Читаем без скачивания В плену у живодеров - Сергей Зверев

Привалов поднялся и подошел вдоль стены к люку, ведущему к внутреннему трапу. Осторожно повернув ручку запора, он прислушался, а затем заглянул внутрь. Не увидев ничего подозрительного, Привалов скользнул за дверь. Внизу было тихо. Слышно было, как за стенами мерно работали судовые двигатели, чуть отдавая вибрацией под ногами. Быстро спустившись по трапу, Привалов некоторое время прислушивался, а затем осторожно выглянул в коридор. Все двери кают и служебных помещений были закрыты. Возможно, что за какими-то из них сидят взаперти моряки, в каких-то помещениях просто никого нет, а в каких-то находятся пираты. Наверняка пираты есть и в машинном отделении. Но сейчас надо разобраться здесь.

Спецназовец задумался. Ждать, пока кто-то выйдет, можно до бесконечности. Двинуться в коридор и начать проверять помещение за помещением? Можно на кого-нибудь нарваться. Но другого выхода не было, и оставалось рассчитывать лишь на собственную ловкость.

Привалов спустился в коридор и неслышно двинулся вперед. Внутренне он был собран, как пружина, и готов к любым неожиданностям. Из помещений в коридор не проникало никаких звуков. Подойдя к первой двери, Привалов осторожно повернул ручку. Дверь поддалась. Внутри было темно. Привалов быстро скользнул вперед. Если здесь спят пираты, то его спросонья обязательно окликнут. Не начнут же они сразу палить! Теоретически, конечно, могут, но вряд ли.

Закрыв дверь, Привалов пошарил в темноте и нашел выключатель. Щелкнув им, он был готов сразу же начать действовать, если в помещении кто-то находился. Но тут было пусто. Спецназовец выключил свет и приник к двери ухом. Тишина. Что ж, придется вот так, медленно, но методично обследовать все помещения.

«Сколько их может быть на судне?» – старался понять Привалов, чтобы быть готовым к условиям схватки. Допустим, на мостике двое. Хотя нет, скорее всего трое. Главарь обязан быть там и иметь при себе одного или двоих. Значит, на мостике минимум трое. Еще двое в машинном отделении, даже если судно ведут моряки из экипажа. Итого пять. Где-то здесь еще человек пять. Но сейчас ночь. Значит, половина должна спать. Хотя почему именно сейчас? Во всех отношениях ночь опаснее дня в их делах. Скорее всего ночью бодрствует больше пиратов, чем днем. Но держать своих людей всю ночь без сна нельзя, иначе они будут ни на что не способны.

«Слишком оптимистично, – решил Привалов, – чтобы я нашел пятерых спящих пиратов». Вообще сейчас спецназовец чувствовал себя в более привычной обстановке, чем в джунглях или городе. Это и понятно. Ведь морской спецназ «затачивается» для действий на море, в том числе и для захвата судов противника.

Встряхнув руками, Привалов приготовился к выходу из каюты и обследованию других помещений. Он неслышно приоткрыл дверь, снова прислушался и выскользнул в коридор. Все произошло так, как обычно и бывает в таких случаях.

Только спецназовец протянул руку к ручке следующего помещения, как дверь неожиданно распахнулась, ударив его по запястью. В дверном проеме Привалов увидел крайне удивленное лицо человека в обычной гражданской одежде, только очень небритого и угрюмого. За его спиной виднелись как минимум еще двое. Судя по всему, ребята действительно спали. Видимо, главарь разбудил их для смены дежурства.

Размышления и гадания закончились, и в дело вступили рефлексы, которые опережали мысль. Оценка ситуации происходила где-то на уровне подкорки. Привалов стоял к открывшейся двери вполоборота. Мгновенный удар ногой в грудь отбросил первого пирата прямо на его товарищей. Спецназовец тут же ворвался внутрь, закрыв за собой дверь. Где-то в коридоре или в других помещениях могли находиться сообщники, и не стоило привлекать их внимания, даже если придется потерять драгоценные мгновения.

Тот пират, который получил удар в грудь, отлетел на своего товарища, и они оба повалились на кровать. Третий находился чуть в стороне. Задетый падающими телами, он все же устоял на ногах, но ухватился одной рукой за верхнюю койку, а другой вытащил пистолет.

Привалов понял, что и поверженный может первым делом схватиться за оружие. Поэтому спецназовец и бросился на третьего. Он собирался припечатать его также ударом ноги, но понял, что не успеет этого сделать. Первый уже полез за пояс брюк за оружием. Изменив траекторию, Привалов перехватил руку с пистолетом стоявшего на ногах пирата правой рукой, а локтем левой нанес удар в лицо. Боковым зрением он заметил, что первый все же успел выхватить пистолет. Пинком ноги Привалов выбил оружие, нанес еще один удар третьему пирату коленом в пах, а когда тот согнулся от боли, врезал ему ребром ладони за ухо. Пират повалился на пол. Но двое других уже поднимались на ноги, и один из них тоже доставал пистолет.

Перед операцией Торин приказал всех брать живьем, да и сам Привалов понимал, что чем больше бандитов будет захвачено, тем больше информации можно получить. Кто-то сломается на допросах быстрее, кто-то захочет выторговать себе меньшее наказание, сотрудничая со следствием. Вот для этого и нужно иметь как можно больше пленных. Да и лишней крови спецназовец не хотел.

Каюта, в которой происходила схватка, была рассчитана на четверых. Она имела две двухъярусные кровати по противоположным стенам и стол между ними. Справа от двери располагался шкаф для одежды и личных вещей, слева – еще одна дверь, очевидно, в санузел. Все свободное пространство, в котором происходила потасовка, имело размеры примерно метра два на два, что создавало определенные неудобства для дилетантов, но давало огромное преимущество профессионалу. Его противники мешали друг другу, сам же спецназовец с легкостью крутился в этом узком закутке, по его же собственному выражению, как хорошо смазанная клизма в анусе.

Удар открытой ладонью в лоб первому пирату, который выронил пистолет, позволил Привалову достать ногой правый открывшийся бок второго. Пока он хватался за ушибленную печень и разевал рот, спецназовец свалил его напарника следующим ударом. Теперь перед ним оставался всего лишь один противник. Привалов схватил бандита за кисть руки, которая сжимала пистолет, коротким рывком согнул ее к предплечью и, выхватывая из руки оружие, нанес еще один удар локтем в висок. Пират стукнулся головой о край верхней койки, а очередное прямое попадание лишило его сознания.

Теперь нужно было спешить, пока в каюту не зашел еще кто-нибудь, но оставлять бандитов без надзора не следовало. Выдернув из брюк одного из пиратов ремень, Привалов сделал скользящую петлю и затянул руки первого за спиной. Стащив с одной из кроватей простыню, он разорвал ее по длине. Связав ноги пирата, он согнул их и подтянул за спиной к рукам. Теперь связанный, когда придет в себя, окажется абсолютно беспомощным. Еще одним оторванным куском ткани Привалов затянул рот пирата, не столько для того, чтобы пресечь возможность кричать, сколько для того, чтобы не позволить ему попыток зубами развязать путы товарищей. Точно такую же процедуру Привалов проделал с остальными бандитами. Порывшись в карманах своих пленников, он извлек оттуда сигареты, деньги, всякую мелочь и один большой складной нож.

Удовлетворенно потерев руки, Привалов стал приводить в чувство самого молодого и, на его взгляд, менее психически устойчивого. Он теребил парня, хлопал его по щекам до тех пор, пока тот не стал подавать признаки жизни. Очнувшийся пират с испугом уставился на здоровенного человека в черном гидрокостюме.

– По-русски понимаешь?

– Д-да, – испуганно ответил парень и покосился по сторонам, понимая, что шутить с ним не будут.

– Сколько вас на судне?

– А ты кто? – сдавленно, вопросом на вопрос ответил связанный.

– Много вопросов и мало ответов, – холодно констатировал Привалов.

Он спокойно взял со стола большой перочинный нож одного из пиратов, раскрыл его, попробовал пальцем остроту лезвия; потом придавил коленом к полу грудь парня и двумя пальцами раздвинул веки его глаза. Привалов прекрасно знал, что прикосновение лезвия к лицу около глаза, а также угрозы проткнуть его порождают массу эмоций, сопровождаемых криками: «Нет, не надо!» Бестолковая трата времени. Он знал другой способ. Задай вопрос только один раз, а потом добейся, чтобы человек поспешил на него ответить.

Привалов раздвинул двумя пальцами веки одного глаза парня и приложил лезвие ножа к глазному яблоку (правда, тупой стороной). Пленник, конечно же, догадался, что с ним никто много разговаривать не будет. Вопрос задали. Нет ответа – нет глаза, а что дальше будет, даже подумать страшно.

– Восемь! – выкрикнул пират с похвальной поспешностью.

– Что восемь? – с равнодушным удивлением переспросил Привалов, но нож не убрал.

– Нас восемь человек на судне, – так же поспешно сообщил парень, – мы поднялись на борт в Балтийском море и захватили судно под угрозой оружия.

– Сколько на вахте?