил Эльвар, осторожно ощупывая сломанную кость. — Крыло нужно вытянуть во всю длину, чтобы сломанные концы стали как нужно.
— Это будет больно, — мрачно проворчал Лёха, насторожено поглядывая на дракона.
— Не бойся, человече. Я умею терпеть.
— Да хрен твою маму знает, чего тебе там, в башку взбредёт, — огрызнулся парень, берясь за конец повреждённого крыла. — Фукнешь огнём, и получится шашлык из лекарей.
— Я же сказал, я умею терпеть, — прошипел сквозь зубы дракон, когда парень принялся осторожно разворачивать сломанное крыло.
Командовавший этим процессом эльф, положил ладони на место перелома и, закусив губу, что-то тихо прошептал. Дракон вздрогнул всем своим огромным телом и, оглянувшись на эльфа, одобрительно кивнул. Эльвар сумел блокировать боль. Дождавшись, когда Лёха растянет повреждённое крыло на всю длину, он быстрым движением соединил обломки кости и, достав из сумки склянку с какой-то мазью, принялся обрабатывать место перелома. Потом, снова сжав повреждённое место руками, эльф так же тихо прочёл несколько заклятий подряд. И каждый раз, после финального слова, между его ладоней пробегал короткий импульс ярко-розового свечения.
— Всё, — выдохнул эльф, опуская руки и буквально падая на приятеля.
— Что с тобой?- удивлённо спросил Лёха, подхватывая обмякшее тело.
— Он отдал слишком много сил, излечивая мою рану, — грустно пояснил дракон, осторожно пошевелив крылом.
— Не вздумай взлететь, — с трудом выдавил из себя Эльвар. — Я слишком слабый маг, чтобы излечить дракона за один раз. Даже если это один перелом, но это перелом на крыле дракона.
— И не собирался, — покачал головой дракон. — Борьба с заклятьем, отняла у меня слишком много сил. На взлёт сил точно не хватит. Грохнусь с этой горы как тот булыжник. Надеюсь, подгорный народ позволит мне немного здесь отдохнуть.
— Не беспокойтесь, первородный, — медленно выступив из коридора, ответил Родри. — Мой клан никогда не забывал о законах гостеприимства.
— Благодарю тебя, Родри два кулака, князь подгорного народа, — с достоинством изогнув шею, поблагодарил дракон. — Надеюсь, я найду способ отплатить вам за добро.
— Мы не люди, первородный. Мы помним древние законы, — поклонился в ответ Родри, жестом подзывая к себе пару гномов, тащивших на длинных жердях пятиведёрную бочку вина.
Глава 5
Старательные пояснения Лёхи, склонившегося над чертежами, прервал ворвавшийся в кабинет гном в кольчуге, и криво нахлобученном шлеме. Тяжёлая дверь с грохотом распахнулась, ударившись о стену и гном, с порога проорал:
— Родри, на гору дракон сел!
— Чего? Какой дракон? Откуда он тут взялся?- растеряно спросил князь, недоумённо глядя на ворвавшегося десятника, дежурившего на верхушке горы с наблюдателями.
— Большой, чёрный. Его кто-то ранил. Крыло повреждено. Плюхнулся так, что чуть нашу засидку на горе не развалил, — попытался ответить гном, на поставленные вопросы.
— Пошли, посмотрим, — опомнившись, предложил Лёха, рысью направляясь к дверям.
— Куда ⁈ Стой, подгорного бахрута тебе в грызло, — завопил Родри. — Совсем ума лишился?
— Он может что-то про лича знать, — взволнованно приплясывая, выдохнул парень.
— Он сейчас от злости только одно знает. Кого бы пришибить, чтобы полегчало, — проворчалРодри, доставая из пояса амулет связи. — Стой, где стоишь. Сначала, с ним наши маги поговорят.
— В смысле, намечается магическая драка?- насторожено уточнил Лёха.
— Всё может быть, — мрачно вздохнул Родри.
— Дай, сначала я сам с ним поговорю, — помолчав, сказал Лёха, попутно выуживая из памяти всё, что когда-то знал о драконах маг.
— Это как же ты с ним говорить собрался. Драконы только на первоязыке говорят, — ехидно усмехнулся Родри.
— Вот на нём и пообщаемся, — не остался в долгу парень и, подтолкнув десятника в плечо, приказал, — веди на пост. Посмотрим, что там за птичка к нам прилетела.
— К подгорному бахруту эту птичку, — буркнул десятник. — Сейчас начнёт бушевать, потом все верхние штольни восстанавливать придётся. Магия у них сильная. Наши могут и не совладать.
— С чего ему бушевать?- не понял Лёха, шагая следом за ним. — Вы его не трогали. Летать не мешали. Так чего буянить?
— Говорю же, ранили его, — буркнул гном, сворачивая в боковой коридор. — А дракон когда ранен, сам себя от злости не помнит. Так что, думай, стоит ли вообще вылезать.
— Сейчас узнаем, — буркнул Лёха, старательно пригибая голову, чтобы не набить очередную шишку о низкий свод.
У очередного поворота десятник остановился и, ткнув волосатым пальцем в нужный коридор, сказал:
— Ступай по штольне. Она наверх выведет. Если чего, сам сюда беги, или зови. Мы услышим. Правда, на счёт помощи особо не рассчитывай, но на всякий случай…
Гном не договорил, но Лёха понял, что десятник пытается подбодрить его перед смертельной встречей с разъярённым драконом. Кивнув, парень забрал у него факел и решительно зашагал в указанном направлении. Драться с драконом он не собирался, но получить нужную информацию без лишних ушей, должен был любой ценой. Добравшись до выхода на крошечное плато на вершине горы, Лёха сунул факел в держатель, торчавший из стены и, осторожно выглянул наружу.
На самом краю плато бессильно раскинув крылья и уронив голову на камень, лежал огромный чёрный дракон. Глаза сказочного существа были прикрыты, а из приоткрытой пасти вырывалось хриплое дыхание, сменявшееся странным, булькающим клокотанием. Зверю явно было очень плохо. Вздохнув, Лёха вышел из штольни и, подойдя к голове дракона, тихо спросил, перейдя на первоязык:
— Что с тобой случилось? Кто это сделал?
— Маги, — тихо выдохнул дракон. — Решили уловить меня заклятьем подчинения, но я сильнее. Ты тоже маг?
— Нет. Я просто механик, — ответил Лёха, искренне сочувствуя ему.
— Механик? С каких пор подгорный народ стал изучать первоязык?- спросил дракон, не открывая глаз.
— Я не из подгорного народа. Я человек, — признался Лёха, готовясь в любой момент нырнуть обратно в штольню.
— Тогда, оставь меня, человече. Я не хочу говорить ни с кем из вашего подлого
