Лорд Генри оглядел Люссиль с головы до ног, перевел глаза на ее лицо и лишь тогда одобрительно улыбнулся.
— Мисс Келлавей! Приятно познакомиться.
Такого красавца Люссиль никогда прежде не встречала. Высокий, стройный, с прекрасными русыми волосами и серыми глазами, он был неотразим, но в душе Люссиль ничто не шевельнулось. Полли, напротив, то бледнела, то краснела, с лихорадочной поспешностью обмахиваясь веером, размышляя о странностях человеческой натуры, Люссиль протянула ему руку, сдержанно улыбаясь: лорд Генри был ей симпатичен, тут уж ничего не поделаешь.
— Очень рада с вами познакомиться, лорд Генри, — произнесла она.
Необычный ответ заставил лорда Генри широко улыбнуться.
— Если я не ошибаюсь, дамам недостает достойного мужского общества? — спросил лорд вроде бы шутливым тоном, но Люссиль различила в нем нотки горечи. Это впечатление усилилось, когда Полли ответила:
— Мы, сэр, сожалеем, что на таких приемах не бывает серьезных разговоров.
— Ах, вам не хватает разговоров! Он улыбнулся саркастически. — Да, на балы ходят не для разговоров, ибо, чем больше мужчина и женщина разговаривают, тем меньше у них остается общего. Я уверен, леди Полли…
— Ваш покорный слуга, Марчнайт! — На беседующую троицу упала тень лорда Сигрейва, который взглянул своими темными глазами сначала на насмешливое лицо Марчнайта, перевел их на смущенную Полли, а затем на совершенно спокойную Люссиль. — Ты обещала мне танец, Полли! — сообщил он и, схватив Полли за руку, увлек на середину зала.
Лорд Генри с насмешливой улыбкой смотрел им вслед.
— Сигрейв не желает, чтобы я общался с его сестрицей, — констатировал он деланно безмятежным тоном, в котором Люссиль снова безошибочно уловила горечь. В серых глазах лорда Генри стояла боль.
— Это почему же, сэр? — спросила она, размышляя над тем, отчего Сигрейв так равнодушно оставил ее разговаривать с Марчнайтом — то ли она, Люссиль, ему совершенно безразлична, то ли он считает ее слишком старой и непривлекательной для того, чтобы вскружить кому-нибудь голову. — В вас видят опасного человека.
Лорд Генри хмыкнул в ответ.
— Родные юных девушек — безусловно, — сообщил он мрачно. — Я даже удивляюсь, как это вы не боитесь на виду у всех беседовать со мной.
— Ну, я же ведь не впечатлительная юная девочка, — улыбнулась Люссиль. — Лорд Сигрейв уверен, что я в полной безопасности.
Марчнайт в свою очередь улыбнулся.
— Не очень на это надейтесь, — серьезно ответил он, не сводя восхищенного взгляда с ее оживленного лица. — Но если уж вы так храбры, то не решитесь ли продолжить наше знакомство? У Сигрейвов замечательная оранжерея, где мы могли бы… могли бы поговорить по душам.
Люссиль внимательно вгляделась в его глаза, но не обнаружила в них ничего, кроме бескорыстного интереса. Нет, с его стороны ей ничто не угрожает. Ему нужна, поняла она, только Полли, а все остальное — лишь способ отвлечься от нее. И что, интересно знать, мешает лорду Генри ухаживать за Полли Сигрейв? Которая, как заметила Люссиль, вовсе не равнодушна к лорду.
И все же, подумалось ей, уединяться с Марчнайтом не совсем удобно. Но, перехватив взгляд Сигрейва, она поспешила подать руку Марчнайту, который вывел ее из душного зала во влажную, тускло освещенную оранжерею. Обстановка в ней могла бы показаться интимной, если бы не разгуливавшие по проходам пары.
Полюбовавшись прудом посередине оранжереи, водопадами, несущими к нему свои воды по скальным выходам, понюхав лилии самых разных видов, они вышли к каменной скамейке у стены теплицы, и Люссиль, опустившись на нее, жестом предложила своему спутнику последовать ее примеру.
— Здесь, мадам, мы можем познакомиться поближе, — произнес он.
— Да, я рада этой возможности, потому что мне хочется поговорить с вами о леди Полли. Очаровательная девушка, не правда ли? Но, по моим наблюдениям, лорд Генри, вы находите ее более чем очаровательной. Он ответил не сразу.
— Знаете, мисс Келлавей, вы, наверное, единственная из знакомых мне женщин, которая, оказавшись в подобной ситуации, заговорила не о себе. Во всяком случае, не о себе и связи со мной. — Он улыбнулся даже немного обиженно.
— Извините, сэр, мне не раз уже говорили, что я веду себя не совсем обычно. Но мне показалось, что вам было бы приятно поговорить о леди Полли. Если я ошибаюсь…
— Нет, нет, вы не ошибаетесь, мадам, — вздохнул лорд Марчнайт. — Поскольку говорить с ней я не могу, мне приятно поговорить хотя бы о ней. Вы, очевидно, очень проницательны, иначе как, после столь краткого знакомства, могли догадаться о моих чувствах к леди Полли. Беда в том, что меня считают недостойным выразить их лично ей.
Он произнес эти слова с такой горечью, что Люссиль пронзила боль за него.
— Но какие против вас могут быть возражения! — воскликнула она, зная, что Генри — старший сын герцога Марчнайта. — Ваша семья…
— О да, мисс Келлавей, моя родословная безупречна. — Начав говорить, лорд Генри уже не мог остановиться. — Возражения вызывают не мои родственники, а я сам. — Он тяжело вздохнул. — Я познакомился с леди Полли пять лет тому назад, когда ее только начали вывозить в свет. Среди всех глупых дебютанток она была как дуновение свежего ветерка в невыносимый зной, и я сразу потянулся к ней. У нее была подруга, имени которой я не назову, вы сейчас поймете, почему. Они были неразлучны. Мне и в голову не приходило, что подруга ко мне неравнодушна — ведь все мои мысли были заняты лишь леди Полли. Но однажды плутовка подстроила поломку своей кареты вблизи от моего дома в Хартфордшире. — Он вздохнул. — Ей было хорошо известно, что я удалился туда на несколько дней из Лондона. Ехала она не одна — ее сопровождала компаньонка, да и у меня в доме, естественно, жила домоправительница, так что мы не были наедине, но все равно поползли мерзкие слухи. Мне дали ясно понять, что ради спасения чести моей незваной гостьи я обязан на ней жениться.
Он с отчаянием взглянул прямо в глаза Люссиль.
— Знали бы вы, сколько бессонных ночей я провел, стараясь найти выход из создавшегося положения. Ведь я собирался предложить руку и сердце мисс Полли и не мыслил своей жизни без нее, В конце концов, я недвусмысленно заявил, что не женюсь на мисс… на девушке, случайно оказавшейся в моем доме.
И тут я допустил ошибку — поехал к старому лорду Сигрейву и попросил руки его дочери, тогда как следовало выждать, пока слухи улягутся. Он отказал мне наотрез, назвал меня человеком без чести, который морочит головы юным леди. Я был в отчаянии. Мне удалось встретиться с Полли наедине, я предложил ей объявить о помолвке. Но она наотрез отказалась идти против воли отца.
