моя доля – доживать здесь, в мире знорков, ждать, пока смерть избавит меня от позора. В том году меня держали в плену дикари. Теперь они бросили меня, а ты нашёл.»
- Погоди, Шарраэн, - Фрисс запрокинул голову, чтобы встретиться с ним взглядом. – Зачем тебе оставаться в Орине? Возвращайся в Хесс. Волна закончилась, а ты так силён, что никто не встанет у тебя на пути. Вернёшься к родичам и Гиайнам, в Фаайдинн.
«В Фаайдинне меня не примут. Я нарушил долг, оставил свой отряд, теперь даже смерть слишком хороша для меня,» - отозвался Иджлан. «Ты выглядишь как воин, пусть ты знорк, но более достойных воинов я пока не видел. Ты можешь убить меня?»
- Я не собираюсь тебя убивать! – крикнул Речник, поднимаясь на ноги. «Ну что за проклятие на мне, мало, что ли, было мне Алсага?!» - думал он с досадой. Шарраэн равнодушно смотрел на него. Фрисс тихо вздохнул, остановился и снова заглянул в ничего не отражающие глаза.
- Хеджи сделали тебя вьючной скотиной? Унижали тебя и мучали?
«Их клеймо до сих пор на моём ухе,» - бесстрастно ответил Иджлан. «Я не могу откусить ухо сам себе. Не то чтобы оно унижало меня… Я – джохту, изменник, существо без чести, меня теперь ничто не унизит.»
- О боги… - Речник тяжело вздохнул. До уха демона было нелегко дотянуться… Клеймо и правда оказалось там – на самом кончике, несколько тонких рубцов, знак одного из хеджийских племён. Хеск не шелохнулся, когда острое лезвие рассекло его шкуру и сделало ухо немного короче.
- Всё. Теперь ты никому не раб, - сказал Фрисс, спрыгнув обратно на землю. – И откусывать не надо. Можешь идти, куда хочешь.
«Я никуда не хочу идти, знорк,» - Иджлан опустил голову на лапы. «Некуда мне идти.»
- Так не пойдёт, - покачал головой Фрисс. – Ты – могучий воин, не годится тебе лежать тут и ждать смерти. Хочешь, я отведу тебя в страну Кеми? Там много славных магов. Они вернут тебя в Хесс… или ты останешься с ними, будешь великим защитником какого-нибудь города. Согласен?
«Мне всё равно, знорк,» - Шарраэн повернул голову к Речнику и почти коснулся его носом, Фриссу жутковато стало рядом с огромной пастью демона, но виду он не подал.
- Тебя не обидит, если я сяду тебе на спину? – деловито спросил он, закинув сумку за плечо. Шарраэн дохнул ему в лицо – горячий воздух не пах ничем, кроме гари и едких испарений. О чём существо думает, Фрисс даже не догадывался. Мысли не отражались в глазах демона, или, может, Речник недостаточно знал о таких существах…
- Интересно, ты умеешь дышать огнём? – задумчиво спросил Фрисс, хватаясь за луку седла и взбираясь на спину хеска. Тот резко распрямил лапы, но Речник удержался и сел, с замиранием в груди осматривая окрестности. Наверное, никому из людей ещё не доводилось ездить на Иджлане!
«Можешь ехать на мне, знорк Фриссгейн. Но запомни одно – я не буду сражаться для знорков,» - существо негромко зарычало. «Куда тебя везти?»
- Я ищу какую-нибудь химу. До какой из них мы доберёмся быстрее? – спросил Речник, думая про себя, что ему невероятно повезло. Могучий демон, не знающий усталости, не нуждающийся в пище, почти не испытывающий жажды… Если он поможет Фриссу попасть в Кештен, этого Речнику будет достаточно.
«Ближе всего – хима Тули,» - демон громко фыркнул. «Поселения хеджей наполнены вонью. Ты пахнешь иначе, знорк Фриссгейн. Твой запах напоминает о речных заводях. Я отвезу тебя в Тули, если удержишься в седле…»
Он распластался в длинном прыжке над барханами. Фрисс усмехнулся. Он даже не держался руками, да и не за что было держаться. Седло мягко покачивалось из стороны в сторону, Иджлан бесшумно опускался на песок и летел дальше. Солнце ещё сияло вполсилы, по белесому небу пролегли зеленоватые разводы, до раскалённого полудня было далеко, и Фрисс надеялся провести его в тени шатров, за чашей темарина. С чем его пьют, Речник не знал, но думал, что гаже кислухи напитков нет, а значит, темарин сгодится.
- Как называется безмолвная речь вашего народа? – спросил Фрисс. Мягкий шаг Иджлана ничуть не мешал думать и даже разговаривать. Демон вздрогнул и слегка присел – похоже, он думал, что Речник сейчас цепляется за седло и мечтает только о том, как бы не упасть…
«Она называется Хлок. Если будешь думать отдельными словами, я услышу тебя. Знорки так умеют?»
«Шарраэн!» - мысленно позвал Фрисс. Хеск остановился, его уши повернулись к седоку.
«Я слышу тебя, знорк Фриссгейн. Зачем тебе нужен Хлок?»
«Долг велит нам учиться полезному у всех существ,» - эта фраза была посложнее, Фрисс старался мысленно выговаривать каждое слово. «Ты не устал, Шарраэн?»
«Держись крепче! Ещё три прыжка, и будешь в Тули,» - Иджлан взревел, выдыхая чёрное пламя, и рванулся вперёд. Вдалеке Речник увидел кроны пальм и дымовые столбы, тающие в утреннем небе.
Когда ровные песчаные волны сменились густой порослью зеленовато-жёлтой гезы, Фрисс окончательно убедился, что хима не мерещится ему. Тут была вода, и тут была жизнь. Среди кустов безлистного джузгуна, пощипывая жухлую травку, паслись изящные харсули – живых харсулей Фрисс доселе не видел, но картинки в книгах рассматривал и шкуры на базаре трогал. Когда Иджлан ступил на лужайку, стадо разбежалось, а из кустов с громким квохтанием взлетели пёстрые птицы. Улетели, впрочем, они недалеко. На шум из-за джузгуна выбрался житель в замызганном, когда-то белом балахоне, посмотрел на пришельцев и молча ушёл обратно. Шарраэн вскинул голову и принял надменный вид. Речник спешился и пошёл вперёд, не оглядываясь.
Узкая тропа, прямая, как стрела, пролегла между ровными рядами пальм, похожих на растрёпанные метёлки, крохотными грядками, из которых торчали сочные твёрдые листья на толстых красных черешках и наполовину засохшие стебельки чего-то, что не так давно пыталось цвести. Стайка птиц взлетела с грядки и спряталась в дальних кустах. Среди зарослей Фрисс увидел шатёр – несколько жердей и небрежно брошенные на них шкуры, кое-как сшитые сухой травой.
«Куда все пропали? Солнце уже спускается, жары большой нет…» - пожал плечами Речник.
«Слышу их голоса. Они у колодца, и, как всегда, верещат,» - Шарраэн выдохнул горячий воздух в затылок Фриссу. Речник ошалело встряхнул головой – он успел забыть, что демон различает мысли.
Огороды кончились, теперь с двух сторон
