растениеводством. Выращивали люцерну, пшеницу, ячмень, кукурузу. В 1937 г.
появились первые трактора. В 1937-1938 гг. во время сталинских репрессий арестовали
более 40 мужчин-немцев. 29 человек приговорили к расстрелу. Пришлось хлебнуть
лиха немцам и в годы Великой Отечественной войны. Более 50 мужчин забрали в
трудармию, живыми вернулись лишь 22. В 1942-м 49 женщин мобилизовали на
строительство БЧК (Большого Чуйского канала). Времена были тяжелыми. Но именно в
этот период крепилась дружба двух народов, появились интернациональные семьи.
Трудности преодолевать легче вместе, да и глубоких противоречий никогда не было
среди простого люда. Детишки — немцы, кыргызы, русские — босиком, в одних трусах
бегали по улицам, играли на русских гармошках, немецких губных гармониках и
кыргызских комузах "Катюшу". Женщины пекли в тандырах и печах лепешки из муки,
смешанной с зеленой травяной массой, варили кукурузу, готовили общий чай.
Предприимчивые немцы угощали всех своими кухами и гебеками (немецкими
печеными изделиями), а иногда даже припасенным кофе из цикория и желудей.После
войны было организовано объединенное крестьянское хозяйство ОКХ "Рот Фронт", в
создании и развитии которого большая роль принадлежит Рудольфу Коопу. Много
было работы в хозяйстве. А по ночам немцы начали возводить свою "маленькую
Германию". Снова построили красивые дома, здания школы, больницы, столовой,
клуба, детского сада. Тут была единственная в Киргизии школа с немецкими классами.
Раскинул свои ветви огромный плодовый сад. Долгое время садовником работал
55
Генрих Хольцер. Улицы в селе утопали в цветах и зелени и были заасфальтированы.
Интересно, что свет на улицах Рот Фронта горел до утра. За это взяли на себя
ответственность жители поселка. Они сами ремонтировали дороги и оборудование.
Нужно учесть, что баптисты получали финансовую помощь и духовную поддержку из
Америки. Они умели работать на совесть, были религиозны. Вера запрещала пить,
нарушать общественный порядок, воровать, отлынивать от работы. Они соблюдали
традиции предков, жили по библейским законам. А главное-никогда не
изолировались, жили в согласии и дружбе с окружающими. "Нашей родиной был
Бергталь в Чуйской долине".
Люксембург
Село Люксембург носящее имя известной немецкой революционерки/Розы
Люксембург/,
Расположено вдоль автомобильной трассы Бишкек- Балыкчы в двух километрах от
города Канта, оно было образовано немцами-переселенцами в 1925 году. Немцы сами,
по своей воле пришли сюда, но сколько в истории развития этого легендарного села с
живописной природой и трудолюбивыми жителями есть много трагических, даже
драматических событий. Тем не, менее несмотря ни на что немцы оставались верными
тому понятию, которое закрепилось за ними испокон веков. Особенно тяжело было в
годы войны и после. С ярлыком "враги народа", из-за графы "национальность", где
указано: "немец", немцы перенесли косые взгляды, нечеловеческие условия,
бесцеремонное отношение сотрудников НКВД, работа в голоде и холоде на самых
тяжких производствах. Переселенцам в те годы даже запрещалось ходить дальше
железнодорожного переезда, что в сторону Канта, не говоря уже о том, чтобы поехать
в столицу. Но немцы всегда были трудолюбивыми, рачительными земледельцами и
животноводами, так что их "закрытые колхозы" даже в таких условиях стали
показательными хозяйствами. В 1946 г. Яков Ваккер был выслан в Киргизию в село
Люксембург как спецпереселенец. В феврале 1963 года Яков Яковлевич был избран
председателем колхоза "Труд".Кыргызские немцы уезжали семьями, по-живому
обрывали свои корни, на несколько поколений вросшие в эту благодатную землю-
Фриденфельд
Степь кругом, и не видно ей края,
Солнце, зной, жара наступала,
Лишь барханы, колючки в пути.
Стайка уток в сторонке паслась.
Перейти степи предки, мечтая,
А вода словно в камни играла,
Шли чтоб место получше найти.
С гор сюда с шумом быстро неслась.
Брички снова они загрузили,
Вкус воды оценили все сразу,
Кто их знает куда все идут.
Холод руки и зубы скрутил.
56
Почему там все вместе не жили,
Такой вкусной воды не пили ни разу,
И куда брички снова бредут.
Может это сигнал с неба был.
Свежий ветер, прохлады дыханье,
Здесь решили скитальцы остаться,
Приманила уставших в пути.
Будут строить дома, деревья садить.
Шум реки будоражит сознанье,
Трудно с местом таким им расстаться,
На привал брички, речка, пусти.
И решили, что там будут жить.
Лагерь быстро разбили, устроились,
Время мигом прошло, готовы землянки,
Ночь прошла не заметно у них,
Оглядели и местность вокруг.
А на утро, когда успокоились,
Оказалась не их те делянки,
Очумели от видов таких.
Немцы снова в степи той бредут.
В период 1925-28 недалеко от Люксембурга переселенцами было образовано село
Фриденфельд (в последствии "Первое мая", а ещё позже "Интернациональное".)
Такая же судьба выпала и этому посёлку, расположенному на левом берегу реки
Иссык-Ата, неподалёку от Люксембурга. с необычным немецким названием
Фриденфельд. Оно было основано переселенцами в 1925-1927 году. Затем несколько
кыргызских сел/ Джербаш и Базбармаг/ и Фриденфельд объединились в колхоз,
который впоследствии был переименован в Колхоз "Первое мая", он занимался
животноводством и земледелием, специализировался на овощеводстве, здесь
выращивали свёклу, картофель, помидоры, сорта которых славились на весь бывший
Союз, занимались и зерновыми культурами.
До 1987 года председателем "Первого мая"-"Интернационала" был Н. Шошин. Бывший
"Первое мая" был в числе колхозов-миллионеров и не сходил с Доски почёта в СССР.
Здесь были свои СТО, мельница, механизированная колонна, асфальтный завод,
филиал одноименной столичной швейной фабрики "Первое мая", пекарня, отлично
оснащённая больница, амбулатория с высококвалифицированным медперсоналом,
школа, детсад, клуб, музыкальная школа, комбинат бытовых услуг, библиотека,
универмаг и даже своё колхозное кафе. Одним словом, хозяйство процветало.
Последним председателем колхоза был О. В. Шматенко. И он всеми силами старался
удержать хозяйство на прежнем высоком уровне, но и для "Интернационала" грянули
новые бури, колхоз все же распался. Люди понимали, что никогда до конца не станут
равноправным в этом обществе». Этот крик души отражал сложившуюся за многие
годы неприглядную реальность. Они почти полностью утратили национальную
самобытность, в первую очередь язык.
Теперь уже в Германии бывшие ученики проводят вечера встреч и на этих встречах они
вспоминают свою Киргизию, свой колхоз Первое Мая, своих учителей, своих
одноклассников.
57
У Речки, что несётся с гор в долину,
И вот дошли, не выбирая брода,
Где лагерем стоял обоз.
Всё! –вот он, тот самый их тупик!
Судьбой скитальцы, видимо, гонимы,
Там дальше нету хода,
Ушли искаь тех самых лучших грёз!
