на атомарном уровне – как это уже начинает проглядывать область физики. Если же заняться вопросом влияния веществ на организмы – то это мостик к биологии. Сама по себе химия как предмет изучает лишь поведение вещества и его свойства в различных условиях. Но, например, имея готовый и проверенный базис из области биохимии, и зная какие вещества способен переработать человеческий организм, я могу с уверенностью скормить тебе даже стружку древесной коры с Фарэи.
- С Фарэи? – изумился Вайон. Слушать Ханка оказалось очень интересно, но вопросы, как назло, всплывали самые дурацкие. – С этого сухого красного рудника, куда сейчас наивный народ переселяется толпами? Так там же вроде все до сих пор радиоактивно и не до конца терраформировано.
В довольных глазах Ханка сверкнули предвкушающие огоньки. Вот уж кому нравилось шокировать и удивлять собеседника своими экзотическими знаниями.
- Зато местные жители успешно наловчились при особом способе варки и брожения готовить из этой коры очень интересное пиво.
- И ты пробовал? – искренне ошарашено спросил Вайон.
- Увы, - щелкнул пальцами Ханк. – Не довелось. Но слышал, что оно странное и полезное.
- На радиоактивной почве. Полезное?
- Всего лишь химия и знания о свойствах вещества, - отсалютовал своей чашкой парень.
- Гениально, - заключил Вайон и тоже вернулся к своей порции чая.
В тот вечер они проговорили долго. Ханк действительно оказался интересным рассказчиком, а Вайон для него - идеальным слушателем. О чем только они не заводили беседу… Продолжали вспоминать тонкости мировой кулинарии, расхваливать экзотические культурные и национальные ценности Флайтона, сравнивать их с энвильким бытом. Ханк много рассказывал о сокурсниках по своему университету и как они делились друг с другом новостями с родных миров. Вспомнил даже одного торийца, приехавшего за каким-то делом на стажировку. Химик поведал Вайону даже о том, как они с ребятами набрались духа и попытались вытащить эту «редкую залетную птицу» к себе на вечерние посиделки. А вдруг бы получилось, и тогда там уже с ним можно было бы нормально пообщаться.
- А я бы тоже не отказался с кем-нибудь из них поговорить, - мечтательно задумался Вайон. – Расспросил бы как и что у них дома, да даже просто интересно посмотреть какие они в жизни без своих рабочих вежливых масок и скупых ответов.
- Так мы его потом даже вытащили! – с гордостью заявил Ханк.
- Да ладно! – изумился Вайон.
- Да! И вот я его как тебя сейчас общал и чаем своим отпаивал. Хороший парень оказался, общительный, ничего сверхэкзотического в личности. Только эм… - замялся и засмущался вдруг химик, – через пару часов траванулся он у меня этим чаем.
Вайон тут же покосился недоверчиво на свою чашку, потом прикинул время, которое они уже сидели с Ханком, свое состояние и подозрительно нахмурился.
- Аллергия на какой-то продукт всплыла?
- Да если бы аллергия! – отмахнулся парень. – Если бы так, то красавчик обнимался бы у меня с унитазом в первые пятнадцать минут, или бы начались внешние проявления вроде сыпи или удушья. Но там уже организм начал все прерабатывать. Он потом спросил, что я туда намешал. Я честно сознался. Мда… ему единственному сознался. Хотя как тут не признаться, когда у тебя в уборной на корачках не то богатенький сынок торийского клана, не то шпион, а сам ты трясешься от своей глупости, незнания что делать, глубины последствий и пытаешься отпоить его водой. Короче, Вайон, я тебе говорю – торийцы это не люди.
- В смысле? – хмыкнул парень, живо представив картину бедолаги.
- В прямом. Не люди и всё. Выглядят так же, воздухом дышат таким же, культура похожая, а биохимия организма – совершенно иная. Ну да, некоторые наши продукты им подходят, но только из очень узкой линейки.
Вайон от такой новости четно завис. Одно дело читать подобные статейки в желтой прессе, наравне с писком мелких ученых о якобы найденных негуманоидах, верхом на пролетевшем астероиде. Другое дело слышать вполне серьезные выводы от Ханка, которому Вайон считал, что можно верить на слово. На юмориста химик не походил. Но все-таки?
- Ты шутишь? – учточнил Вайон.
- Нет. С чего ты взял? – до безобразия серьезно сказал Ханк. – Сам подумай. Вспомни хоть один описанный случай, когда ториец попадал бы в обычную клинику? Или думаешь они от большой гордыни разместили на каждой планете Федерации свои «посольства» с личной медслужбой? Или вот! Вспомни хоть один смешанный брак и рожденного полукровку от торийца?
- Вот про последнее ничего не могу сказать, - сознался Вайон, покачав головой. – В такие тонкости не вникал. Да и честно, не задумывался. Они просто всегда держатся… обособленно.
- Но в том то и дело, - вознес чашку над головой Ханк. – Что если мы сталкиваемся с генетической несовместимостью, то имеем два разных вида.
Вайон на это только хмыкнул и надолго задумался. Даже не о том, что кто-то там в галактике, очень похожий на людей – людьми не является, а о том, почему он сам не пытался над этим подумать. Как много он еще упустил в своей жизни очевидных вещей, над которыми всего лишь не догадался задуматься. Сколько мелочей прошло мимо? И ладно бы окружающая жизнь и слухи из желтой прессы. А что если он упустил много тонкостей даже в последние дни проекта?
Очень плавно Вайон свел беседу с Ханком на его выбор и решимость податься в полиморфы. И если с парой других ученых парень еще подозревал некие договоренности с правительством, большие обещания,
