— Можно я посижу здесь подольше? — спросила Ками.
— Как хочешь… — зевнул Ольгерд. — Только не сиди долго. Как закончишь, подкинь дров в камин.
— Слушаюсь, господин.
— Зови меня Ольгерд, когда мы наедине. Или командир, если так удобнее.
— Хорошо господин…
Ольгерд глянул на Киру, не подававшую признаков жизни.
— Включи дыхание, — тихо попросил он. — А то не по себе как-то.
Грудь Киры всколыхнулась, послышался тихий выдох. Теперь иллюзия сна была правдоподобной. Повернувшись набок, Ольгерд задремал, слушая как потрескивают дрова в камине. Когда вода в бочке совсем остыла, Ками решила, что пора вылезать. Проведя обряд очищения, она сожгла всю скверну после себя. Убедившись, что бочка чиста, она промокнула кожу простыней и проверила заперта ли дверь. Потом, как и просил хозяин, она подкинула дров в камин. На улице было тепло, но каменные стены кельи дарили излишнюю прохладу. Постояв у камина несколько блаженных минут, она заплела еще влажные волосы в косу. Без своих ремней она чувствовала себя неуютно. Небо в маленьком окошке под потолком уже стало синим, появились первые звезды. В пещере она спала на полу, присыпанном соломой и застеленном мешковиной в несколько слоев. Здесь же был только затертый пол, сложенный из плоских булыжников, причем не слишком чистый.
— Господин, мне спать на полу, у ваших ног? — тихо спросила она.
Ольгерд приоткрыл глаза. Обнаженная Ками склонилась пред ним во всем своем великолепии. Ее бледная влажная кожа эффектно поблескивала в усклом свете камина. Сквозь ее заостренные груди отлично проглядывалась чисто выбритая промежность. Влажная коса жрицы, соскользнув с плеча коснулась его руки. Ольгерд подвинулся на середину кровати и похлопал ладонью по одеялу. Ками послушно легла рядом и развернулась к нему лицом.
— Хорошо, правда?
Она кивнула. Омовение в бочке заметно смягчило ее. Жрица уже не была так строга и сконцентрирована. Разомлев от купания, она слегка порозовела. Ее сильное чистое тело источало приятный, чуть терпкий аромат.
— Спи. Ни о чем не тревожься. Если что-то случится, Кира предупредит нас. Мы пробудем здесь пару дней. Подготовимся, отдохнем, и двинемся в путь. Раз Нормана нет, ты заменишь его на какое-то время.
— Да, командир.
Ольгерд улыбнулся устало и убрал с ее лица непослушную прядь волос. Такое послушание ему даже нравилось. Главное, чтобы оно не было притворным. В том, что она справится он не сомневался. Что-что, а даровать смерть она умела отлично…
Глава 19. Прерванный сон
Ольгерд проснулся от сильного тычка в бок.
— Тревога командир, скоро на нас нападут! — доложила Кира.
— Предупреди братьев! Быстро! — приказал он.
Кира, скинув с себя простыню в один прыжок оказалась у двери. Через минуту в крепости уже во всю надрывался набат. Оплот был поднят по тревоге, и едва братья успели вооружиться, прозвучали первые выстрелы.
— За мной! — скомандовал Ольгерд, и выхватив из ножен клинок, ринулся во двор.
Ками, не моргнув глазом нацепила поверх голого тела свою портупею и двинулась следом. Во дворе уже завязался бой. Срамом светили не только они. Еще человек пять атака застигла в таком же положении. Нападавшие были в белых балахонах, перетянутых алыми поясами и шароварах. Лица их были скрыты масками, а головы наголо выбриты. Легкое вооружение и быстрота с которой они орудовали, наводили на мысль что это наемные убийцы. Они потеряли свое преимущество, но отступать и не думали. Действуя парами и тройками, они жестоко расправлялись с одиночными бойцами.
— Вкруг! — скомандовал Ольгерд. — Спина к спине!
Застигнутые врасплох братья тотчас выполнили приказ. Сорванные со стен щиты сомкнулись. Через крепостную стену перемахнуло еще пара десятков бойцов, а следом еще несколько.
— Это все? — тихо спросил Ольгерд.
— Все, — подтвердила Кира. — Прикажете устранить?
Ольгерд глянул на трупы соратников. Их было уже с десяток. Эти люди пришли не договариваться….
— Ками?
— Да, господин.
— Кто эти люди?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Это клинки лунного света, господин. Они служат церкви милосердия.
— Можешь поговорить с ними?
— В этом нет смысла, господин. Они пришли творить суд.
— Можешь ли ты… даровать им быструю смерть?
— Да, господин, — не моргнув глазом ответила она.
— Добро. Действуйте в паре. Ками нападает, Кира прикрывает. Вперед!
Братья разомкнули щиты и две обнаженные девы вышли на встречу врагу. Клинки лунного света тотчас разбились на звенья и зашли с трех сторон.
— Сударь! — брат служитель обратил на себя внимание. — Не дело это, когда девы воюют!
— Терпение братья! То девы непростые, — воскликнул Ольгерд. — Они начнут, а мы продолжим!
Кира застыла словно изящная статуэтка, отведя руку с изогнутым клинком в сторону. Взгляд ее искусственных глаз охватывал все поле боя. Она с легкостью справилась бы одна, но Ольгерд приказал прикрывать жрицу, и она приготовилась выполнять свою задачу.
Ками задумчиво окинула нападавших взглядом. В ее арсенале был один длинный клинок, закрепленный в походном положении за спиной и два клинка средней длинны. В бою это не очень удобно, но бывалые вояки делают так, чтобы защитить от перерубания шею и позвоночник. Правда эфес частенько стучит по затылку, но в шлеме это не больно. Оценив свое положение, милосердная жрица плавным движением обнажила парное оружие. Небо опять одарило землю противной мелкой изморосью. Благо камни мостовой под ногами по большей части были шероховатыми и босые ноги почти не скользили. Воины в белых балахонах ринулись в бой синхронно, повинуясь тактике, отработанной годами тренировок. Ками не двинулась с места. Отметив положение Киры, она слегка отставила ногу. Первая тройка напала одновременно, остальные зашли с боков. Жрица скрестила клинки и провернувшись вокруг своей оси, стряхнула с оружия кровь. Тела трех мужчин, рассеченные надвое, глухо ударились о мостовую. Меж камней мостовой, заполняя узкие щели потекла алая жижа, смешиваясь с грязной дождевой водой.
Но нападавших это не остановило. Теперь они навалились вшестером. Звон клинков и предсмертные стоны эхом отразились от стен крепости. Четверых убийц взяла на себя Ками, а двоих технично умертвила Кира. Отрубленные конечности и вспоротые животы и вовсе превратили небольшой двор в большую кровавую лужу. На сей раз в рядах клинков поселилось смятение. Они медлили…
— Вперед! — коротко кинул Ольгерд и толкнул ближайшего к себе рыцаря.
Те, кто успел перезарядить оружие, сделали по одному выстрелу. Остальные ринулись на стены, чтобы отрезать пути к отступлению. Ольгерд успел провести краткий инструктаж, и братья ХАБа переняли тактику врага. Теперь ужен они разбились на тройки и нападали на убийц в белых балахонах. Не ожидая такой перемены, они сбились в кучу и ощетинились клинками. Но бой был не долгим. Придя в себя, воины крепости пустили в ход копья. Не имея щитов, убийцы валились наземь один за другим.
— Взять живыми! — скомандовал Ольгерд, держа руку на пульсе битвы.
Убийц, еще стоявших на ногах, осталось человек пять. Рыцари ХАБа, сомкнув щиты и ощетинившись копьями быстро вяли из в кольцо. Поняв, что все кончено, белые братья, переглянулись. Взявшись за руки, они встали в круг и воздели свои взоры к небесам. Положив клинки друг другу на плечи, они замерли на мгновение, и издали короткий, предсмертный клич. Такого Ольгерд еще не видел… Пятеро сильных мужчин синхронно перерезали друг другу глотки, и так же синхронно упали на колени. Если отбросить трагичность происходящего это было даже красиво.
Придя в себя, рыцари ХАБа первым делом окатили водой окровавленных дев и принесли чистые простыни, чтобы те могли обтереться и прикрыть свою наготу. Преподнеся их с поклоном, братья вскоре облачились в доспехи и расставили посты, взамен погибших воинов.
— Спасибо вам, сударь! — Брат-служитель припал на колено перед Ольгердом.
— Не стоит брат, мы все делали что должно. Ты лучше скажи, бывало, такое раньше?
